Стафф - Лаура Граф

Пока Ксения и Михаил пребывали в состоянии становления своих отношений, подготовка к празднику набирала свои обороты и стафф к концу каждого вечера становился похож на множество лизунчиков, растекавшихся по стене. В один из таких вечеров Анна, почувствовав недомогание от усталости и голода, чуть не упала в обморок – ее вовремя поймали крепкие руки Альберта (девушка проходило мимо его кабинета).

– Анна, что с вами? – Альберт попытался привести девушку в чувство, хлопая ее по щекам.

Несмотря на свое состояние, Анна успела подумать о том, как непривычно звучит ее имя из уст батлера. Он редко позволял себе называть стафф по имени. Девушка слабо улыбнулась и с благодарностью посмотрела на обеспокоенного батлера.

– Видимо, переутомилась. – Анна попыталась встать на ноги, но Альберт чуть ли не силком потащил ее за собой в свой кабинет и усадил на стул.

Налив воды в стакан, батлер протянул его девушке. Анна залпом опустошила его и почувствовала себя намного лучше.

– Приказываю вам сейчас же пройти на кухню, поужинать, а потом спать.

– Но ведь еще столько работы! – воскликнула Анна.

– Альберт, не могу до тебя дозвониться! Что со звонком? – Юлиана вихрем ворвалась в кабинет батлера. – Где амбарная книга? – не дождавшись ответа и едва взглянув на Анну, спросила хозяйка.

– Секундочку, – батлер стал копаться в ящиках.

Тем временем Анна с трудом встала со своего места, чтобы уступить его Юлиане.

– Абашева, а что это вы здесь делаете? У вас работы нет? – неожиданно обрушилась на нее женщина.

– Я эээ… – Анна запнулась.

– Я отдаю ей распоряжения на завтра, – протягивая амбарную книгу, соврал батлер.

– Ясно…

Юлиана взяла книгу и поправила выбившуюся прядь волос; в этот момент Анна заметила сверкнувшие в ее ушах серьги в форме лебедя с изумрудами. Как только Юлиана вышли, Анна перевела растерянный взгляд на Альберта.

– Господин Смит, вы видели серьги Юлианы? Это же те самые, которые у нее потерялись! В форме лебедя с изумрудами! Я не думаю, что она стала бы покупать одинаковые или…

– Вы слишком много думаете! – перебил ее батлер.

– Ну это же несправедливо! – воскликнула в сердцах девушка.

Альберт улыбнулся. Анна первый раз за все время пребывания в доме Вадимовых видела улыбку этого строгого, чопорного, эталонного мистера батлера. И ей она, безусловно, понравилась.

– Вы верите в справедливость? В вашем-то возрасте? На вашем месте я не придавал бы этому событию столь важное значение.

– Событию?! Вы это серьезно?

– Абсолютно! – лицо Альберта вновь приняло строгое выражение.

Анна и батлер пристально смотрели друг на друга на протяжении нескольких минут, храня полное молчание. Их взгляды отражали немой диалог: в глазах девушки читалось осуждение, в глазах батлера – предупреждение.

– Какая же я глупая! Вы же часть их самих! А их тайны – это ваши тайны!

Альберт сделал несколько шагов вперед и остановился прямо перед девушкой, пристально глядя ей в глаза

– Вы тоже часть их мира, – напомнил он.

– Вы, как всегда, правы! – с горечью призналась Анна. – Спасибо за помощь!

Девушка развернулась и зашагала прочь от этого пристального, пронизывающего взгляда, который говорил ей о том, кем она на самом деле является здесь и сейчас.

Казалось, ничто не могло больше удивить Анну в этот день после всего услышанного и увиденного, однако она ошибалась. Зайдя на кухню и включив свет, девушка в страхе отпрянула: за столом при зажженных свечах в ночной сорочке сидела Антонина, мать Юлианы. На столе стояла пустая бутылка вина, а вторая была выпита наполовину.

Увидев девушку, она посмотрела на нее затуманенным алкоголем взглядом:

– Кто ты такая?

– Я Анна, горничная, – осторожно начала девушка.

– Ааааа… А я сижу одна, – заплетающимся языком начала Антонина. – Одна… одна… совершенно одна…

Анна стояла потупив взор. Ей было неловко видеть мать своей хозяйки в таком неприглядном свете.

– Может, вам что-то нужно?

– Здесь так холодно и одиноко, а я хочу домой.

– Вы и так дома.

– Дома? Где мой дом? – Антонина встрепенулась.

– Здесь, – ответила Анна.

– Нет! Нет! Ты врешь!!! – стала выкрикивать женщина.

Анна в страхе отпрянула. Женщина, слегка пошатываясь, встала со своего места и взяла в руки бутылку, направляясь к Анне.

– Что… что вы делаете? – Анна была готова к бегству, не понимая, чего можно ожидать от женщины.

– Ты врунья!!! – продолжая кричать, женщина с размаху нетвердой рукой запустила бутылку в стенку.

Благо Анна вовремя увернулась, но небольшой осколок поранил ей руку.

– Что здесь происходит? – Сообразив, что к чему, Альберт быстро подбежал к Антонине, которая продолжала надвигаться на девушку. – Антонина Юрьевна, успокойтесь. Я провожу вас до вашей комнаты.

– Нет! Я хочу остаться здесь! – кричала Антонина, пытаясь высвободиться из цепких рук Смита.

– Антонина Юрьевна, вы устали! Вам нужно отдохнуть! Завтра будет трудный день, – мягко, вкрадчиво стал успокаивать ее батлер.

Все это время Анна с замиранием следила за происходящей сценой. Из руки шла кровь, но она не обращала на это внимания. Шок от происшедшего был сильнее боли.

– А какой завтра день? – успокаиваясь, спросила Антонина.

– День рождения ваших внуков.

– У меня нет никаких внуков! – Антонина вновь стала раздражаться.

– Пойдемте! Пойдемте! Я дам вам вашу любимую клубнику со сливками, шампанское, прямо как вы любите.

– Да? Правда? – расплылась в улыбке Антонина.

– Конечно! – подходя к двери вместе с Антониной, Альберт покосился на руку Анны.

– Абашева, остановите кровь, я пришлю кого-нибудь убраться… И никому ни слова о случившемся.

Анна кивнула, не в состоянии ничего ответить. Произошедшая сцена потрясла девушку до глубины души. Немного придя в себя, после ухода Альберта и Антонины девушка подошла к раковине, смыла кровь, кое-как дрожащими руками нашла аптечку и заклеила рану пластырем.

«Что же с ней происходит?» – задавалась вопросом девушка.

Той ночью Анна долго не могла сомкнуть глаз, прокручивая в голове события вечера. Ей и так хватало переживаний, связанных с завтрашним праздником. Более того, как сообщил им Альберт, их ждало прибавление в доме в лице детей Константина от первого брака – Егора и Ангелина, которые намеривались погостить у отца. И насколько могла понять из услышанного Анна, они были настоящим воплощением эгоцентричной золотой молодежи. Мысли сменяли одна другую и в конечном итоге, сраженная и уставшая, девушка погрузилась в забытье. Но прежде еще одна мысль пронеслась в ее голове, подарив мимолетное удовольствие: «Завтра я вновь увижу Орлова!»