Так угодно судьбе - Элизабет Моул

На следующее утро, сидя в офисе и перебирая документы, поскольку на большее не хватало сил, Доминик испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он ощущал себя мерзавцем, жертвами эгоизма которого стали Джина и Нэш. А с другой — ему до глубины души была противна вся эта катавасия. Да, несомненно, Джина пострадала, ее очень жаль. Но все же она знала, на что шла, и очень точно все просчитала — лучшего способа навсегда отравить ему жизнь не найти.

Неужели я до конца моих дней буду связан с ней? — ужасался Доминик, потирая ноющие виски. Вся моя жизнь пущена под откос…

Он набрал номер Майкла. Все утро из дома он звонил в больницу, но там ему не могли сообщить ничего нового: состояние мисс Брегг без изменений. Возможно, друг знает что-нибудь.

— Алло, Майкл, это я… Как ты после вчерашнего?

— О, Ник! Я в порядке, если не считать взбучки от Сандры. Она сорвалась на мне, но я ее не виню. Ей столько пришлось пережить!.. Ведь это она нашла Джинни.

— Кстати, как выяснилось, что Джина отравилась? — мрачно поинтересовался Доминик, недоумевая, почему не спросил об этом раньше.

— Санди с Джиной должны были встретиться в кафе. Ну, Сандра ждала ее до последнего, затем стала звонить. Никто не отвечал. Тогда она поехала к Джине домой, заподозрив неладное. Открыла дверь — Джина накануне отдала ей запасные ключи от квартиры на всякий случай — и обнаружила несчастную в спальне без признаков жизни. Если бы не Санди…

— Понятно. — Доминик приуныл. — А как Джина сейчас? Ты знаешь что-либо?

— Наверное, то же, что и ты, — все по-прежнему. Будем надеяться на лучшее. А что ты решил с Нэш?

— Не знаю… Вчера она дала понять, что не желает иметь со мной ничего общего, — печально признался Доминик.

— Да, но ведь ты сам подтолкнул ее к этому! — Майкл поразился наивности друга. — Что же еще она могла тебе ответить, когда ты открытым текстом заявил, будто не можешь продолжать с ней отношения!

— Серьезно? — Доминика искренне удивили слова Майкла. — Я действительно так сказал?.. Да, кажется, мы перебрали с тобой вчера.

— Немудрено, — грустно произнес Майкл. — Ну что ж, не буду тебя отвлекать, работай, постарайся не думать ни о чем.

Доминик повесил трубку. Как бы ни хотелось, но не думать о случившемся он не мог. В том, что он наговорил сгоряча Нэш, была своя истина: им не следовало встречаться, по крайней мере, пока Джина не пойдет на поправку. А потом?

Допустим, Джина выздоровеет, вернется к нормальной жизни. И тут снова возникну я и опять заявлю, что свадьбы не будет, что люблю другую. Нет, так не пойдет. Получается, что я во второй раз толкну ее на роковой шаг, и где вероятность, что все обойдется, как в этот раз? Господи, что же делать? — вздохнул Доминик…

К концу дня позвонил Майкл.

— Ник, дружище! Можешь порадоваться: Джина пришла в сознание. Но она еще очень слаба.

— Она может говорить? — взволнованно спросил Доминик.

— Да, кажется. Я больше ничего не знаю. Сандра сразу же помчалась к ней. Скорее всего, когда закончу работу, тоже поеду в больницу.

— Майкл, ты считаешь, мне не стоит там… появляться? — У Доминика предательски дрогнул голос.

— Знаешь, Ник… — чувствовалось, что Майкл пребывает в замешательстве, — по-моему, тебе лучше повременить. Давай сделаем так: если Джина захочет тебя видеть, ты приедешь. Ладно?

— Ты, как всегда, прав, — согласился Доминик, испытывая странное облегчение.

Он отодвинулся от стола и несколько секунд глядел прямо перед собой. Потом зачем-то достал бумажник, раскрыл его, и оттуда выпала маленькая фотокарточка. На ней была изображена Нэш. Она застенчиво улыбалась, словно фотограф долго умолял ее повернуться лицом к объективу. Одной рукой она придерживала легкую соломенную шляпку. Волосы развевались на ветру… Доминик стащил этот снимок со стола, когда Нэш была в душе… Как же давно это было, нереально давно!