Бьянка, благочестивая невеста - Бертрис Смолл

— Господин хочет, чтобы вы приехали в Венецию, — продолжил охранник. — Тогда он смог бы обеспечить вам надежную защиту.

— Увы, если я появлюсь в Венеции, история с мужем сразу получит огласку, — вздохнула Бьянка. — Отец очень этого боится. Надеюсь, когда-нибудь все-таки удастся повидать прекрасный город.

— Ваш приезд чрезвычайно обрадует князя, госпожа, — с поклоном ответил капитан и тактично удалился, оставив женщин одних.

— Скучаю по колокольному звону, — призналась Бьянка. — А еще по невероятной тишине монастыря. Никогда не испытывала склонности к монашеской жизни и все-таки чувствовала себя там замечательно. Так странно снова оказаться на свободе, в миру.

— Мы еще не совсем вернулись в мир, — возразила Агата. — На вилле тоже будет очень тихо и безлюдно. — Она помогла госпоже раздеться и принесла небольшой тазик, чтобы умыться.

— Зато там обязательно появятся новые звуки, — мечтательно предположила Бьянка. — Шум моря, свист и завывание ветра, пение птиц, голоса домашних животных. — Она быстро сполоснула руки и лицо, вытерлась полотенцем, которое услужливо протянула горничная, и устроилась на походной кровати. Агата заботливо поправила шелковое одеяло.

— Надеюсь, нам удастся отдохнуть на этих шатких сооружениях, — проворчала она, устраиваясь на второй койке. — Тот, кто их придумал, забыл о главном: удобстве.

И все же обе путницы тут же крепко заснули. День выдался на редкость долгим и трудным: из монастыря выехали до рассвета, а на привал остановились на закате. Ночь пролетела незаметно, а с первыми лучами солнца Агату разбудило движение в лагере. Она быстро встала, оделась и вышла из палатки.

— Пора будить госпожу? — спросила капитана.

Тот кивнул.

— Если выедем немедленно, то прибудем на место ранним вечером. Возьмите еды и позавтракайте; больше остановок не предвидится.

Агата подошла к разложенным припасам, взяла Бьянке и себе хлеба, сыра и фруктов и вернулась в палатку, чтобы разбудить синьору. Агата тоже провела всю свою жизнь во Флоренции и не выезжала из города дальше чем на фамильную виллу Пьетро д’Анджело. Увидеть море ей хотелось не меньше, чем госпоже.

Как и обещал капитан, на виллу Люче Стелларе приехали еще до заката. С вершины холма путники увидели внизу голубой простор Лигурийского моря. За целый день они не встретили ни одной деревни, а теперь свернули на узкую, круто спускающуюся с каменистого склона тропинку и остановились в восхищении: в укромной долине уютно расположилась небольшая, аккуратно выкрашенная в желтый цвет вилла.

…Капитан ловко спрыгнул с коня и поспешил на помощь путешественницам.

— Поздравляю, госпожа, путь завершен. Это и есть ваш новый дом.

Он подошел к массивной дубовой двери и постучал.

Бьянка с интересом осмотрелась. Вилла стояла очень уединенно, вдалеке от больших дорог. В душе шевельнулась надежда.

«Может быть, — подумала она, — Себастиано действительно меня здесь не найдет и наконец-то удастся построить свою собственную жизнь?»

— Встречайте хозяйку, — провозгласил капитан, как только дверь открылась.

Бьянка обернулась и увидела на пороге невысокую полную женщину; та широко улыбалась.

— Добро пожаловать в Люче Стелларе, госпожа. Синьор Пьетро д’Анджело известил о вашем приезде, и мы с нетерпением ждали радостного момента. Входите, входите!

Бьянка обратилась к командиру венецианского отряда.

— Переночуете?

— Нет, синьора, — покачал головой капитан. — Нам приказано доставить вас в целости и сохранности, после чего немедленно оправиться в обратный путь, чтобы не привлекать внимания. И князь Веньер, и ваш батюшка особенно настаивали на срочности возвращения. Как только кони немного отдохнут, поедем вдоль берега, по верхней дороге, ведущей в Модену. Ваш дедушка заранее обратился к герцогу, и тот позволил пересечь его земли, чтобы попасть в Венецию самым коротким путем. Благодарю за гостеприимство, синьора; обязательно расскажу о вашей доброте.

— А вам большое спасибо за защиту, — ответила Бьянка. — И прошу, передайте князю, что я искренне тронута его заботой.

Капитан галантно поклонился, сел на коня и повел отряд на прибрежную дорогу.

Бьянка помедлила возле крыльца, чтобы осмотреться. Тишина, покой, свежий ароматный воздух дарили силы и желание жить. Внизу, под самым домом, тянулся пляж: узкая полоска песка плавно переходила в каменистый склон. Завтра же надо будет разузнать, можно ли гулять вдоль моря и как туда спуститься. Повернувшись к крыльцу, она увидела, что по обе стороны от двери стоят большие синие вазоны с ее любимым белыми розами. Папа позаботился даже о цветах.

Джованни Пьетро д’Анджело порою проявлял сентиментальность, а розы, она подозревала, служили своеобразным символом мира. Отец просил прощения за слабость; за то, что настоял на замужестве, а не попытался найти иной ответ на шантаж со стороны Себастиано Ровере. Она давным-давно простила: разве мог он знать о немыслимой извращенности и жестокости будущего зятя? Торговец шелком слышал разговоры о дурной репутации Ровере, однако не предполагал, что злодей сделает жертвой порока молодую жену, невинную девушку из хорошей семьи. До конца жизни отец будет горько раскаиваться в своем решении.

Бьянка склонилась и понюхала одну из роз. Экзотический аромат вскружил голову.

— Прикажите ее срезать и принести ко мне в спальню, — обратилась она к экономке, которая терпеливо стояла на крыльце и дожидалась, пока госпожа соизволит войти в дом.

— Хорошо, синьора, — ответила та и поинтересовалась:

— Любите цветы?

— Люблю, — призналась Бьянка. — Очень.

— Меня зовут Филомена, синьора, — представилась экономка. — В мои обязанности входит наблюдение за слугами. За всеми, кроме вашей личной горничной, — тактично уточнила она. — Пойдемте же! Все вас ждут. Персонал у нас небольшой: господин предупредил, что вы предпочитаете уединение и покой, так что много хлопот не доставите.

Бьянка засмеялась.

— Папа хорошо меня знает.

Слуги выстроились в холле, чтобы приветствовать госпожу.

Первой представилась Джемма, повариха. Следом за ней стояли две молодые горничные: одной предстояло помогать экономке, а вторая была приписана к кухне. Вместе с Агатой они и составляли весь обслуживающий персонал дома. Мужчины в жилые покои не допускались, и в этом ограничении Бьянка также усмотрела волю отца. Все работы во дворе предстояло выполнять двум братьям неопределенного возраста: Примо и Уго. В их обязанности входил уход за садом и животными.

— Мы выращиваем много овощей и фруктов, — объяснила Филомена. — Когда ваш батюшка приехал, чтобы возродить виллу после долгих лет забвения, старый сад едва виднелся в диких зарослях. За несколько месяцев упорного труда братья сумели расчистить и восстановить значительную его часть. Ну а к будущему году обязательно приведем в порядок всю территорию. У нас есть даже две небольшие рощи: одна состоит из оливковых деревьев, а вторая — из лимонных. Примо мечтает разбить на вершине холма виноградник: говорит, что раньше здесь получали отличный урожай. Некоторые лозы до сих пор живы. Утром он даже принес вам несколько кистей.