Навсегда осталась твоей - Джеки Эшенден

– Герой, – сказала она и посмотрела на него так, что он почти почувствовал себя таковым.

– Ты действительно в это веришь? – Ксеркс постарался отшутиться и сделать вид, что ему все равно.

Ему хотелось, чтобы она поверила в его невиновность. Если она поверит ему, у него будет надежда на будущее.

Странно, что он вспомнил о надежде. Он никогда не думал об этом раньше, даже не замечал, что нельзя жить без надежды.

– Да, – уверенно сказала Калиста. – Я в это верю.

Гнев Ксеркса и жгучая ненависть к себе растаяли как снег под весенним солнцем.

Она увидела в нем силу. Она считает его героем. Как он мог ей не поверить? Теперь он будет надеяться, что станет хорошим отцом, а их ребенок сможет им гордиться и будет на него равняться.

И принц сможет стать ей хорошим мужем.

Желание Ксеркса усиливалось. Девушка нежно поглаживала его грудь.

Он посмотрел в ее янтарные глаза и тихо спросил:

– О, Калиста, чем я заслужил тебя?

Она покраснела:

– Я говорю правду.

– Но эту правду никто не хотел видеть, кроме тебя. Мой отец видел во мне только недостатки, которых во мне не было.

– Он был не прав. – Ее взгляд посуровел. – Он не должен был так поступать с тобой. И не имел права причинять тебе вред. Отец должен поддерживать своего ребенка, а не подводить его.

Ксеркс погладил ее скулы большими пальцами, ее кожа была нежной и горячей.

– Твой отец подвел тебя? – спросил он.

– Он сделал все, что мог.

– Чего он не дал тебе, Калиста?

Она опустила ресницы:

– Он не стал мне матерью.

– Ты старалась быть любимой дочерью своей матери, а потом пыталась стать любимым сыном своему отцу, – тихо сказал принц. – Ты мне это рассказывала.

– Да. – Девушка не смотрела на него.

– И кем ты в конце концов стала? – мягко спросил он.

Она напряглась и попыталась отодвинуться от него, но он усилил хватку, удерживая ее на месте.

– Ты была у кого‑нибудь любимой, Калиста? Тебя любил мужчина?

Девушка напряглась.

– Нет. Ты мой первый мужчина.

Он не испытал ни шока, ни удивления. Только то же чувство, которое накрыло его, когда она сообщила ему о своей беременности.

Принц осторожно запрокинул ее голову, заставляя Калисту встретиться с ним взглядом.

– Значит, ты только моя, – просто сказал он, опустил голову и поцеловал ее в губы.

Калиста замерла. У нее были горячие и сладкие губы, которые показались ему отличным противоядием от той горечи, которая жила в его душе.

Она стала его богиней, которой он должен поклоняться.

Нетерпеливо проворчав, девушка обхватила его шею руками, поднялась на цыпочки и жадно поцеловала в ответ. Она цеплялась за него, как тонущий человек, словно Ксеркс был ее последним шансом на спасение.

Ксеркс нежно поглаживал ее шею, грудь и бока, наслаждаясь теплом и шелковистостью ее кожи.

– Ксеркс. – Она вздрогнула, прижимаясь к нему. – Пожалуйста…

– Тише, – пробормотал он у ее губ. – Не торопись.

Он остановил ее протесты долгим и мучительно сладким поцелуем. Калиста стала нетерпеливее и отзывчивее. Ее руки страстно поглаживали его грудь и живот, потом торопливо расстегнули молнию на его джинсах.

Ксеркс взял пальцами ее запястья и завел их ей за спину, удерживая на пояснице. Она постаралась высвободиться, но он не отпускал ее.

– Ксеркс! – в отчаянии воскликнула она. – Поторопись.

– Тише. – Он развязал бретельки на ее платье. – Лучшее достается тому, кто умеет ждать.

– Я не хочу ждать.

– Я знаю, что не хочешь. – Он мягко касался губами ее рта. – Какая нетерпеливая девушка. Но ты меня подождешь, потому что ты моя, Калиста. Ты понимаешь?

Она покачала головой. Он не знал, то ли девушка не понимала его, то ли не хотела принадлежать ему. В любом случае это не имеет значения.

Ее платье соскользнуло вниз, обнажая красивую грудь. Она тихонько простонала, стараясь вырваться из его хватки, но он крепче сжал ее, продолжая медленно и нежно целовать. Потом стал ласкать ее обнаженную золотистую кожу, с каждым прикосновением доказывая ей, какая Калиста желанная.

Его сердце сжалось. Да, он будет обожать ее. Принц понял это в тот момент, когда увидел Калисту в золотистом платье в спальне. Возможно, даже раньше. Может, тогда, когда увидел, как она стоит в дверях в униформе, рослая, горделивая и сильная.

Девушка заставила его почувствовать себя достойным человеком. Теперь его очередь баловать ее.

Он погладил пальцами изгибы ее обнаженной груди, потом обхватил их ладонями. Она ахнула, выгнулась и прижалась к нему, требуя большего.

Но он отказывался от спешки, нежно сжимая ее грудь и дразня кончиками пальцев ее соски, чувствуя, как она реагирует на его прикосновения. Калиста вздрогнула и снова постаралась вырваться из его хватки.

Он спустил ее платье ниже, и оно упало на пол. Отпустив ее руки и встав на колени, Ксеркс принялся целовать и поглаживать ее бедра.

– Ты не должен стоять передо мной на коленях, – хрипло сказала девушка.

Он взглянул на нее и заметил ее покрасневшие щеки и потемневшие янтарные глаза. И нежно погладил большими пальцами ее бедра, не отрывая от нее взгляда.

– Почему нет? – мягко спросил Ксеркс. – Ты моя богиня, Калиста. И я хочу поклоняться тебе.

– Нет. Я всего лишь солдат, а принц не должен становиться на колени.

– Но ты не просто солдат. – Он продолжал ласкать ее, давая понять, какая она красивая и желанная. – И я не просто принц. Я мужчина, а ты красивая женщина. Почему бы мне не встать перед тобой на колени?

– Я… – Калиста вздрогнула, выглядя сбитой с толку.

Она хотела его, это было очевидно. И все же ее это расстраивало, и Ксеркс не знал почему. Вот уже несколько дней она наслаждалась его прикосновениями. Что же изменилось?

Наконец до него дошло. Они занимались сексом и утоляли желание. Но никто из них не задумывался об эмоциональной близости. Сейчас все по‑другому, и мужчина это почувствовал. Ему хотелось подарить ей удовольствие и показать, что она особенная, не ради его собственного удовольствия, а ради нее самой.

Он не может притворяться, что ему все равно. Она стала ему небезразлична.

Но Калиста не унималась.

– Ты не можешь, – резко произнесла она. – Я тебе безразлична.

Он надменно поднял бровь, чтобы она знала, что он не собирается отступать.