Соблазнительная невинность - Ванесса Келли

Он молчал, и сердце в груди сжалось.

– Сколько? Говори, – потребовала она ледяными непослушными губами.

Он сглотнул.

– Двадцать тысяч.

Какое-то время слова не могли проникнуть сквозь туман усталости, будто навеки окутавший ее мозг.

– Двадцать тысяч? – повторила Вивьен, и собственный голос донесся откуда-то издалека. – Ты хочешь сказать, еще двадцать тысяч фунтов к тем десяти, что ты уже задолжал?

Кит с несчастным видом кивнул, и последняя тень надежды разлетелась в прах. После смерти папы жизнь ни дня не была легкой, но последние несколько лет Вивьен удавалось не подпускать к матери и Киту кредиторов, выигрывая за карточными столами вполне приличные и даже значительные суммы денег. Ей даже нравилась такая возможность проявить себя, нравилось напрягать мозги и блистать мастерством, бросая вызов лучшим игрокам светского общества. Садясь за игру, она забывала обо всем на свете, сосредоточив волю и разум на квадратном куске зеленого сукна. Беря верх над противниками, используя все свои таланты, она словно укрепляла контроль над хаосом в собственном семействе и частично улучшала свои финансовые обстоятельства.

Разумеется, Вивьен прилагала все усилия, чтобы самоуверенность не взяла верх над природной осторожностью. Начиная проигрывать крупные суммы (что случалось крайне редко), она всегда выходила из игры. Ей нравилось играть, нравилась власть, какую дарила игра, но она давным-давно дала себе клятву, что не позволит игре властвовать над собой.

Но тридцать тысяч фунтов? Даже она не сможет выиграть так много, тем более за указанный отрезок времени. Вивьен чувствовала себя совершенно беспомощной. Казалось, что она тонет в эгоистичном пренебрежении к последствиям, какое столь часто проявляли мать и Кит.

Она смотрела в огонь, но все чувства меркли под удушливой тяжестью, просочившейся в мозг и душу. Окружающий мир сузился до булавочной головки, все сосредоточилось на одном мучительном вопросе.

Как, во имя Господа, она сможет исправить это? Невозможно прибегнуть даже к последнему средству – обратиться за помощью к Сайрусу. Конечно, семейное состояние Блейков достаточно впечатляющее, но и у них нет такой суммы в свободном доступе, тем более что и у матушки имеются немалые долги. Разумеется, у леди Блейк есть денежное содержание, но она постоянно выходит за его рамки. Только выигрыши Вивьен за карточным столом позволяют скрывать масштаб проблемы от Сайруса.

Кроме того, Сайрус презирает страсть мамы и Кита к азартным играм, он и фартинга не даст, чтобы помочь им. Скорее предпочтет сослать маму в деревню, а Кита отправит на войну, чем отдаст на их прихоти столь трудно зарабатываемые деньги.

И в данную минуту Вивьен была почти склонна с ним согласиться.

– Виви, ч… что с тобой? Почему ты молчишь? – Испуганный голос Кита дрожал.

Она пыталась упорядочить мысли, пыталась вспомнить, что обожаемый младший братик так отчаянно в ней нуждается, но этот удушающий чувства туман не рассеивался. Будто кто-то снова насильно напоил ее опием: она осознавала опасность, но все чувства притупились, и она не могла думать и действовать, чтобы спастись самой и спасти других.

Брат схватил ее за плечо и заорал:

– Вивьен! Да что с тобой?

Сделав огромное судорожное усилие, словно сталкивала с груди надгробную плиту, Вивьен пришла в себя. Гнев и досада взметнулись очищающей волной, прорвавшейся сквозь свинцовую тяжесть в голове.

– Да, Кит, я тебя слышу, – рявкнула она. – И не нужно на меня орать. Я просто пытаюсь думать.

Он отшатнулся, испугавшись ее реакции. Вивьен безжалостно подавила привычный порыв утешить его. Ему нужно хотя бы уши надрать, хотя Кит заслуживает куда большего.

И все же его паника улеглась, краски вернулись на лицо. Он вскочил и заметался по комнате, длинные ноги быстро доносили его до дальнего окна и обратно. Вивьен позволила ему выпустить пар, радуясь тишине, а в мозгу уже смутно прорисовывался план.

После нескольких минут топтания дорожки по аксминстерскому ковру Кит остановился прямо перед ней с видом подавленным и смиренным. Вивьен выгнула бровь в безмолвном вопросе.

– Ты права, Виви. Я окончательно все запутал, и пора мне в этом признаться. Все это моя вина, и я сам все исправлю.

Вивьен едва не содрогнулась при мысли, что Кит будет что-то исправлять сам.

– И как ты намерен это сделать? – спросила она, против воли испытывая любопытство.

Он выпятил подбородок, как упрямый мальчишка, признающийся в глупой проделке.

– Сейчас же уеду на континент! Если получится, прямо вечером. Если меня тут не будет, то нет никакой возможности получить с меня деньги, так что ублюдку придется оставить тебя и всю семью в покое. Да! – воскликнул он, с каждой секундой все больше восхищаясь этой идеей. – Как раз то, что нужно! Если я просто исчезну, никто ничего не сможет сделать. И я не скажу тебе, куда еду, так что никто не сумеет взвалить вину на тебя или Сайруса!

Он засунул руку за жилет, приняв трагический вид. Похоже, Кит уже видел себя неким романтическим героем, готовым пожертвовать собой ради семьи.

– Понятно, – задумчиво кивнула Вивьен. – И ты, конечно, понимаешь, что там идет война. Интересно, куда же ты поедешь и как намерен туда добраться?

Губы Кита дернулись – он пытался придумать решение. Через несколько секунд глаза его загорелись.

– Я уеду в Египет! Всегда мечтал увидеть пирамиды и прокатиться по Нилу.

Вивьен вздохнула. Он так предсказуем! Даже ребенком любил фантазировать о великих восточных приключениях.

– А жить на что будешь?

Недолгое хмурое молчание. Затем Кит бросил на нее нерешительный взгляд.

– Ну, может быть, я смогу работать в одной из этих археологических экспедиций, которые вечно кто-то устраивает. Пробегусь до Королевского научного общества и поспрашиваю. В такой экспедиции из меня получится отличный секретарь и ассистент, тебе не кажется? – с надеждой улыбнулся он.

Вивьен потерла виски. Учитывая эксцентричность его фантазий, она бы не удивилась, если бы в окно влетела садовая фея и приземлилась на каминную полку.

– Кит, вряд ли это согласуется с твоим планом сбежать из Англии незаметно, а?

Глаза разочарованно потухли, но всего на секунду.

– Я знаю, – начал он, снова оживившись.

– Нет! – Вивьен хлопнула рукой. – Побег – нелепая мысль, и ты это знаешь. Кроме того, твое исчезновение проблему не решит. Твой ростовщик начнет допекать Сайруса, а тот платить откажется. Скандал поднимется неимоверный. И ты уже никогда не сможешь вернуться в Англию. Ты в самом деле этого хочешь?

У Кита снова сделался побитый вид, но впервые в жизни Вивьен было все равно. Она вскочила. Беспокойная потребность сделать хоть что-нибудь прогнала былую усталость. Кит в напряженном молчании следил, как она повторяет его путь, расхаживая из одного угла комнаты в другой.