Неподходящее знакомство - Стефани Винтер

Та криво усмехнулась: попробуй расслабиться, когда все тело гудит от нетерпения как высоковольтная линия электропередач.

Молодая женщина уже побывала в косметическом кабинете, сделала маникюр, педикюр, потом отправилась в сауну. Ей следовало бы пребывать в состоянии блаженства и довольства, но не тут-то было.

Я направляюсь прямиком к бездонной пропасти, говорила она себе. Еще шаг – и я полечу вниз. Надо было пойти на работу и заняться делами. И забыть обо всей этой бредовой затее. А ключ послать по почте без записки.

Вместо этого она отправилась в центр красоты и отдалась в руки специалистов по превращению обыкновенной женщины в женщину исключительную.

Я похожа на наложницу в гареме, которую готовят к визиту султана. Он вволю натешится с ней, а потом отправит обратно и забудет. Хорошо если до следующего раза, а может быть, и навсегда. Возможно, и меня ждет та же участь. Рано или поздно страсть утихнет, и что тогда будет со мной? Останусь одна и буду пытаться склеить свое несчастное разбитое сердце?

Но нет, решила Джозефин, сейчас не время думать такие думы. Это только начало связи, а не ее бесславный конец. К тому же все специально устроено так, чтобы ее сердце осталось невредимым. Никакой лишней интимности, никаких совместных вечеров и встреч с друзьями и родственниками. Ничего, что питает взаимную привязанность. Только отдельная квартира с кроватью и наслаждение сексом. Сексом, а не любовью…

Массажистка закончила чудодейственные пассы, неодобрительно покачала головой, поцокала языком и посоветовала посещать ее чаще.

– Вам необходимо снять напряжение. Иначе долго не выдержите. Это чревато нервным срывом, – предупредила она клиентку.

Та кивнула, но про себя подумала, что собирается снять напряжение в другом месте и совершенно иным способом. Вслух же только поблагодарила и протянула деньги.

Убирая кошелек, нащупала в отделении ключ и в тысячный за сегодняшний день раз мысленно повторила: 21, Нортвэй-роуд, Скеттердейл. На случай, если вдруг потеряет записку с адресом.

Джозефин собиралась вернуться домой и постараться хоть немного вздремнуть. Так что и незачем было таскать с собой ключ, рискуя где-нибудь обронить…

Она все еще продолжала уверять себя, что это произошло по чистой случайности, когда уже сворачивала на Миддленд-стрит, ведущую в Скеттердейл.

Быстро найдя Нортвэй-роуд, Джозефин медленно направила «линкольн» вдоль ряда роскошных домов с большими зелеными лужайками перед ними. Я просто хочу взглянуть, повторяла она себе, какое место Дуглас выбрал для их более чем странных встреч. Я не собираюсь входить, просто посмотреть снаружи…

Дом 21 оказался на правой стороне улицы. Аккуратно подстриженная лужайка, две прихотливой формы клумбы с цветущими розами, вымощенная керамическими плитками дорожка. Очень мило.

Джозефин вышла из машины и огляделась. Неуверенно подошла к двери и нащупала ключ. Я только посмотрю, подходит ли он, чтобы вечером вдруг не возникло проблем, неубедительно объяснила она себе свое поведение. Признаваться в излишнем любопытстве было стыдно.

Полы покрывал ворсистый палас нежно-кремового цвета. Светлые стены, большие окна, просторные комнаты…

Немного поколебавшись, Джозефин направилась на второй этаж и оказалась в роскошно обставленной, но тем не менее какой-то безличной спальне. Огромная кровать – не кровать, а поистине королевское ложе – уже была готова к приему своих гостей. У нее ёкнуло сердце. Она на цыпочках подобралась ближе, приподняла край покрывала и пощупала прохладные шелковые простыни. Вздрогнула от предчувствия предстоящего. Потом заглянула в ванную, отделанную черной плиткой и зеркалами.

Этот дом мог быть и настоящим любовным гнездышком, и в то же время комфортным жильем для любящей супружеской четы.

Джозефин благоговейно закрыла дверь и так же на цыпочках спустилась вниз. Там разыскала кухню, осмотрела все новейшие приспособления, заглянула в шкафы, заполненные дорогой, но, видимо, никогда не использовавшейся посудой, потом в холодильник. Тот был девственно чист и абсолютно пуст.

Не похоже, что сейчас тут кто-то живет. И уж точно не Дуглас.

Что она знает о нем? Решительно ничего. Сначала приняла за ковбоя на ранчо, потом убедилась только в одном: у него достаточно средств, чтобы посещать самые дорогие рестораны и носить лучшие костюмы. Да, может, у него по всей стране разбросаны такие дома для встреч со случайными подружками…

Нет, ерунда, перебила она себя. Это была моя идея, не его. Именно я настояла на нейтральной территории.

Что ж, он пошел на немалые затраты, чтобы в точности удовлетворить мои требования. Этот дом абсолютно нейтрален и безличен.

Она вздохнула. А чего еще ожидать, после всех высказанных ею требований? Чтобы он привел ее домой?

Выйдя из дома и заперев дверь, Джозефин села в машину и отправилась в ближайший супермаркет. Там набрала деликатесов, не требующих длительного и сложного приготовления, бутылку шампанского, лучший шотландский виски и кофе. Погрузив все в багажник, заглянула к флористу и набрала мелких роз – желтых, белых, розовых.

Вернувшись в дом 21 по Нортвэй-роуд, сложила припасы в холодильник, разыскала вазу и поставила цветы на журнальный столик в гостиной. Постепенно воздух наполнился их сладостным ароматом, сделав атмосферу более выразительной и приятной.

Джозефин отступила на шаг, полюбовалась цветами, огляделась кругом и подумала: неплохо, но все же никак не напоминает дом. И сразу же возразила себе: ведь это и было основной идеей. Избежать всего, что могло бы напоминать домашний уютец, способный удушить любую страсть, а также сделать все возможное, чтобы наслаждаться этой страстью, не привязываясь к ее объекту.

Теперь ей предстояло проверить правильность и жизнеспособность своей идеи.

Дуглас прислал за ней черный лимузин. Машина, слава Богу, прибыла минута в минуту. Джозефин уже настолько истерзалась волнением и ожиданием, что с трудом справлялась с нетерпением.

Шофер – молчаливый мужчина лет пятидесяти – открыл дверцу и усадил ее, не произнеся ни слова. Джозефин хотелось спросить, часто ли ему приходится возить подружек Дугласа, но она сдержалась. К тому же стеклянная перегородка между салоном и его кабиной казалась и скорее всего была звуконепроницаемой.

Вот если бы кто-нибудь сейчас взял меня за руку и сказал, что все будет хорошо, тоскливо думала Джозефин, безучастно глядя в окно на темные улицы. Никогда еще ей не было так жутко и одиноко.

Она надеялась, что Дуглас приедет первым и будет ожидать, готовый принять ее в свои объятия.

Но окна дома 21 по Нортвэй-роуд были темными. Тяжело вздохнув, Джозефин достала ключ и вошла. Направилась в гостиную, напоенную ароматом привезенных ранее цветов, поколебалась, потом развела огонь в камине и плотно задернула шторы. И, занимаясь всем этим, пыталась убедить себя, что вовсе не нервничает.