Мистер Совершенство - Линда Ховард

И все же Джейн не могла не думать о Сэме. Она впервые встретила человека, который мог выслушивать ее колкости, не моргнув глазом. Более того, этот коп без особых усилий отвечал ей в том же духе. Иногда ей даже казалось, что Сэму нравилось ее злить. Дерзкий и нагловатый, но при этом ужасно сексуальный… К тому же он проявил должное почтение к отцовской машине и прекрасно вымыл и отполировал ее «додж».

Надо поскорее запастись таблетками.

У ворот компании «Хаммерсхед текнолоджи» уже толпились журналисты. Джейн затормозила у шлагбаума — и тут же засверкали вспышки фотокамер. Перед тем как открыть путь, охранник наклонился к ее окошку.

— Возьмете меня на испытание? Возможно, я соответствую вашим требованиям.

— Буду иметь в виду, — ответила Джейн. — Правда, ко мне очередь на два с половиной года.

— Догадываюсь. — Охранник подмигнул.

В это утро Джейн приехала на работу необычайно рано. Но все же кто-то из сумасшедших компьютерщиков ее опередил, потому что у лифта висел новый плакат: «Усвойте хорошенько: сначала надо грабить, а жечь потом».

У Джейн отлегло от сердца — обычно ей бывало не по себе, если утром не появлялся свежий плакат.

Она успела дойти до своего кабинета и только тогда осознала, что ни репортеры, ни охранник нисколько ее не расстроили. Досадные мелочи, не более того. А вот отношения с Сэмом — это гораздо важнее. Только вот куда они приведут, эти отношения?

Разумеется, она не собиралась сдаваться. Она намеревалась сопротивляться даже после того, как начнет принимать контрацептивы. Это дело принципа. К тому же так забавно обманывать его надежды…

Джина Ландретти тоже пришла на работу рано.

— Приветствую! — воскликнула она, увидев Джейн. — Знаешь, нам надо поговорить. Хорошо, что не будет свидетелей.

Джейн мысленно застонала. Она сразу же поняла, о чем пойдет речь.

— Вчера вечером мне звонила Пэм, — продолжала Джина. — Ну, ты знаешь, это моя сестра. Так вот, она пытается связаться с тобой. Хочет заполучить тебя на передачу. Конечно, не только тебя — всех вас, но я дала ей понять, что ораторствовать скорее всего будешь ты.

— Вот как?.. — Джейн растерялась; она никак не ожидала, что Джина выделит именно ее.

— Да-да, ты, — закивала Джина…

— Боюсь, у меня не получится, — пробормотала Джейн. Помолчав, добавила:

— А я не знала, что твоя сестра — заказчица программы.

— Она не заказчица. Но Пэм говорила с начальством, и начальство заинтересовалось списком. Твой список — ее звездный час. После этого она сможет продвинуться.

То есть Джина хотела сказать: если Джейн откажется от сотрудничества, то станет виновницей всех неудач в карьере Пэм.

Джейн тяжко вздохнула:

— Но могут возникнуть проблемы. Муж Ти Джей против огласки.

— Ничего страшного. — Джина пожала плечами. — Выступите втроем. А еще лучше — ты одна.

— Лана намного привлекательнее…

— Не спорю. Но она слишком молода. Нет твоей… весомости.

Вот как?! Значит, у нее уже есть «весомость». Джейн тотчас же попыталась воспользоваться этим своим качеством и придать голосу твердость.

— Знаешь, мне не нравится вся эта шумиха. Скорей бы все улеглось.

Глаза Джины расширились.

— Как? Ты не хочешь стать богатой и знаменитой?

— Богатой — не против. А знаменитой — нет. И к тому же я не очень понимаю, каким образом «С добрым утром, Америка!» сделает меня богатой.

— Получишь заказ, напишешь книгу и заработаешь кучу денег.

— Джина, спустись на землю! — закричала Джейн. — Из нашего списка книги не сделать. Неужели на трехстах страницах обсуждать желаемые размеры мужского члена?

— На трехстах?.. — с сомнением протянула Джина. — Я полагала, что сотни полторы — вполне достаточно.

Джейн очень захотелось ударить Джину по голове чем-нибудь тяжелым.

— Ну пожалуйста, скажи моей сестре «да», — проговорила Джина, сложив руки перед грудью. И тут Джейн осенило.

— Я должна поговорить с подругами, — заявила она.

— Но ты же сказала, что Ти Джей…

— Не важно. Все равно должна!

Джина расстроилась, однако подчинилась таинственной «весомости», которую обнаружила в своей коллеге.

— Я думала, ты будешь в восторге, — пролепетала она.

— Извини, не могу восторгаться. Слишком ценю свою независимость.

— Тогда зачем поместила свой список в бюллетень?

— Это не я. Марси напилась и проговорилась — рассказала Доне.

— Ах вот как… — Джина еще больше расстроилась.

— Родственники ужасно злятся, — проворчала Джейн.

Джина была женщиной доброй и, несмотря на разочарование, посочувствовала коллеге. Присев на край стола, она проговорила:

— Но какое это к ним имеет отношение?

— Вот и я так считаю. А сестра говорит, что не сможет поднять голову в церкви. Четырнадцатилетняя племянница скачала наш список из Интернета, и Шелли бесится по этому поводу. Брат недоволен, потому что стесняется коллег на работе.

— Наверное, произвели в туалете измерения, и оказалось, что ему нечем гордиться. — Джина рассмеялась.

— Не хочу даже думать об этом, — сказала Джейн и вдруг тоже рассмеялась.

Женщины переглянулись и разразились громким хохотом. Они смеялись до тех пор, пока из глаз не брызнули слезы, испортившие их макияж. Пришлось идти в туалет и «восстанавливать» лица.

В девять часов Джейн вызвали в кабинет к ее непосредственному начальнику. Его звали Эшфорд де Уинтер, и он носил только европейские костюмы, а слово «табель» произносил на английский манер.

И еще он был довольно гнусным типом. Во всяком случае, Джейн так считала.

Он не предложил подчиненной сесть, но она все же села, и мистер де Уинтер нахмурился. Джейн догадывалась, о чем заговорит начальник, и не желала слушать его стоя.

— Мисс Брайт…

— Я вас слушаю, мистер де Уинтер, — сказала Джейн. Эшфорд поморщился, и Джейн поняла, что перебила начальника.

— Мисс Брайт, ситуация у ворот становится невыносимой. Я имею в виду журналистов.

— Я с вами согласна. Следовало бы предъявить иск за… — Она осеклась. Было совершенно очевидно, что «ситуация»у ворот не являлась «невыносимой»и журналисты никоим образом не мешали сотрудникам.

Эшфорд снова поморщился.

— К сожалению, не могу оценить ваше остроумие. Вы прекрасно знаете, что данная ситуация — ваша вина. Люди нервничают и отвлекаются от работы.

Джейн немного подумала и спросила: