Ребро Адама - Натали Иствуд

— Клянусь. Вот вернемся домой — сама убедишься. Я тебе докажу на практике!

Той ночью они занимались любовью и ели конфеты. И так еще много ночей подряд…

Артур вздохнул и покосился на телефон. Интересно, прослушала ли Шейла то, что он наговорил на автоответчик, или еще нет? — снова подумал он.

Вернувшись домой, Шейла, как обычно, первым делом включила автоответчик. Сообщений оказалось не так много: звонила Холли — как всегда по делу; Аманда — сообщить, что наконец-то объявился Доналд, так что пообедать с ней, как они условились накануне, никак не получится.

Вот и хорошо! Засяду за книгу, решила Шейла. И вдруг — голос Артура. Значит, вернулся. Несмотря на то что последняя их встреча прошла на удивление мирно, его желание увидеться крайне удивило Шейлу. Ей так не терпелось выяснить в чем дело, что она тут же набрала его номер.

Звонок застал Артура на кухне: он собрался перекусить.

— Слушаю, — ответил он, отложив в сторону сандвич.

— Привет, Артур. Это Шейла. Что там у тебя стряслось?

— Нам нужно поговорить.

— Это я уже слышала, — сдержанным тоном заметила она. — О чем?

— Это не телефонный разговор.

— Даже так? — Она выдержала паузу. — Ну ладно. Тогда говори, где и когда.

— Давай сегодня в девять в «Холидей-инн», — предложил Артур. — Устраивает?

— Сегодня? — удивилась Шейла. — А что, это так срочно?

— Да нет. А ты что предлагаешь?

— Давай лучше завтра.

— Завтра? — переспросил он, стараясь не обнаружить разочарования. — Ладно. Завтра так завтра.

— Только вечером я занята. Давай лучше утром.

— А во сколько?

— В девять. — И она повесила трубку.

Похоже, Шейла совсем не горит желанием с ним увидеться, пришел к неутешительному выводу Артур. А встречу перенесла на утро просто из желания сделать по-своему.

Они заказали завтрак, и Шейла спросила:

— Когда ты вернулся?

— Во вторник вечером.

— Ну и как долетел? — из вежливости спросила она, взяв дольку грейпфрута.

Артур усмехнулся.

— Лучше не спрашивай! Думал, не долечу вовсе.

— Как это? — Шейла распахнула глаза.

— Да мы попали в грозовой фронт, — с неохотой объяснил он. — И до последней минуты не было уверенности, сумеем ли приземлиться. Одним словом, ужастик!

Шейла вспомнила телевизионный репортаж.

— Так ты летел именно тем рейсом? — громким шепотом спросила она. — На том самом самолете?

Артур кивнул. Редкий случай: он не улыбался.

Шейла смотрела на него во все глаза.

— Даже не знаю, что сказать…

— А я скажу одно. — Артур поднял на нее глаза. — Мне представилась отличная возможность переосмыслить всю свою жизнь.

— Неужели все было настолько серьезно? — спросила Шейла, и внезапно у нее от волнения перехватило горло.

— Не то слово! — с мрачным видом проговорил он. — Я бы даже сказал, безнадежно.

Шейла задним числом испугалась так, что у нее потемнело в глазах. Какой кошмар! Ведь Артура могло уже не быть в живых! Она не могла выговорить ни слова, и ей стоило большого труда не показать, до какой степени ее это потрясло.

— Так о чем ты хотел со мной поговорить? — с усилием произнесла она спустя минуту.

— О нас с тобой, — сказал Артур, глядя ей в глаза. — Шейла, я хотел поговорить о тебе и обо мне.

— О тебе и обо мне? — вытаращив глаза, эхом переспросила Шейла.

— Знаешь, пока я был в Джорджии, я все время думал об этом, — торопясь, начал Артур. — А когда ты упрекнула меня в том, что… ну по поводу дурацкого недоразумения с чемоданом, меня это не столько раздосадовало, сколько глубоко обидело.

— Извини, Артур, я была не права, — опустив глаза, сказала она. — Просто я…

— И тогда я понял, что ты мне по-прежнему дорога, — перебил ее Артур, боясь, что потеряет нить. — Иначе мне не стало бы так больно от твоих слов.

Шейла вспомнила слова Холли: «Если тебе больно, значит, любовь еще жива».

— Я понимаю, прошло много времени, — быстро продолжал Артур, — и мы порядком попортили друг другу крови… — Он невесело усмехнулся. — Но чувства не умерли. Во всяком случае, мои. Шейла, мои чувства к тебе остались прежними.

— Мои тоже, — тихо проговорила Шейла, глядя в тарелку. — Только, к сожалению, одних чувств, как ты выразился, мало.

— Мало? — оторопел он. — То есть как это? Не понимаю…

— Да, мало! Знаешь, Артур, я много думала об этом. Ты прав, мы любили друг друга. И нам было хорошо в постели. Но, согласись, мы не смогли жить одной любовью. — Она подняла на него глаза. — Наша любовь не выдержала испытания бытом. А самое главное — оказалась бессильной перед различием наших характеров и взглядов на жизнь.

Он смотрел на нее со странным выражением лица, словно не верил, а потом покачал головой и тихо произнес:

— Господи! Какой же я дурак! Пришел сюда с целой речью, даже отрепетировал про себя… — Он горько усмехнулся. — Про то, как близость смерти заставила меня оглянуться на прожитые годы, и про то, что мы зря расстались… Хотел сказать тебе… — Он нервно хохотнул. — Впрочем, зачем? Теперь все это уже не имеет значения. — Он швырнул на стол салфетку, вскочил, чуть не опрокинув стул, положил на стол деньги и сказал: — Извини, что отнял у тебя время. И вообще, зря я затеял весь этот разговор.

— Артур… — У Шейлы стучало в висках, перед глазами поплыли круги. — Артур, подожди, ты меня не так понял…

Но он перебил ее:

— Нет, Шейла, на этот раз я тебя отлично понял!

— Да нет же, я только хотела сказать…

Но он ее уже не слышал. Резко развернувшись, он стремительно шел к выходу.