Любовь и прочие неприятности - Киран Крамер

– Ты веришь в родственные души?

– Спрашиваешь так, будто мы говорим о Санта-Клаусе. Ты можешь не верить, что они иногда встречаются, но я все же верю.

Бун придвинулся ближе и сказал:

– Разъезжающего на оленях по небу толстяка в красном костюме не существует.

– Не слышала о таком, – улыбнулась Сисси. – В моей голове просто звучала песня «Рудольф – красноносый северный олень».

Бун улыбнулся в ответ, и она опять ощутила некую связь между ними. Сисси снова показалось, что он в какой-то степени ей подходит, и по телу пробежала легкая дрожь.

– Ты замерзла?

Его заботливый тон окончательно ее обезоружил.

– Нет. Просто этой ночью я кажусь себе немного сумасшедшей.

– Неудивительно. – Он подвинулся еще ближе – так, что его теплое дыхание стало щекотать кожу. – А что случилось после вашего разрыва? Ты опасалась других парней?

– Какое-то время да. Я уехала домой, чтобы зализать раны. Родители и Нана, как мне показалось, были рады моему возвращению. Вскоре я получила работу в библиотеке, сблизилась с Лори, но тот единственный, родственная душа, так и не появился. А время все шло и шло… И вот что мы имеем сейчас: тридцатидвухлетняя женщина просит малознакомого мужчину переспать с ней.

– Забавно то, что все это время я был рядом. – Бун намотал на палец ее локон. – И мы с тобой знакомы совсем не так уж плохо. В конце концов, учились в одной школе.

– Да, но…

– «Но» что?

– До вчерашнего дня ты меня не замечал.

Бун нахмурился.

– Нет смысла отрицать, чтобы еще больше не свести тебя с ума.

– Что значит «еще больше»? Я не сумасшедшая! – Сисси на мгновение зажмурилась, а потом добавила: – Ну разве что совсем чуть-чуть…

– Прости. – И прозвучало это вполне искренне. – Но не я один виноват: ты тоже не бросила мне ни слова за все эти годы.

– Потому что ты слишком высоко летаешь. Мне бы пришлось кричать во все горло, чтобы ты обратил на меня внимание. Согласись, метафора вполне уместна.

– Не хочу даже слышать об этом. Мы могли общаться на равных еще лет десять назад, но ты не сочла нужным. Это в твоем стиле, Сисси.

– Нет у меня никакого стиля.

– О нет, ты не права. Есть.

– У меня? Стиль?

– Ага. – В его глазах блеснули веселые искорки.

– Я не из числа предсказуемых особ, – возмутилась Сисси. – Ну ладно, возможно, в какой-то степени тоже предсказуема, но я борюсь с этим. И об этом тебе тоже, кстати, уже говорила.

– Что ж, давай поговорим уже о настоящем. – Бун резко поднял ее с кровати. – Мы будем сидеть в джакузи на задней террасе и смотреть на звездный небосвод. Я хочу немного согреть тебя, помочь забыть о том парне.

– Интересно, как много женщин там с тобой побывало?

– Не поверишь – ни одной! Сюда не ступала женская ножка.

– Почему?

– Не слишком ли это личная история, чтобы делиться ею с малознакомой женщиной? – Бун подвел Сисси к двери, которая, судя по всему, вела в ванную. – А теперь разденься. Если стесняешься, можешь взять купальный халат.

«Ну и наглец!»

Сисси стало жаль, что у нее не было времени на размышления. Она по-настоящему ощутила, что жизнь ее обретает безумный оборот, когда повесила свое простенькое и поношенное нижнее белье на вешалку и облачилась в хлопковый мужской халат, в нем она почему-то почувствовала себя необыкновенно женственной. Взглянув на себя в зеркало, Сисси заметила, что щеки ее и губы практически одного цвета. Поцелуи с классным парнем преображают внешность лучше любого макияжа.

– Продолжай в том же духе, – прошептала Сисси своему отражению. – Ты все сможешь. Именно ты, плутовка, ты!

Она смогла бы быть девушкой самого Элвиса, но в глубине души все еще боялась, вероятно, из-за того, что последняя близость с мужчиной у нее была очень давно. Она посмотрела в свои извечно любопытные глаза, окинула взглядом высокий лоб, нос – аккуратный и изящный, подбородок, который был по обыкновению строптиво задран вверх.

Выйдя из ванной, Сисси обнаружила, что Бун остался в одних боксерах. Ей стало интересно, не подрабатывает ли он во время поездок в Нью-Йорк моделью для рекламных стендов компании «Келвин Кляйн». Если нет, то ему следовало бы попробовать, поскольку его фотографии будут фантастически смотреться на стендах Таймс-сквер.

– Готова? – спросил он так непринужденно, словно между ними не происходит совершенно ничего особенного.

– Конечно, – усмехнулась Сисси, вдруг почувствовав себя так, словно ей предстояла операция, а оперировать ее будет Бун, и постаралась немедленно избавиться от этого ощущения.

Бун привел ее на заднюю террасу, и Сисси обратила внимание, что ветер стих, однако было очень холодно, так что вряд ли она сможет полностью раздеться здесь. Ни за что!

– Не беспокойся, – сказал Бун. – Садись на край и опусти ноги в воду. Сейчас выпьем шампанского, и ты немного согреешься. А после, когда поймешь, что готова, мы разденемся.

– Но здесь так холодно, что от воды исходит пар! – Сисси постаралась говорить так, чтобы не выдать своего беспокойства. – Что-то не хочется проверять на прочность свою иммунную систему, да и болеть тоже. Сейчас я должна бороться с тобой за библиотеку и улаживать дела со страховой компанией по случаю разрушения половины моего дома.

– Ты не заболеешь. Теплая вода и секс пойдут только на пользу.

– Я думала, это слоган Гиннесса.

– На сегодня я его позаимствовал, – рассмеялся Бун.

Террасу освещал лишь свет из спальни, поэтому Бун помог Сисси присесть, и она опустила ноги в темную теплую воду.

Внезапно свет в комнате погас – и в тот же миг зажглись тусклые лампочки на дне джакузи. Сисси подняла голову и увидела, как ярко светят на небе звезды.

– О боже! Какая красота!

Бун протянул ей бокал шампанского, а она не смогла его даже поблагодарить – так заворожил ее вид.

– О, это восхитительно! – разве что не простонал Бун.

Сердце Сисси замерло, когда она опустила глаза и увидела в джакузи его – голого. Его боксеры лежали рядом с ней. Воду покрывали бурлящие пузырьки пены, среди которых сидел Бун с бокалом шампанского в руке. Сисси очень хотелось рассмотреть, что там, под этими пузырьками, и одновременно она была рада, что не может этого сделать.

Сисси едва не дрожала от возбуждения, поэтому одним глотком осушила остатки шампанского, чтобы успокоить нервы.

– Не присоединишься ко мне? – предложил Бун.

Она резко вынула ноги из воды.

– Я все еще привыкаю к обстановке.

– Хорошо, как скажешь. Еще шампанского?