Храню тебя в сердце моем - Фиона Макинтош

– Папа, выслушай меня, – взмолилась она. – Мы с Беном были лучшими друзьями с детства. Ты это знаешь. Он никогда не был ни с кем другим, чтобы увидеть разницу.

– Конечно, как и ты.

Она почувствовала, как к лицу прилила кровь, и, несмотря на всю свою решимость, отвернулась.

– Иди?

Она покачала головой, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Она не могла врать, но и не смела сказать отцу правду. Разрываясь между долгом и чувством, она молчала.

– Это совершенно нормально… Нет ничего необычного в том, чтобы сомневаться на этой стадии. Уверен, что твоя мать плакала каждый вечер всю неделю перед нашей свадьбой. Она так боялась расстаться со своей семьей… начинать новую жизнь. Все это самое обычное дело.

– Я просто его не люблю. Не так, как ты любил маму… и до сих пор любишь. – Отец приподнял ее лицо за подбородок, чтобы посмотреть в ее влажные глаза, когда она это говорила. – Я хочу быть влюблена так же, как были вы.

Она поняла, что задела нужную струну в его душе, и ему стало ее жалко.

– Мне кажется, что Тому придется за многое ответить, – мягко проговорил Эйб. – Он отвлек тебя от Бенджамина, заставил сомневаться в твоем выборе.

Иди почувствовала себя так, словно он ее ударил. Она запнулась, на глаза снова выступили слезы.

– Нет, папа…

– Этот человек ворвался в твою жизнь, как метеорит, и ослепил тебя своим сиянием.

Она покачала головой, но поняла, что отрицать это бесполезно. Она ненавидела себя за то, что причиняет ему боль.

– Он забивает тебе голову своими идеями.

– Нет. Эти идеи всегда были там, папа.

Он печально кивнул, пристально глядя на нее.

– Я могу чем-нибудь помочь, Иди? Ты знаешь, что все, чего я хочу, это чтобы ты была счастлива.

Это был ее шанс. Никогда больше у нее не появится подобной возможности, в этом она даже не сомневалась.

– Дэниел всегда говорил, чтобы я стремилась к своей мечте, папа.

Он ничего не сказал на это, словно не желая упоминать имя Дэниела в разговоре о том, что она не любит Бена.

– А Том?

– Я хочу, чтобы ты… Нет, мне просто необходимо, чтобы ты дал ему шанс.

– Шанс отнять у меня дочь? Ни в коем случае. – Эйб Валентайн, поморщившись, встал, и она поняла, что это от артрита, которым он страдал потому, что почти всю жизнь провел, склонившись над столом для кройки и разметки ткани. Она тоже встала и позволила ему нежно взять ее руки в свои и поцеловать их. – Я люблю тебя, детка, но ты слишком наивна – и я говорю это вовсе не затем, чтобы тебя обидеть. В том числе и твоя наивность делает тебя столь неотразимой и прекрасной. Ты в каждом видишь лучшее. Ты щедрая и ласковая. – Он вздохнул. – Думаю, рано или поздно Том узнает правду о себе.

– Ну и что?

Он пожал плечами.

– Это принесет тебе только страдание. – Она хотела было что-то возразить, но он поднял палец. Она благоразумно промолчала. – Ложись спать, Иди. Подумай над тем, что я сказал. Твоя мать хотела этого. Я тоже хочу этого для тебя. Бенджамин – прекрасный молодой человек из хорошей еврейской семьи.

– Я сильнее, чем ты думаешь, папа. Не забывай, что, когда ты лишился жены и сына, я тоже потеряла мать и брата. Мы оба пережили большое горе, и оба выжили. Теперь у меня есть мечта. Позволь мне попытаться ее осуществить.

– Ты уверена, что Том испытывает к тебе те же чувства?

Иди была поражена тем, как резко и точно отец перевел разговор в то русло, где на самом деле и крылся корень проблемы.

– Я… я его не спрашивала, – сказала она, убеждая себя, что вообще-то это было правдой, если только не принимать во внимание, что он признался ей в своих чувствах всего несколько часов назад. Следовало щадить нервы отца.

– У Бенджамина крепкое здоровье, постоянство, хорошая семья, доход и надежное будущее. Я могу прямо тебе сказать, что у Тома нет ничего из этого списка…

– Пока нет, папа, – вставила она, и он кивнул.

– Ну, объясни мне, как Том, у которого за душой нет ничего, кроме подаренного костюма и утраченной памяти, собирается обеспечить тебе дом, содержать семью, воплотить в жизнь твою мечту о магазине, Иди?

– Не могу объяснить тебе как. Зато могу сказать, что Бен никогда не позволит мне открыть магазин, даже если у нас будут деньги. Бен хочет, чтобы я забеременела, а потом стояла с ребенком на руках у плиты.

– Это так уж плохо?

– Папа, я хочу шить красивую одежду для женщин и свадебные платья. Я хочу быть владелицей, хозяйкой. Я хочу собственное ателье, – сказала она, пожав плечами, словно извиняясь за то, что у нее есть такие стремления.

Он медленно вздохнул.

– И ты думаешь, что Том может тебе это дать?

Она рассердилась.

– Мне не нужно, чтобы Том дал это мне. Но я не хочу выходить замуж по расчету или ради комфортного будущего. Я не хочу жить всю свою жизнь с тем, кого не люблю так, как должно. Я хочу выбирать сама… во всем – от карьеры до любимого человека – и в конечном счете выбрать, за кого выйти замуж.

Эйб тихо проворчал что-то себе под нос.

– Я бы солгал, если бы сказал, что этот разговор меня не расстроил. Мне тоже нужно многое обдумать и принять решение. Я твой отец и намерен исполнить свой долг по отношению к тебе. – Он кивнул, снова тихо вздохнув. – Пора спать, Иди. Завтра тяжелый день.

Она встала и крепко поцеловала отца в щеку.

– Подумай, как сильно ты любишь маму, и спроси себя, хочешь ли ты для меня меньшего после моей свадьбы, чем такая любовь. Пожалуйста.