Однажды в полночь - Джулия Энн Лонг

Она, скорее всего, специально не дала Салли говорить. Чем больше Джонатану становилось известно, тем больше он погружался в… Во что?

Голова раскалывалась от множества вопросов.

Он должен получить ответы. О, он должен добиться ответов!

А теперь… Джонатан освободился от плаща и подал его Томми.

Она рассеянно посмотрела на него. Потом подняла глаза на Джонатана, явно пытаясь сделать это с вызовом.

Но внезапность его жеста, а также суровость молчания Джонатана – все это подсказало ей, что лучше не отказываться.

Томми приняла плащ и накинула его на плечи.

– Благодарю вас, – по-королевски произнесла она.

Он фыркнул. Тихо, чтобы не разбудить крохотное создание.

– У меня для вас тоже кое-что есть, – прошептала Томми.

Она подвинула ребенка на коленях, а потом Джонатан с удивлением увидел, как ее рука скользнула за корсаж и пошарила там.

Томми вытащила оттуда фляжку, которую и протянула ему.

Он тут же обратил внимание на то, что фляжка еще хранила тепло ее грудей, между которыми и покоилась до этого момента. На секунду способность мыслить заменилась на чувственное восприятие и воображение. В конце концов, Джонатан в первую очередь и главным образом был мужчиной.

«Ох, сколько еще проблем она принесет с собой, Редмонд!»

Он приподнял фляжку в молчаливом и насмешливом тосте в честь Томми и выпил половину содержимого.

Через несколько минут Томми постучала в крышу кареты, и Салли зашевелилась во сне.

– Я сама вылезу, но не смогли бы вы передать ее мне? – тихо спросила она. – Мистер Френд подержит тебя на руках, хорошо, Салли? – И шепнула Джонатану: – Договорились, мистер Френд?

Что тут сказать в ответ? Не мог же он выкинуть ребенка из кареты пинком, как мешок с мукой.

Джонатан согласно кивнул.

Салли, не проснувшись полностью, подняла руки вверх. Он наклонился между ними, и девочка обняла его за шею, как будто это была самая естественная на свете вещь, которую она проделывала всегда.

Джонатан поднял ее. Смешно, но она действительно весила не больше мешка с мукой.

Такой же большой, как он, мужчина разбил ей голову, но та, кому девочка доверяла, сказала ей, что ему, Джонатану, можно довериться, и она доверилась. Джонатан вдруг ощутил краткий приступ головокружения, сродни ужасу, словно он шел по туго натянутому канату над улицей. Господи, как же рискованно быть ребенком! В наемной карете, на ходу, из визжащей дурехи превратиться в доверчивое без лишних слов невинное создание. И ведь это, как ему казалось, было абсолютно типичным поведением ребенка.

– Спасибо, мистер Френд, – сонно пробормотала Салли.

– Всегда пожалуйста, – натянуто ответил он.

Девчонка то ли уткнулась в его плечо, то ли вытерла свой текущий нос о его сюртук. Джонатан потом разберется с этим.

Какое же очаровательное создание!

– Я пришлю жемчуг завтра утром к вам на дом, – шепнула Томми.

«Завтра утром» уже наступило, но они даже не обратили на это внимания. Бледный свет начал пробивать дорогу через угольную копоть лондонского тумана. Тут и там, разбуженные светом, если не теплом, зашевелились пьяницы Ковент-Гардена.

– Мне нужны ответы на вопросы, – в голосе Джонатана отчетливо слышались угрожающие нотки.

– Вам они не понравятся, поверьте мне.

Томми не сказала, но Джонатану послышалось обвинение в ее словах.

И, скорее всего, она была права. И он был абсолютно прав на ее счет, это точно. В том, что она была не женщина, а какой-то лабиринт, и только Господь знал ее реальное прошлое или предпочтения. Лучше бы Джонатану отказаться от этого жемчуга и забыть, что случилось минувшей ночью.

– Я добьюсь их. – Каждое слово прозвучало как зловещее обещание.

Они глядели друг на друга, понимая, что оказались в тупике.

– Как, кстати, все прошло сегодня ночью, на ваш взгляд? – шепотом поинтересовался Джонатан.

– В этот раз более или менее, – сказала она в ответ. – Никого не подстрелили.

– Где вы?…

В это время Салли, которая цеплялась за колени Томми, что-то забормотала. Это дало Томми повод нагнуться к девочке.

Потом она моментально вскинула голову. По ней было видно, как она расстроена.

– Прошу прощения, мистер Редмонд, но у нее с собой была игрушка – маленькая куколка. Это единственное, что у нее есть. Наверное, мы забыли ее в карете. Не могли бы вы посмотреть на нашем сиденье? Это вас не затруднит?

Так мило Томми просила его о какой-то мелочи?

Джонатан опять заскочил внутрь кареты, похлопал по сиденью, посмотрел под сидением. Не нашел ничего.

– Боюсь, тут нет…

В это время Томми стукнула кулаком в стенку кареты, кучер взмахнул вожжами, лошади рванули вперед, дверца кареты захлопнулась, а Джонатан упал на сидение.

Он мог бы представить, как вслед ему несется смех, но не захотел.