Счастье в проекте - Аманда Кордье

Режин вскочила и спряталась за колонной. Она действовала инстинктивно. Антонио, вспугнутый ее прыжком, огляделся и тоже увидел Венсана. Стоя в укрытии, Режин попробовала несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть, но воздух застрял в гортани. Венсан в борделе? С расстегнутым воротом и почти мальчишеской улыбкой, он казался молодым шалопаем — таким Режин не приходилось его видеть. Кажется, у него было великолепное настроение, и видеть свою госпожу он был чрезвычайно рад.

Тем временем Саманта переместилась в публику. В трусиках и накинутом на плечи прозрачном покрывале, с которым она только что на сцене изображала любовный акт, она подошла к Антонио и голой половинкой задницы присела на столик. Антонио польщенно улыбался.

«Сразу двух мужиков увели конкурентки-профессионалки!» — горестно подумала Режин.

Ей захотелось навек остаться в укрытии за колонной — она казалась себе маленькой, жалкой и смешной.

Что за идиотскую комедию она устроила из своей жизни? Ее пафосный жених, который не спит с ней, потому что ему нужны штуки покруче, чем то, во что они, дурачась, играли с Антонио. Ее страстный испанский любовник, лучший друг всех городских потаскух. Хорошо она, должно быть, смотрится на их фоне!

Вот и все ее проблемы разрешились, ничего не осталось от ее мучений и недоумений. Вообще никого и ничего не осталось.

Она подошла к бару и поздоровалась с Венсаном. Он не был чересчур шокирован. Ничего удивительного, что ему требовалась садистическая встряска — мало что могло его возбудить, удивить, пронять…

— Нам нужно найти разумный способ спокойно и без шума расторгнуть помолвку, — сказала Режин.

— Хорошо, — ответил он без признаков смущения.

— Одного не понимаю — зачем ты все это со мной затеял? — поинтересовалась она напоследок.

— Затем же, что и ты. Мне нужна жена, с которой не стыдно показаться. Тебе нужен муж с деньгами и влиянием. Все было честно. У тебя был твой испанский бычок…

— Ты знал?

— Не могу же я жениться на женщине, не зная подробностей ее частной жизни. Это безответственно, так не делают.

В общем, логично, хотя и цинично.

— Ты устроил за мной слежку?

На такие вопросы Венсан Гийом не отвечал. Но у Режин был еще один вопрос, наверное, последний:

— Ты так и не выяснил, кто стоит за саботажем? Может быть, совершенно случайно, у тебя есть данные, которыми ты со мной не поделился? Например, о Шюрли?..

— …Который якобы обозлился из-за того, что участок достался мне, а не ему?

— Он заказал моему отцу новые проекты.

— Ну и что?

— Почему ты никогда не говорил об этом?

— Не хотел тебя расстраивать.

— Что могло меня расстроить?

— Я не хотел, чтобы ты узнала, что твой отец работает на конкурентов.

— Господи, да что в этом плохого?

— Я думал, женщины воспринимают такие вещи острее. Я просто хотел тебя защитить.

— Ох, Венсан! Лучше бы ты меня не щадил.

— Все равно. Если бы ты и узнала, это ничего не меняло.

— Так ты действительно думаешь, что это Шюрли пытается повредить «Хрустальной сфере»?

— Да.

— Почему же ты его не остановишь?

— Я ничего не могу доказать. Он не дурак и не дилетант. Он подкупил даже частных детективов, которых я на него натравил. Пока что я не придумал, как под него подкопаться. Крепкий орешек, настоящий хладнокровный преступник.

— Когда ты собирался мне сказать о своих оригинальных склонностях? До свадьбы или после?

Венсан молчал, что было равнозначно ответу.

— Я все равно построю «Сферу», и не одну, — сказал он, следуя своей логике.

«Вот что тебя на самом деле интересует», — подумала Режин.

— Мне искренне жаль. Ты мне в самом деле нравишься. Мы были бы хорошей парой. Может быть, подумаешь?

— Нет, Венсан. Спасибо за доверие, но — нет.

«В сущности, я не имею права на него обижаться, — подумала она. — Если бы я не кривила душой перед собой, могла бы с самого начала догадаться, что с ним явно что-то не в порядке».

— Ты как, Режин? Все нормально? — Антонио появился у нее за плечом.

«Где же Саманта?» — оглянулась Режин. Стриптизерша мирно пила коктейль за столиком с другим мужчиной.

— Ты знал, что он здесь бывает?

Взгляд его остался непроницаемым.

— Конечно, знал! Зачем бы еще меня сюда тащить? Мерзавец ты!

— Ты все неправильно поняла!

— О, нет, все я прекрасно поняла! Ты же говорил, чтобы я за него не выходила, потому что он меня не хочет. Ты знал, что он предпочитает игры покруче. Хватит врать! Ненавижу вранье!

— Ну, хорошо. Да, я знал, что Гийом бывает в этом клубе. Я видел его здесь однажды. Случайно.

— Случайно! В борделе! — гневно повторила она.

— Ладно. Не случайно. Я пришел сюда за ним. Я следил.

— Следил за ним?

— Я подозревал, что он замешан в саботаже. Дошел с ним до этого клуба, ну, мне стало интересно, что тут такое. А когда узнал, решил, что должен тебя предупредить.

— Бескорыстное участие?

— Да. Хочешь — верь, хочешь — нет.

На его лице было все то же выражение игрока в покер. Режин не верила ни единому слову. Она замедленно покачала головой.

— Что ты собираешься делать теперь?

— Я расторгла помолвку. А теперь пойду домой. Чтобы крыша окончательно не съехала.

— Правильно. Я провожу тебя.

— Нет уж, спасибо. Ты веселись, шампанское еще осталось, и девочки тут славные.

— Я не могу тебя отпустить. Мне за тебя неспокойно, тебе нельзя сейчас оставаться одной.

— Одной мне точно будет легче.

Ей ни за что не хотелось показать, что она чувствует себя брошенным ребенком. Как будто она совсем одна на свете, в мире, где царят обман и предательство. В таком уродливом мире!

Она выскочила на улицу. Моросил дождь. Антонио вышел следом, набросил ей на плечи куртку с капюшоном.

— Что ты здесь делаешь? Я же сказала тебе…

Он молча, не слушая возражений, сел вместе с ней в такси.

Перед дверью ее дома, как уже было однажды, они стояли, не зная, что сказать.

— Вечно одно и то же…

— Да, похоже, так. — Он сунул руки в карманы и поднял плечи.

— Я не приглашаю тебя к себе, Антонио.