Ночной блюз - Камилла Верден

— Договорились, — пробормотала Дороти.

— Будьте к этому времени готовы.

Он вышел из кухни, и, оставшись одна, Дороти отодвинула тарелки и опустила на стол голову.

Как долго я смогу бороться со своими бессмысленными, никому не нужными чувствами? — подумала она, ненавидя себя за слабость. Как переживу расставание со своим ненастоящим, но таким притягательным мужем?

Репетиция разлуки произошла уже через два дня.

В воскресенье Вильям объявил, что обязан съездить в Аберистуит для урегулирования вопроса приобретения у своего босса туристического комплекса. Дороти старательно притворялась, что воспринимает это сообщение абсолютно спокойно, что прекрасно все понимает и будет только рада, если его дела благополучно разрешатся.

На самом же деле она пребывала в состоянии легкой паники и ничего не могла с собой поделать.

Тедди, провожая Вильяма, чуть не расплакался, но, когда тот объяснил ему, что вернется очень скоро, и пообещал взять с собой на ярмарку в Ньюпорт, успокоился.

Целых два дня Дороти не знала, куда деться от тоски и одиночества. Дела у нее не клеились, и постоянно хотелось лечь в кровать и не подниматься.

Мучился и Тедди, бесцельно слоняясь по дому и ни с кем почти не разговаривая. Оба они воспрянули духом лишь тогда, когда Вильям вернулся.

А через два дня все они вместе с Анной отправились на ярмарку. Решили, что приехать в Ньюпорт лучше всего вечером, чтобы на следующее утро явиться на торг выспавшимися и бодрыми.

Перед отправлением Вильям отозвал Дороти в сторону и с растерянным видом сообщил, что ему удаюсь заказать в ньюпортском отеле лишь четырехместный двухкомнатный номер, в котором одна комната предназначена для супругов.

— В ней отнюдь не две кровати, как ты понимаешь… — Он развел руками. — Если хочешь, попробуем поселить тебя в каком-нибудь другом месте.

Дороти задумалась. Ситуация поражала своей нелепостью. Конечно, ей было бы спокойнее, если б она поселилась в отдельном номере, но в таком случае им с Вильямом пришлось бы как-то объяснять свое странное поведение Анне, которая до сих пор не знала, что их брак фиктивный.

Она вздохнула.

— Думаю, ничего страшного не случится, если сегодня мы переночуем с тобой в комнате для супругов.

Вильям довольно улыбнулся, хотя с трудом представлял себе, как сможет спать с Дороти на одной кровати и не прикасаться к ней.

— Нам следует обсудить еще кое-что. — Он кашлянул. — Мне ужасно хочется, чтобы поскорее осуществилась мечта Тедди. Давай купим еще одну собаку. Жук не очень-то подходит для роли сторожа. А если у нас появится скотина, сторож будет просто необходим. Я посоветовался с Филиппом. Он считает, что лучше всего приобрести овчарку. Эти твари поразительно умные, любят детей, а главное — прекрасно обучаются и справляются с ролью как охранника дома, так и пастуха. Что скажешь?

Возразить Дороти было нечего, хотя долгое время идею о покупке крупной собаки она не желала даже обдумывать.

Как он заботлив и внимателен, подумала она, задыхаясь от прилива волнительных чувств. И пробормотала:

— Скажу, что ты прав.

Приехав в Ньюпорт, они поставили машину на стоянку, отнесли вещи в свой номер и спустились на первый этаж, чтобы поужинать в расположенном там ресторанчике.

Представляя себе грядущую ночь, Вильям все больше нервничал. За ужином он выпил больше вина, чем следовало, надеясь захмелеть и быстрее заснуть. Но оно не помогло.

Когда они с Дороти вошли в комнату с большой двуспальной кроватью и закрыли за собой дверь, его бросило в жар. Поспешно достав из сумки пижаму и туалетные принадлежности, он влетел в ванную и встал под холодный душ.

Когда Вильям вышел наконец из ванной, Дороти с испуганным лицом сидела на краю кровати, прижимая к груди пакет.

Он остановился посреди комнаты и посмотрел на нее с некоторым раздражением.

— Ты выглядишь так, будто я пригрозился тебя изнасиловать!

Она медленно поднялась и сдержанно произнесла, не глядя в его сторону:

— Признаться, я вообще не знаю, как себя вести. Оставаться ночью вдвоем с мужчиной, а тем более спать с ним в одной постели мне еще не доводилось ни разу в жизни.

Все так же прижимая пакет к груди, она торопливо прошла в ванную и, лишь закрывшись в ней, немного расслабилась.

Еще в ресторане ей казалось, что опасаться сегодняшней ночи просто глупо, сейчас же хотелось провалиться сквозь землю или, по крайней мере, до завтрашнего утра не выходить из ванной.

Она медленно разделась и взглянула на собственное отражение в зеркале.

Ее ноги были длинными и стройными, попка округлой и упругой. Грудь после рождения и выкармливания Тедди изменилась — стала более полной, а соски потемнели и приобрели насыщенно-розовый цвет.

Понравилась бы я Вильяму? — мелькнуло у нее в голове. Густо покраснев, она включила воду и забралась в ванну.

А в спальню вернулась лишь двадцать минут спустя — в пижаме, состоящей из рубашки с короткими рукавами и штанишек длиной чуть выше колен.

— Рад, что ты жива, — произнес лежащий в постели Вильям, не поворачиваясь в ее сторону. — Я уж было подумал, что ты утонула.

Поняв, что он не спит, Дороти напряглась, выключила ночник и забралась под одеяло.

— Извини, я к тебе несправедлив. Болтаю всякую чушь, — сказал Вильям полушепотом. — Ты ведешь себя естественно и имеешь право меня опасаться. Мы ведь очень мало знакомы.

— Тебе не за что передо мной извиняться, — пробормотала Дороти. — Ты ни разу ничем меня не обидел.

Последовало продолжительное молчание.

Нарушил его Вильям.

— А Лео? Может, это он поселил в тебе страх перед мужчинами?

— Нет, — ответила Дороти. — Держать обиду на Леонарда мне, по сути, не за что. И признаюсь откровенно: я сама во всем виновата. Он просто уделил мне пару знаков внимания, а я была настолько неискушенной в любовных делах, что вообразила себе невесть что. Вот и бросилась в его объятия.

— Думаю, Лео был этому несказанно рад… — задумчиво произнес Вильям.

Дороти не понимала, почему выдает ему столь сокровенные, столь личные вещи. Настолько искренней она не бывала даже с Клэр. Наверное, на нее подействовал волшебный полушепот Вильяма. Или его присутствие в ее кровати. Или… Она ничего не могла понять.

— Спасибо, что пытаешься поддержать меня, но мне кажется, будь Лео здесь, он сам сказал бы тебе, что находил меня слишком надоедливой, — добавила она, тяжело вздыхая.

Вильям повернулся к ней лицом, оперся локтем на подушку, приподнял голову и положил ее на ладонь.

— Ты сильно недооцениваешь себя, Дороти. Ты очень привлекательная женщина, но мой брат никогда не изменил бы Маргарет лишь из желания покорить очередную красавицу.