Как покорить леди - Карен Хокинс

– Матушка показала вам всю одежду, которую мы подобрали в лесу? – неожиданно спросила Харриет.

– Да, а что?

– Вы узнали что-нибудь?

– Узнал? – К счастью, Чейз вовремя спохватился – он ведь ничего не помнил о себе. – Нет, конечно же, я ничего не узнал.

Неожиданно он вспомнил о блеснувшем на солнце кольце его матери, и у него упало сердце. Как теперь сказать братьям, что он потерял самую ценную вещь, оставшуюся им от матери? Может, ему еще удастся вернуться на то место, где на него напали, и поискать кольцо?

– Значит, грабители унесли все ценное?

– Похоже, что так.

Ее губы тронула легкая улыбка.

– Подождите здесь.

Повернувшись на каблуках, Харриет быстро вышла из комнаты и почти тут же вернулась.

– Я его хранила в библиотеке и едва не забыла о нем. – Она подошла к Чейзу и вытянула руку: на ее ладони что-то лежало.

Чейз опустил глаза и замер. Кольцо, талисман Сент-Джонов! Слава Богу, оно не пропало.

Чейз протянул руку к кольцу, но тут же, встретив понимающий взгляд Харриет, остановился.

– Это... это мое?

Она удивленно вскинула брови, вызывая его на признание:

– А вы что скажете? Это ваше?

Проклятие! Он отдернул руку. Как ловко она ведет с ним свою игру!

– Я-то думал, что, возможно, оно принадлежит мне, иначе вы не принесли бы его сюда.

Пальцы Харриет сомкнулись на серебряной вещице, на губах появилось подобие улыбки.

– Мы нашли кольцо поблизости от того места, где вас ранили, и оно могло быть вашим. – Девушка лукаво взглянула на него из-под длинных ресниц. – Но раз так... – Она опустила руку и быстро сунула кольцо в карман.

Чейзу с трудом удалось сохранить равнодушное выражение лица. Ах ты, хитрая лиса! Ну да ладно, существует масса способов залезть в карман к женщине. Если понадобится, он разденет донага эту чопорную мисс Уорд. Впрочем, в эту игру играют двое, и кто знает, может, в выигрыше останутся оба?

Харриет испытующе взглянула на него:

– Я, наверное, не слишком любезна с вами, а ведь вы... так помогли нам.

– Чепуха! Я всего лишь убедил этого идиота из банка, что действительно существую, а заодно убедился, что он имеет самые неприличные намерения в отношении вас.

Харриет удивленно вскинула глаза:

– Неприличные?

– Разумеется. Я ведь видел, каким взглядом он смотрел на вас.

Только теперь Чейз осознал, что ему это очень не понравилось. Забавно, как, всего лишь притворяясь, можно войти в роль и переживать все по-настоящему.

– Ваша матушка не сказала мне, что он имеет на вас виды.

– Она не знает. По правде говоря, я сама до сегодняшнего дня не знала этого.

Заметив, как скривились ее губы, Чейз нахмурился: у него самого была сестра, и в нем проснулся инстинкт мужчины, защитника.

– Это было неприятным шоком для вас?

– Ну, скажем... большой неожиданностью. – Харриет зарделась. – И все же это ни в малейшей степени не оправдывает ваше поведение. У вас не было никакой необходимости казаться таким... невоспитанным, да еще и простолюдином.

– А мне так очень нравится быть простолюдином.

Внезапно Чейз подумал, что, пожалуй, он и стал им. Живя в Лондоне и нося фамилию Сент-Джон, он счастливо избегал массы житейских трудностей и неудобств, чего здесь ему вряд ли следовало ожидать.

– Возможно, меня слегка занесло, но ведь я не помню, каково это – быть капитаном дальнего плавания, и еще меньше – каково быть женихом. Вот и пришлось импровизировать на ходу.

– К вашему сведению, капитан Фрекенхем никогда бы не устроил подобного представления.

– Разве?

– Никогда. Он настоящий джентльмен.

– Он?

Девушка вспыхнула:

– Я хотела сказать, вы.

– Возможно, удар ослабил некоторые сдерживающие центры у меня в голове.

На этот раз Харриет сумела сдержать усмешку.

– Вы просто неисправимы. Разве вам не ясно, что мистер Гауэр попытается опровергнуть все, что вы ему сказали? А когда он обнаружит, что это неправда...

– Я скажу ему, что я ошибся. Мог же я что-то перепутать.

– Что-то – да, но для капитана забыть название и местонахождение собственного корабля? Это совершенно невозможно.

Очко в ее пользу. Впрочем... Чейз тронул повязку:

– Послушайте, ведь меня ударили по голове, причем очень, очень сильно...

– Да, но мы не можем допустить, чтобы у Гауэра возникли подозрения по поводу капитана или он вдруг догадался... – Харриет замерла и уставилась на собеседника, словно он совершил что-то ужасное.

Чейз поднялся. Она уже почти сказала это... Почти. Он вплотную приблизился к ней:

– Гауэр догадался что?

– Ничего. – Она сжала губы.

С высоты своего роста Чейз не мог посмотреть ей прямо в глаза, тогда он поднес палец к ее подбородку и поднял его вверх.

– Мисс Уорд, почему у меня постоянно создается впечатление, что ни вы, ни ваша матушка не хотите быть откровенными со мной?

Отступив на шаг, Харриет опустила глаза.

– Если у вас такое ощущение, то скорее всего это является следствием ушиба головы. Я даже рискну заявить, что у вас слегка поехала крыша.

Чейз сделал еще шаг к ней, и она, отступив на шаг, оглянулась на дверь.

– Даже не думайте, – мягко предостерег Чейз. – Бегством делу не поможешь.

Харриет остановилась и задиристо вскинула подбородок.

– Уорды никогда не убегают, – заявила она надменно. – Хотя если бы мне захотелось рвануть отсюда, вряд ли вы успели бы что-нибудь предпринять.

– Это я не успел бы? – Он опять двинулся к ней, только в этот раз сделал небольшой шаг в сторону. В ответ Харриет сделала шаг в противоположном направлении и в результате оказалась зажатой между креслом с одной стороны и незнакомцем – с другой.

– Черт! – сжала губы, – дайте же мне пройти!

У нее были чрезвычайно притягательные глаза, огромные и манящие, с тонко очерченными бровями.

– Может, вы все же скажете мне, мисс Уорд: я, по-вашему, действительно капитан Фрекенхем?

– Да, именно так. – Харриет даже не моргнула, подавшись вперед, она сощурилась, сохраняя самое серьезное выражение лица, – и вы не можете ни отрицать, ни опровергнуть это, если только...

– Если что?

– Если вы сами не считаете себя кем-то другим. – Она вскинула брови. – Вы знаете, кто вы?