Ангел Габриеля - Нора Робертс

Снова одобрительно посмотрев на нее, Аманда подошла к кушетке.

Лора инстинктивно шагнула вперед, но тут же заставила себя остановиться. Аманда не была похожа на Лорейн Иглтон, да и она не была той женщиной, которая когда-то съеживалась от страха. Но как бы она ни старалась выбросить из головы эти воспоминания, она еще не чувствовала себя настоящим членом семьи.

— Я бы принесла бокалы, но не знаю, где они, — запинаясь, произнесла она.

Гейб молча подошел к серванту и вынул четыре бокала для шампанского. Клифф взял Лору за руку.

— Почему вы не сядете, дорогая? Вы, наверное, устали после переезда?

— Вы говорите совсем как Гейб, — улыбнулась Лора, легко опустившись в кресло.

Разлили шампанское. Аманда подняла свой бокал.

— Выпьем за… Господи, я даже не знаю имени малыша!

— Майкл, — подсказала Лора. Она заметила, как в глазах Аманды промелькнула печаль, и она их закрыла. Когда она их снова открыла, в них блестели слезы.

— За Майкла! — пробормотала она и, сделав глоток, наклонилась и поцеловала малыша в щеку. Подняв взгляд, она улыбнулась Гейбу. — Мы с отцом кое-что привезли для малыша. Ты принесешь?

Хотя мать с сыном лишь на миг переглянулись друг с другом, Лора заметила, как между ними что-то пробежало.

— Минутку!

— Господи, не съедим же мы ее! — прошептала Аманда, когда сын вышел из комнаты.

Клифф, засмеявшись, погладил ей плечо. В этом жесте было что-то знакомое. Это жест Гейба, поняла Лора.

Та же небрежная интимность.

— Вы раньше бывали в Сан-Франциско? — спросил он Лору, резко вернув ее в настоящее.

— Нет, я… Нет. Мне надо бы что-нибудь предложить вам, но я даже еще не знаю, что у нас есть! — «И даже не знаю, где здесь кухня», — растерянно подумала она.

— Не беспокойтесь! — Клифф уютно обхватил рукой спинку кресла. — Мы ничего не заслуживаем, так как ворвались сюда в ваш первый день дома.

— Родственники не врываются, — поправила его Аманда.

— А мы ворвались! — Широко улыбнувшись, он наклонился над малышом и снова похлопал его по щеке. — Он улыбнулся мне!

— Просто он скорчил гримасу! — Тоже засмеявшись, Аманда поцеловала мужа в щеку. — Дедуля!

— Насколько я понимаю, колыбелька для Майкла, а розы для меня? — Гейб вошел с темной сосновой колыбелью, наполненной отделанными оборочками простынями и усыпанной розовыми розами.

— Ах, цветы! Про них я совсем забыла! Нет, розы, разумеется, не для тебя, а для Лоры! — Аманда передала младенца мужу и встала. Лора тоже хотела встать, но увидела, как Клифф легко уложил ребенка в согнутую руку.

— Нам понадобится для них вода, — решила Аманда. — Нет, я сама принесу!

Никто не стал с ней спорить, и она вышла из комнаты с цветами.

— Какая милая колыбелька! — начала Лора, наклонившись и проведя пальцем по ровной деревянной поверхности. — А мы как разговорили, что ребенку нужна своя кроватка.

— Это кроватка Брэдли, — подтвердил Клифф. — Расстели простыни, Гейб, и давай посмотрим, как он в ней устроится.

— Эта колыбель — семейная традиция. — Гейб послушно расправил простынки из белого льна. — Ее смастерил мой прадед, и все дети семьи Брэдли по очереди спали в ней. — Он взял малыша у отца. — Ну, посмотрим, как ты в нее впишешься, старик!

Лора проследила, как Гейб положил младенца и легонько толкнул колыбельку. Ей показалось, будто что-то в ней оборвалось.

— Я не могу, Гейб!

Сидя на корточках возле колыбели, он поднял взгляд.

В его глазах читались смелость, вызов и, она была уверена, затаенный гнев.

— Что не можешь?

— Это неправильно, несправедливо! — Она вынула малыша из колыбельки. — Они должны знать! — Она была готова немедленно убежать наверх, но в комнату вернулась Аманда, держа в руках хрустальную вазу с розами. Она почувствовала возникшее напряжение и хотела знать, что произошло, пока ее не было.

— Куда бы вы хотели их поставить, Лора?

— Не знаю, я не могу… пожалуйста, Гейб!

— Думаю, они будут хорошо смотреться у окна, — мягко ответила Аманда. — А теперь вам, трем джентльменам, думаю, найдется чем заняться, пока мы с Лорой немного поболтаем?

Охваченная паникой, Лора посмотрела то на одного, то на другую, затем снова на мужа.

— Гейб, ты должен им сказать!

Он взял у нее ребенка. Его глаза, очень ясные и все же сверкающие от гнева, встретились с ее глазами.

— Я уже сказал. — И он оставил ее наедине с матерью.

Аманда села на кушетку, скрестила ноги и разгладила юбку.

— Как жаль, что не разожжен камин. Для этого времени года еще довольно прохладно.

— Мы еще не успели разжечь его…

— О, дорогая, не надо оправдываться! — Она махнула рукой, указав на стул. — Может быть, вы сядете? — Когда Лора без слов уселась, Аманда подняла бровь. — Вы всегда так покорны? Надеюсь, что нет, потому что мне больше нравится, когда вы вздергиваете подбородок!

Лора безмолвно сидела перед ней со сложенными на коленях руками.

— Не знаю, что и сказать. Я не знала, что Гейб вам все объяснил. Судя по вашему поведению… — Слова застряли у нее на языке. Затем, увидев, что Аманда по-прежнему терпеливо ждет, она снова заговорила: — Я думала, вы считаете Майкла, ну, биологическим сыном Гейба.

— А разве это имеет большое значение?

Лора снова успокоилась, по крайней мере внешне, и смогла встретиться взглядом с Амандой.

— Этого вполне можно было ждать, особенно от такой семьи, как ваша.

Аманда сдвинула брови, обдумывая ее слова.

— Я вам говорила, что знакома с Лорейн Иглтон? — Увидев в глазах Лоры неподдельный ужас, она мгновенно пошла на попятную. Аманда не отличалась тактом, но совсем не была жестокой. — Оставим этот разговор до другого раза. А теперь, полагаю, мне следует объясниться. Я напористая женщина, Лора, но вовсе не возражаю, когда мне дают отпор.

— Я не очень умею давать отпор.

— Тогда вам придется научиться. Может быть, мы станем друзьями, может быть, нет, сейчас пока не могу сказать, но я люблю моего сына. Когда он оставил нас несколько месяцев назад, я не была уверена, что он вернется. Каковы бы ни были причины, но вы его вернули, и я вам за это благодарна!

— Он бы вернулся, когда был бы к этому готов.

— Он мог вернуться не полностью. Давайте оставим это. — Снова неопределенный жест. — И вернемся к нашему разговору. О вашем сыне. Гейб считает ребенка своим. А вы считаете его отцом ребенка?

— Да.

— Как я вижу, никаких колебаний. — Аманда улыбнулась ей, напомнив Лоре Гейба. — Если Гейб считает Майкла своим сыном и вы считаете его отцом Майкла, почему же мы с Клиффом должны считать иначе?