Мои маленькие тайны - Виктория Александер

— Это еще почему? — обиделся Рэдингтон. — У нее слишком хороший вкус?

— Потому что даже если бы она оказалась дурой и завела интрижку, то с кем-то имеющим лучшую репутацию. — Берил с искренним дружелюбием посмотрела на Эдриена. — С тем, кого никто не заподозрит. С кем-то… безопасным.

Рэдингтон ухмыльнулся, чрезвычайно довольный.

— Я уж точно не безопасный.

— Именно поэтому я здесь, — сказала Берил.

Эдриен нахмурился, напряженно обдумывая услышанное.

— Что значит, по-вашему, безопасный?

— Я имела в виду человека, которому, как и вашей жене, есть что терять. — Она покачала головой. — Хотя я вообще не могу представить ее заводящей интрижку. Она явно по уши влюблена в вас.

— Я тоже так считал, — пробормотал Эдриен.

— Тогда почему вы здесь? — не поняла Берил.

— Почему? — Он досадливо поморщился. Улики? Не было никаких улик, если конечно, отбросить эмоции и включить разум. — Должно быть, всему виной погода.

— При чем тут погода?

— Не знаю, — вздохнул Эдриен. — Кажется, я сложил два и два и получил четырнадцать.

Берил несколько мгновений непонимающе таращилась на собеседника, потом ее лицо прояснилось, и она изумленно ахнула.

— Боже мой, Эдриен, вы влюблены в свою жену.

Рэдингтон фыркнул.

— Ты говоришь чепуху, дорогая. Никто не может быть влюблен в свою жену. — Он сделал паузу и добавил: — В чужую жену — да, но не в свою.

— Вы правы, — вздохнул Эдриен. — Я влюблен в собственную жену.

Рэдингтон с явно выраженной симпатией ахнул.

— Надо же, что может любовь сделать с нами — мужчинами.

Берил окинула любовника скептическим взглядом.

— Тебе-то откуда знать?

— Я много раз был влюблен. Очень много.

— Не стоит путать любовь и похоть, — буркнул Эдриен.

— Это была любовь, — твердо заявил Рэдингтон, после чего беззаботно пожал плечами. — Просто она никогда не длилась долго.

— И тому есть причины, — тихо сказала Берил.

— Ну, мне пора, — спохватился Эдриен. — Еще раз примите мои извинения, господа.

Берил и Рэдингтон обменялись быстрыми взглядами.

— Послушайте, Уоттерстоун, — начал Рэдингтон. — Я думаю, вы согласны, что о нашей сегодняшней встрече никто не должен знать.

— Я буду нем как рыба, даю слово, — сказал Эдриен. Ему даже думать не хотелось, что будет, если о его глупой ревности узнают все. Слухи могут дойти и до Эви. Он бросил еще один взгляд на Берил и ушел.

По пути домой он думал, что в свое время ему очень повезло. Он вовремя понял, что Берил не та женщина, которая ему нужна. Впрочем, и тогда он не давал ей никаких обещаний. Ей нужен был брак, чтобы добиться своих целей. По крайней мере тогда он думал именно так. Удар Рэдингтона, заявившего, что Эдриен когда-то был в точности таким же, как он, попал в цель и доставил немало неприятных ощущений. У него никогда не было иллюзий относительно своего поведения, однако он все же считал, что в погоне за удовольствиями не забывал о принципах.

А его жена ни в коей мере не скучная особа. Наоборот, она самая возбуждающая женщина из всех, которых ему доводилось встречать на своем жизненном пути. Необычная, смелая, привлекающая внимание.

И слишком умная, чтобы связаться с таким человеком, как Рэдингтон. Как он мог так сглупить? Берил совершенно права. Эви никогда не свяжется с человеком, имеющим такую репутацию, как Рэдингтон. Она выберет лучшего кандидата.

Чисто теоретически, конечно. Не то чтобы она уже выбрала кого-то. Не то чтобы она вообще сделала что-то неподобающее. Всему виной его разыгравшееся воображение. Он, Эдриен, сделал из мухи слона. Поднял много шума на пустом месте. И не сумел себя остановить. Значит, надо это сделать немедленно. Сомнения, подстегиваемые ревностью и страхом потерять то, что он ценил больше всего на свете, оказались слишком сильными, чтобы одолеть их с помощью доводов рассудка. Вот он и начал действовать. И показал себя полным идиотом. Может быть, хватит?

Очевидно, нет. Он должен докопаться до истины.

Эдриен ворвался в дом, на ходу бросив шляпу и перчатки дворецкому.

— Леди Уоттерстоун дома?

Дворецкий Стюарт покачал головой:

— Нет, милорд. Кажется, я что-то слышал о послеобеденном чае, но точно…

— Все! — гаркнул Эдриен на растерявшегося слугу. — Больше никаких походов в гости, чтобы выпить чаю.

— Да, милорд.

— У нас и дома есть отличный чай.

— Конечно, милорд, — поспешил добавить дворецкий. — Но поскольку мисс Дерошетт не сопровождает леди Уоттерстоун, думаю, чай здесь ни при чем.

— Прекрасно, — резко проговорил он и направился в сторону гостиной Эви. — Мисс Дерошетт там?

— Да, милорд, — сказал Стюарт ему в спину. Дворецкому очень хотелось последовать за хозяином и выяснить, что привело его светлость в столь дурное расположение духа.

Эдриен распахнул дверь в личную гостиную Эвелин. Мисс Дерошетт испуганно вскочила из-за письменного стола, за которым что-то писала.

— Где она, мисс Дерошетт?

Глаза Селесты изумленно округлились.

— О чем вы, милорд?

— Где моя жена?

— Она собиралась сделать несколько визитов, милорд, потом заехать к модистке, чтобы выбрать какую-то ткань, в книжный магазин…

Потрясение было сильным. Словно в него ударила пуля. Однако на его лице ничего не отразилось. Эдриен умел держать себя в руках.

— В книжный? — тихо и очень спокойно переспросил он. — Эви поехала к Хэтчарду?

Ему следовало все понять с самого начала. Но любовь оказывает пагубное влияние на умственные способности человека.

— Нет, сэр, — испуганно пролепетала Селеста. — К Фенвику и сыновьям.

Пожалуй, он действительно идиот.