Дым - Катя Саммер

Я пытаюсь успокоиться, пытаюсь радоваться тому, что уже скоро не придется таскать малышку по злачным местам и оставлять с незнакомыми людьми. Конечно, сильно повезло, что нас так быстро приняли в младшую группу по прописке, меня пугали километровыми очередями. И пусть возить Лису придется неблизко, но детский сад понравился нам обеим: мне — воспитатели и чистота, Лисе — подружка, которую та успела завести за десять минут моего разговора с заведующей.

И как ей удается? Мне бы такой смелости, этим она явно не в меня. Я ведь даже себе не могу признаться в том, что…

— Ды-ды-дым! — Лиса вырывает ладошку и, радостно вскрикнув, мчит к Феду, который встречает нас перед частью.

Она уже не зовет его «дядей пожарным», нет. Только так, с троекратным и невероятно четким «д». Дымов же раскрывает руки и ловит малышку, которая верещит, точно сирена. Он, как всегда, с фирменной улыбкой и в простой синей майке с коротким рукавом, хотя на дворе октябрь и мы с Лисой в куртках.

— Ты не боишься слечь? — вмешиваюсь в понятный им одним диалог, полный восторженных всхлипов, но меня игнорируют.

— Выспалась, соня? На щеке следы подушки. Кто любит спать? Кто любит спать, а? — Дым пытается щекотать Лису, которая изворачивается в его руках.

— Я-я-я! — она теперь с ним часто в такой манере болтает, если не постоянно. — Я лублу!

И когда они спелись?

— Что мерзнешь? Пойдем, — наконец бросает мне, а в следующую секунду я уже утыкаюсь в его спину.

— Я не мерзну, — тихо бормочу под нос и сама понимаю, что вру — стояла же пританцовывала от холода.

А у него как получается так просто читать меня? Молча иду следом, поджав губы.

Дым ведет через коридор к двери с надписью «диспетчерский пункт», а внутри за телефонами сидят три дамочки. Одна тотчас бросает жевать круассан и спешит к нам.

— Здрасьте, пожалуйста! Это что за красавица в гости пришла? Тебя как звать?

— Ли-са, — осторожно отвечает малышка, будто разведывает обстановку, жмется к Дыму.

— Так ты — хитрая лисичка?

— Да, — смущаясь, выдает короткое.

Меня за широкими плечами замечают не сразу, но тотчас меняются в лице.

— Федор Николаевич, да вы в цветнике, погляжу!

Девушка, что представляется Варей и обещает присмотреть за Лисой, подмигивает мне, а я не перестаю удивляться, как они с Мишаней похожи. Если бы не знала, что муж с женой, подумала бы родственники: оба с круглыми добрыми лицами и широкой улыбкой.

— Не переживай, дорогая, я двух сорванцов в школу отправила, с этой юной особой мы поладим. Да, хорошая моя?

Лиса бодро кивает, чем заметно успокаивает нервы. Я все еще напряжена, потому что мне неудобно перекладывать на других собственные проблемы. Дым же, наказав малышке «вести себя достойно», просто обнимает меня за талию и подталкивает к выходу.

Как раз когда открывается дверь и входит блондин, при появлении которого все резко замолкают и изображают бурную деятельность. Варя без слов подводит Лису к дивану и помогает забраться на него, а затем тут же прыгает к телефону. Только Дым не тушуется, протягивает и пожимает руку.

— Думал, сегодня уже не появишься. У тебя же встреча в администрации.

— Рабочий день до пяти.

Фед будто и не реагирует на язву в голосе, как я понимаю, начальника или вида не подает.

— Арсений, это моя подруга Юна. Юна — это царь и бог нашей пожарной части Арсений Дмитриевич Бережной, но для своих просто Сеня, — тот хмурит светлые брови и уже собирается что-то сказать, когда Дым перебивает: — Слушай, у нас погостит принцесса пару часов, ситуация критическая.

Блондин смотрит за ладонью Феда, которая направлена в сторону Лисы, а мне уже хочется скорее увести ее, сказав, что ничего критического нет. Если бы меня только пустили! Дым пальцами в спину впился намертво, не ступить.

Все притихают, даже звонки смолкают. Дамы наблюдают за происходящим с неподдельным интересом.

— Я босе не плинцесса, я ко-ло-лев-на! — разряжает обстановку моя любимая малышка, припоминая Дыму его же комплименты.

Строгие черты лица того самого Арсения Дмитриевича смягчаются, я вспоминаю, как дышать. А блондин уже идет к Лисе, присаживается на одно колено.

— Ты же та самая повелительница воды из «ТикТока» Паулины?

— У Арсения Дмитриевича есть «ТикТок»? — шепчет Варя другой девушке с глазами по пять копеек, пока Лиса без труда очаровывает еще одного сурового мужчину на зависть всему женскому полу.

— Давайте я ее к себе заберу, — вдруг предлагает он, поздоровавшись с игрушечным крокодилом. — У меня телевизор есть и диван удобнее.

— Это всего на пару часов, — подаю голос, потому как больше всего боюсь, что Дыму и другим достанется из-за нас.

Блондин кивает и грациозно подает руку Лисе.

— Хочешь посмотреть мультики?

— Да, пло Гену! — Малышка радуется вниманию.

— Значит, крокодилов любишь? — он получает вполне утвердительный ответ, когда ему в лицо тыкают хромой игрушкой. — А ты зайди ко мне, как будешь свободен, — говорит Дыму, пока я расстегиваю Лисе курточку, поправляю свитер и передаю Арсению ее рюкзачок с перекусом.

Но перед тем, как уйти, и уже после того, как обещаю малышке очень скоро вернуться, я крепко обнимаю ее, а она вдруг тихонько шепчет на ухо то, что совсем не ожидаю услышать.

— Мамочка, плинц-посалный осень холосый, ты с ним не лугайся.

И так забавно машет ладошкой Дыму, пока я пытаюсь собраться с мыслями и успеть за взрослеющим ребенком. А когда мы с Федом не спеша бредем обратно мимо кухни, я вдруг замечаю на старом и испытанном временем холодильнике рисунок Лисы — тот самый с пожарной машиной, который я принесла, кажется, в прошлой жизни. Меня пробивает на слезу, но я помалкиваю.

— Н-надеюсь, — пытаюсь побороть дрожь в голосе, — у тебя не будет проблем? Из-за нас?

— Арс мой друг, я разберусь.

В этот момент прямо навстречу высыпается целая толпа мужчин, задержав нас в коридоре. Они явно спешат пообедать, по очереди здороваются со мной — с большинством я знакома.

— Куда чистые шмотки деть? — спрашивает, застыв перед нами, Дэн.

— В морге кинь.

— Где? — вырывается у меня под всеобщий смех.

— Это комната отдыха, — поясняет Дымов.

— Какая вы сладкая парочка! — усаживаясь за стол, затягивает в очередной раз заводила-Макс, чем вгоняет меня в краску.

— Я не понял, — резкий тоном, от которого вздрагиваю, рычит Фед, — а душ уже выдраил?

— Ну, Дым, обед же! И так из-за вызова нормально не поели!

— Обед или не обед, наряд никто не отменял. Кто много болтает, тот не ест.