Обреченная ненависть - Вика Жукова

Я думал о ней стоя в душе.

Нет, не представлял ее голой или пытающуюся меня соблазнить.

Мысли, как кино. Отдельные кадры проведенного с ней дня.

С нашей первой встречи.

Эти губы, глаза, носик. Волосы, которые хочется трогать, пропускать через пальцы, окунаться в них лицом и вдыхать аромат карамели.

Я испытываю раздражение от этого наваждения. Впервые, не знаю, что делать дальше.

Не уверен, что месть ее отцу через саму Лану, хоть как-то заденет его душу. Мужику плевать на собственного ребенка. Наверное, я даже рад, что он меня спихнул. А то бы рос сейчас в этой халуме.

И ничего из себя не представлял.

— Чем ты занимаешься? — девушка убрала перекись и поставила чайник.

— Учусь. Просто сейчас передышку взял, — скомканно ответил я, поглаживая пластырь на своей руке, которым Лана заклеила порез.

Она перестала нервничать, как только я показал, что мне не интересна окружавшая нас обстановка.

Частично я не врал. Я действительно учусь на юридическом.

А ещё, учусь угонять тачки. Беспалевно. Делаю чисто и аккуратно.

Не только из-за нужды.

Я испытываю адреналин, когда моя жизнь и свобода находятся в опасности. В подвешенном состоянии.

Лана рассказала, что отец иногда срывается. Запивает. И вроде ему потом очень стыдно.

Было бы стыдно, не повторял бы этой херни.

Меня впечатляло, что она сама пытается что-то делать. Выгул собак и услуги няньки — совмещает с учебой.

— Ты отцу помогаешь? — поинтересовался я.

— Нет. Я, коплю на ноутбук. Чтобы можно было спокойно уроки дома делать. С телефона не всегда удобно, поэтому мне приходится оставаться после уроков в библиотеке. Потом собаки, потом Аленкина лапочка дочурка. Ищу подработку поближе, чтобы время не терять на дорогу. Был бы ноут, можно было устроиться на что-то посерьёзнее, в центре. Уроками бы дома занималась.

— Я могу облегчить твои потуги обогатиться, — в шутку бросил я.

— Нет. Ты и так слишком много сделал для меня, что у меня до сих пор в душе кошки скребут. Я заработаю, — с гордостью заявила она.

Посмотрел на ее красные от усталости глаза.

Такую хочется защищать и помогать. Но ее характер и чувство обострённой справедливости чуть не довели до серьезных проблем. Ну нет в ней аферистических пособностей.

— Пообещай больше не мстить. Это не твое, — уж кто бы говорил.

Та кивнула, поджав пухленькую губу.

Дурная голова.

Она вышла меня проводить.

— Ты больше не станешь приходить? — спросила она обречённым тоном, глядя себе под ноги.

— А ты бы хотела?

— Я...я не знаю.

Развернулся к ней, стоящей в дверях и сгробастал в ладони ее лицо. Чтобы запомнить каждую черточку.

Я бы хотел уйти.

— Неужели ты засомневалась в своих чувствах? — выронил я. Ее лицо влажно, взгляд страдальческий. Сдавленные ладонями щеки мило выдвинули губы вперёд.

Мое тело горит, а желание ее поцеловать затмивает разум.

Но я не хочу воровать этот поцелуй. Срывать силой.

Я хочу добровольной сдачи и покорения. Именно желания от Ланы.

Она словно ждёт этого, ведь тело ее дрожит. От испуга.

Вдохнув воздух с ее лица, быстро отстранился и сбежал.

Бл*ь. Что со мной!?

Может бешенство подцепил?

У меня внутри грёбаный мандраж, сука.

Злой движок, которому наваливают, а работать в полную мощь не дают, держа на месте.

Вышел из душа. Ванек сидел на моей кровате, с чванливым видом. Опустил глаза на мои тапки.

— Так и знал, что без тебя не обошлось, — задумчиво произнес, качнув головой.

Я подошёл к своим брюкам и вытащил кошелек. Бросил этому бездарю пару купюр.

— Спасибо. Фильм был очень интересный. Давно так не смеялся, — мне не терпелось, чтобы этот щенок вышел отсюда.