Наконец-то! - Ширли Басби

Сердце Арабеллы стучало, как барабан. Она застыла в кровати, сознавая, что любое мгновение может стать для нее последним. Ее мозг лихорадочно работал. Она завладела его вещью? Какой именно? И почему он не может просто, по-хорошему попросить ее вернуть?

— И учти, — прорычал человек, — я не повторяю дважды. Ты скажешь мне, где моя вещь, я заберу ее и уйду. Только не вздумай со мной шутить — пожалеешь! — Лезвие ножа слегка вдавилось в кожу на ее шее. — Поняла?

Арабелла молча кивнула, онемев от страха. Она не имела понятия, о какой вещи говорит незнакомец, но боялась в этом признаться, догадываясь, что он ей не поверит.

Негодяй почувствовал в темноте ее кивок и удовлетворенно улыбнулся. Конечно, заявившись сюда, он сильно рисковал, но у него не было другого выхода. Черт возьми! Однажды он уже понадеялся, что письмо испарится само собой, и сильно за это поплатился. Он убрал Лейтона, но не забыл того пугающего чувства беспомощности, которое ему довелось пережить, когда Лейтон начал его шантажировать. Надо найти это злосчастное письмо и наконец-то его уничтожить!

Оно наверняка у Арабеллы, даже если она сама об этом не подозревает. Иначе зачем бы Лейтон инсценировал ограбление на дороге? Тщательный обыск у него дома не дал никаких результатов. Сама Арабелла не представляла опасности: прочитав письмо, она вряд ли поймет его значение, но ее дружок Тони Даггет — дело другое. Этот парень быстро раскусит, что к чему. Улыбка мужчины померкла, когда он представил себе, какими последствиями грозит ему вмешательство Даггета. Рухнут все его планы, которые он так долго и терпеливо вынашивал!

— Итак, где оно? — вкрадчиво спросил он.

Арабелла решила прояснить обстановку.

— Вы должны мне поверить, — пролепетала она. — Клянусь вам, я не знаю, что вы ищете.

Мужчина замолчал, обдумывая ее слова. А вдруг она не врет? На какой-то момент ему показалось, что он ошибся. У нее нет никакого письма. Лейтон спрятал его где-то в другом месте. Но он быстро отверг это предположение. Письмо должно быть у нее! Правда, неизвестно, каким образом оно к ней попало, и вполне вероятно, что она сама его еще не обнаружила. Однако ее слова вполне могли оказаться и обманом.

Справившись с первым страхом, Арабелла начала соображать яснее. Ей не хотелось, чтобы ее прирезали, как овцу. Она лежала под лезвием ножа в напряженной неподвижности, тщетно пытаясь найти путь к спасению. Вдруг сердце ее подпрыгнуло. Она вспомнила про тяжелый стеклянный графин с водой, стоявший на маленьком столику у кровати. Графин и стакан принесла миссис Тидмор, дай Бог ей здоровья, на случай, если ночью ее госпоже захочется пить.

Пальцы Арабеллы начали осторожно, на ощупь, подбираться к столику и заветному графину.

Незнакомец вздохнул, и она замерла.

— Я в затруднении, — признался он. — Если ты говоришь правду, значит, я зря теряю время. Однако есть вероятность, что ты лжешь. Но сейчас меня больше волнует другой вопрос: что мне с тобой делать? Может, увести тебя в какой-нибудь укромный уголок и там поговорить по душам?

Нож больно врезался ей в шею, и Арабелла почувствовала теплую струйку крови. В ушах у нее шумело, а откуда-то изнутри поднималась волна гнева. Как смеет этот трусливый подонок так с ней обращаться !

Не подозревая о неистовой ярости, закипавшей в Арабелле, мужчина опять вздохнул.

— Все оказалось сложнее, чем я думал, — словно размышляя вслух, продолжил он. — К сожалению, моя дорогая, я не могу положиться на твое слово, так что придется тебе пойти со мной. Мы… побеседуем в другом месте.

Арабелла понимала: если она сейчас пойдет с ним, то уже не вернется живой. Ее рука медленно тянулась к единственному доступному оружию — тяжелому стеклянному графину.

— Что вы имеете в виду? — спросила она, чтобы выиграть время.

Незнакомец перестал давить ножом ей в шею, уверенный, что она и так достаточно запугана.

— Я имею в виду, моя дорогая, что ты теперь слишком много знаешь. С моей стороны было ошибкой прийти сюда, и эту ошибку я намерен исправить.

Арабелла почти не слушала, что он говорит. Больше не чувствуя ножа на своем горле, она сжала ручку графина. Раздумывать было некогда .

Резко развернувшись, она подняла графин и изо всех сил ударила злодея в висок. Тот полоснул ножом по воздуху и со стоном упал навзничь.

Вся мокрая от воды, Арабелла с трудом отпихнула тяжелое тело, сползла с кровати и, всхлипывая, бросилась к двери. Распахнув ее, она выбежала в главный холл второго этажа и, набрав в легкие побольше воздуху, закричала.

Ей казалось, что незнакомец вот-вот нагонит и схватит ее, поэтому она стремглав неслась вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Добравшись до парадного холла и не переставая кричать, она повернула к комнате Тидморов. Сейчас было не до приличий.

Слава Богу, впереди послышались встревоженные голоса и показался мерцающий огонек. В следующее мгновение миссис Тидмор прижала ее к своей необъятной груди.

— Ну-ну, милая, — принялась она успокаивать молодую госпожу. — Что стряслось?

— Человек, — прошептала Арабелла. — В моей спальне человек. Он хотел меня убить!

— Что вы говорите? — удивился мистер Тидмор и приподнял свечу, чтобы получше разглядеть Арабеллу.

— Это правда! — настаивала она, все еще дрожа от страха. — Он держал нож у моего горла.

Миссис Тидмор внимательно посмотрела на Арабеллу и сдавленно вскрикнула при виде ее мокрой, в кровавых разводах, ночной рубашки и поцарапанной шеи.

Тидморы быстро убедились, что рана Арабеллы неопасна. Это была даже не рана, а мелкий порез, но он сильно кровоточил. Кровь смешалась с водой из графина, и казалось, что ее больше, чем было на самом деле. Испуганная экономка хотела промыть рану, но Арабелла нетерпеливо отмахнулась.

— Я не умру и даже не потеряю сознания, — заверила она. Ее тронула забота слуг, но на счету была каждая минута. — Это пустяковая царапина. Скорее наверх, мы можем его упустить!

Вскоре по лестнице поднималась целая процессия: впереди спешил мистер Тидмор, воинственно сжимая старинное кремневое ружье; за ним поспевала Арабелла с лампой в одной руке и дедушкиным дуэльным пистолетом в другой; далее следовала миссис Тидмор, вооруженная огромной кленовой скалкой; за экономкой семенила горничная Арабеллы, Марта, она тоже несла лампу; замыкали шествие две молоденькие служанки, ночевавшие в доме.

Мистер Тидмор резко распахнул дверь в спальню Арабеллы и крикнул:

— Выходи! Выходи или буду стрелять!