Амира. Наследники - Екатерина Орлова

Малоун

– О, наш путешественник вернулся! – вскрикивает мой приятель Том, когда я ступаю на настил пляжного бара, и вся компания оборачивается ко мне.

Большинство улыбаются, но некоторые бросают взгляды на Дикси, считывая ее реакцию. Она дарит мне короткую натянутую улыбку и возвращается к своему коктейлю. Зато Райана все приветствуют объятиями и рукопожатиями. Он у нас сегодня любимчик. Почти год не появлялся дома, и только в честь поступления Нисы и юбилея папы наконец соизволил оторваться от своей работы и девушки, чтобы посетить родной дом.

Мы рассаживаемся за столом, я заказываю пиво и спокойно наблюдаю за тем, как друзья набрасываются на младшего брата с вопросами. Некоторые девчонки приосанились, выпятили грудь, демонстрируя Райану, какими достоинствами теперь обладают. Некоторые, бросая несмелые взгляды на Дикси, проворачивают то же самое со мной. Это забавно, но почему-то совсем не трогает, как и недовольное лицо моей бывшей.

Я то и дело нажимаю на кнопку на боковой панели телефона, чтобы проверить, появились ли новые сообщения. Последнее я отправил Амире три часа назад, как только сошел с яхты, но она так и не ответила ни на одно из них. Внутри поднимается тревога и какое-то неприятное щекочущее чувство, словно она отказалась от нас. И сделала это как раз тогда, когда я понял, что сам этого сделать не смогу. Всего лишь три дня назад я покинул Эмираты, но уже схожу с ума без своей восточной принцессы.

Засовываю руку в карман шорт и сжимаю тонкую ткань, тру ее между пальцами, лаская, словно под ними не шела, а бархатная кожа моей принцессы. Ловлю себя на том, что задумчиво пялюсь на грудь девушки напротив, имени которой не знаю. Сталкиваюсь с ней взглядами, и она начинает призывно улыбаться. Я криво усмехаюсь и отворачиваюсь, постепенно включаясь в общение.

Когда на улице окончательно темнеет, мы по давно заведенной традиции решаем искупаться в океане. Вообще купальники – это та часть одежды, которую здесь, на острове, мы носим чаще нижнего белья. Атмосфера, царящая на пляже, заряжает. Ко мне опять возвращается ощущение единства с этими людьми. Здесь все такое родное и близкое мне, что я снова чувствую себя, как в детстве: счастливым и беззаботным. Но взгляд все равно то и дело скользит к берегу, как будто там может появиться та, без которой это счастье неполноценно.

Смотрю на Лиама с его девушкой Мэри. На то, как они обнимаются и целуются в воде, как он подбрасывает ее вверх, и она с хихиканьем уходит под воду. Потом он выдергивает ее на поверхность и снова кружит, впиваясь поцелуем ей в шею. Хочу так же. Кружить Амиру, прижимать ее к себе и целовать без остановки, пока не онемеют губы.

– Когда-то и мы так делали, – внезапно раздается справа от меня голос Дикси. Поворачиваюсь лицом к ней.

– Дикс, прошло уже много времени.

– Получается, я одна скучаю по этому? – она кивает на влюбленную парочку.

Отвечу «да», она обидится, а мы дружим с детства. Отвечу «нет» – дам ей ложную надежду.

– Я видела, как ты постоянно смотришь в телефон. У тебя кто-то появился?

Я вздыхаю, глядя на звезды.

– Да. – Лучше оторвать этот пластырь резко, чтобы боль была кратковременной, чем затягивать агонию.

– Ясно, – судорожно вздохнув, отзывается Дикси, а потом разворачивается и идет к берегу.

– Дикс! – кричат ей вслед девчонки. – Эй, ты куда?

– Замерзла, – коротко бросает она через плечо, не оборачиваясь.

Они переводят взгляды с меня на нее, потому что замерзнуть на этом острове можно, только если ты врубил кондиционер на полную мощность.

Я ныряю и присоединяюсь к парням, которые забавляются тем, что строят башню из своих тел, и на время забываю об Амире. Точнее, не забываю, просто задвигаю мысли о ней на задний план.

– Знаешь, а ей больно, – говорит мне Надя, одна из наших подруг, когда мы уже сидим на песке вокруг небольшого костра.

Я подношу к губам бутылку с пивом и делаю несколько глотков, не сводя взгляда с огня.

– Догадываюсь, – отвечаю коротко. Я знал, что практически каждый из нашей компании посчитает нужным завести со мной такую беседу.

– К ней подкатывал заезжий парень, а она…

Надя не успевает договорить, как в моем кармане начинает жужжать телефон. Я выдергиваю его со скоростью света, и мое дыхание останавливается. Амира еще никогда мне не звонила, это впервые. Вскакиваю на ноги, отвечая на звонок.

– Привет, – произношу как можно тише, чтобы не спугнуть ее своим энтузиазмом. Но сердце в груди тоже рвется поздороваться, а потому пересчитывает ребра, ища выход. Кажется, оно нашло себе хозяйку.

– Надеюсь, я тебя не разбудила, – негромко произносит Амира.

Бреду вдоль береговой линии, улыбаясь, как дурак. Ее голос словно бальзам на открытые раны, которых у меня нет.

– Даже если бы разбудила, – отвечаю, – я готов каждый день просыпаться от твоего голоса.

Она молчит. Мне так жаль, что я не вижу ее прямо сейчас и не могу следить за выражением ее лица. Распознать эмоции, понять, что она чувствует. Хотя с моей восточной принцессой это будет не так просто. Она – живое воплощение таинственности.