Запретная страсть - Дайан Левинг

— Вероятно, Родерик. Он более компетентен в бизнесе, чем я, — сказала Маргарет, хотя ей было очень неприятно произносить это имя.

— Марго, я думаю, что мне лучше оставить вас наедине, — сказала Кэтрин.

— Кэтти, я очень благодарна тебе за все!

— Я всегда рада помочь тебе, подружка. Я вернусь вечером.

— Хорошо.

— До свидания, Адель.

— До встречи, — проговорила Кэтрин, уже открывая дверь.

Мать и дочь молча смотрели друг на друга, Адель гадала, известно ли что-нибудь дочери.

— Дорогая, почему ты избегаешь Родерика, ведь он твой жених?

— Я больше не желаю слышать имя этого человека и не хочу ничего знать о нем самом.

— Но что произошло?

Для того чтобы Адель все поняла, Маргарет нужно было рассказать ей о Нике, а этого она сделать не могла.

— Мама, он однажды сказал мне, что выгонит нас на улицу. Я не понимаю, почему он упомянул тебя, ведь дело касается только нас двоих.

— Э-э… я не знаю, может, он… хотя нет… наверное…

— Почему ты так волнуешься, что случилось? Ты говорила с ним обо мне?

— Да, мы разговаривали.

— Он просил тебя поторопить меня со свадьбой?

— Да. — Адель решила, что нужно рассказать Маргарет всю правду с самого начала. Она поймет меня и не станет упрекать, думала она.

— Почему ты молчишь?

— Видишь ли, дочка… — начала Адель, — есть одно обстоятельство, которое связывает меня и Родерика.

Маргарет была удивлена.

— Какое обстоятельство?

Адель было трудно говорить, ведь об этом знают лишь она, Дебора и Родерик, а теперь ей предстоит все рассказать Маргарет.

— Это связано с моим прошлым, с теми событиями, которые произошли в моей жизни еще до встречи с твоим отцом.

— Какое отношение к этому имеет Родерик?

— Не торопись и выслушай меня. Я надеюсь, что ты все поймешь, хотя в этой истории и для меня есть много неясностей.

— Ты говоришь загадками, мама.

— Ты мешаешь мне сосредоточиться.

— Извини, продолжай. Я заинтригована.

— Ты знаешь, что до приезда в Штаты я жила в Париже в доме дяди Поля.

— Да, это отец тети Деборы.

— Верно. Он был профессором, и к нему часто приходили студенты, с которыми у нас с кузиной возникали приятельские отношения. Первый муж Деборы был как раз студентом, который учился у ее отца. Меня в то время не привлекали мужчины, я интересовалась живописью, музыкой, модой и другими не менее интересными вещами.

— В Париже трудно этого не делать!

— Да, ты права. Это было прекрасное время, тогда я была по-настоящему счастлива!

— Что же случилось?

— Все просто, Маргарет: я влюбилась! В одного из студентов дяди Поля.

— Правда?

— Тут нет ничего удивительного, он был само обаяние. Его звали Жан Ренье. Он изучал право в Сорбонне и писал какую-то работу под руководством старого Поля.

— Ты любила этого Жана больше, чем Патрика Грандинсона?

— Тогда я еще не знала твоего отца, и Жан был моей первой любовью, я была отчаянно влюблена в него.

Маргарет вспомнила Ника, его теплый взгляд и завораживающую улыбку, и сердце ее затрепетало.

— Жан приходил почти каждый день, все кругом удивлялись трудолюбию, но они ошибались: причиной его приходов была я.

— Он тоже влюбился в тебя?

— Да. Как только он заходил в дом, то начинал искать меня глазами, а я долго не заставляла себя ждать. Со временем все поняли, в чем причина научных изысканий студента Жана Ренье, но не стали противиться его визитам.

— Почему?

— Ты ведь знаешь, что мои родители были бедны. После их смерти дядя принял меня в свою семью, но он тоже не был богат, к тому же у него была родная дочь, которую тоже нужно было выдать замуж. Для меня Жан был подходящим женихом, он не был слишком богат или слишком беден, но у него были большие амбиции.

— Он хотел стать богатым?

— Не просто богатым, а очень богатым.

— И как же он этого хотел добиться?

— Во-первых, он усердно учился и хотел стать лучшим адвокатом Парижа и всей Франции.

— Ого!

— Во-вторых, он мог выгодно жениться.

— Но ведь он влюбился в тебя!

— Ну, сердцу ведь не прикажешь. Он думал, что справится с этим и сможет забыть меня, когда встретит подходящую девушку.

— Он встретил такую?

— К сожалению, да. До этого мы были так счастливы, все свободное время посвящали друг другу: ходили в театр, на всевозможные концерты и вернисажи. Но все закончилось, когда он познакомился с Николь.

— Это богатая невеста? — Маргарет проявляла живой интерес к рассказу матери, потому что находила в ее истории созвучие со своим романом с Ником. Кроме того, Адель никогда не рассказывала дочери о своей жизни и о своих чувствах. В эту минуту мать и дочь были близки как никогда.

— Николь была дочерью известного тогда в Париже дизайнера, судьба которого сложилась трагично, и Николь воспитывала ее мать. — При воспоминании об этой женщине Адель вздрогнула. — Это была консервативная дама. Она продолжала дело своего мужа и была очень богата. Она фанатично любила дочь и желала для нее лучшего жениха. При этом его состояние не играло никакой роли.

— Где же Жан познакомился с ней?

— Они учились в Сорбонне, только Николь изучала философию, а он право.

— Странно…

— Что ты имеешь в виду?

— Мне, конечно, очень интересен твой рассказ, но я не могу понять, как это связано со мной и Родериком?

— Не торопи меня, Марго.

— Прости,

— Так вот, Жан не обращал на нее никакого внимания, потому что все его мысли были заняты мною, но, после того как один его приятель поведал ему о богатстве Николь, Жан стал присматриваться к ней.

— Ты ревновала?

— Конечно! Ведь я тогда уже была беременна от него. — Голос Адель задрожал. Было заметно, что ей больно вспоминать об этом.

Маргарет от удивления открыла рот.

— У тебя был ребенок?!

Из глаз Адель полились слезы, она не могла больше сдерживаться и дала волю эмоциям.

Маргарет нежно обняла ее и попыталась успокоить.

— Ну же, мама, перестань плакать! Ты же всегда была сильной!

— Нет, Марго, я была такой не всегда. Меня закалила жизнь. Жан не знал, что я жду ребенка, когда сообщил мне о нашем разрыве.