Весна для влюбленных - Светлана Лубенец

Как только Полина освоила новую технику – нанесение краски на ткань, в ее гардеробе появились умопомрачительные футболки и сумки с разными надписями и рисунками. Полина сама делала трафареты, сама выдумывала всякие смешные надписи и картинки. И с того момента все в ее жизни изменилось. Сначала попросила разрисовать футболку одна подружка, потом другая, а потом народ просто повалил валом. Полинка никому не отказывала. Просила только, чтоб ей приносили вместе с футболками и сумками краски.

Одно плохо: времени на уроки почти не оставалось. В школе Полинка училась кое-как, даже любимый французский забросила. И еще ей вечно влетало от учителей за то, что она передавала записки на уроках. Но как же не передать, если просят? Полина часто выступала в роли письмоносца. Кто-нибудь из мальчишек влюблялся и выбирал Полину посредницей. Мальчишки, они стеснительные…

Однажды, дело было в седьмом классе, классная Нина Васильевна оставила несколько человек после занятий из-за того, что они якобы сорвали урок. Учительница потребовала, чтобы ребята извинились. Так вот, Полина не хотела извиняться, потому что считала: ее поведение никак не могло повлиять на то, что урок оказался сорванным. Ведь она всего лишь передала очередную записку. В итоге Полина просидела в классе до тех пор, пока родители не заволновались и не начали звонить и разыскивать дочку. Только тогда учительница отпустила ее. И лишь дома Полина, еще раз обдумав все, что произошло, расстроилась. Ведь Нина Васильевна, классная руководительница, была ее любимой учительницей. Она всегда хвалила Полину, поддерживала, никогда зря не придиралась. И вообще, она была очень хорошая.

На следующий день Полина извинилась. Нина Васильевна спокойно ответила:

– Полина, я никогда не сомневалась в твоей порядочности.

Жаль, в десятом классе Нина Васильевна не преподавала. Их классы расформировали. Полину и еще нескольких ребят присоединили к «А» классу. Как выяснилось, отбирал их учитель физики Олег Евгеньевич – новый классный руководитель. Полина очень не хотела идти в новый класс. Большинство ее друзей оказалось в десятом «Б». Она подошла к Олегу Евгеньевичу и сказала об этом. Учитель посоветовал ей самой с кем-нибудь поменяться. И добавил:

– Полина, я выбрал тебя, потому что ты незаурядный человек.

Дома Полина снова подумала и изменила свое решение. Она осталась с «ашками». И снова услышала от учителя:

– Я в тебе не сомневался…

Вообще, она всегда хорошо относилась к физику. Во-первых, Олег Евгеньевич жил с ними в одном подъезде и даже был приятелем Полининого отца. Во-вторых, однажды он сказал Полине: «Запомни мои слова: ты лучшая! Даже когда кто-то покажется тебе красивее или удачливее, не унывай. В тебе есть главное – изюминка, то, без чего девушка никогда не станет по-настоящему красивой. Ты не такая, как все». Полина запомнила. Правда, спрятала слова Олега Евгеньевича глубоко в себе. До поры. До тех времен, когда можно будет поверить. И еще, она была безмерно благодарна старому учителю.

Вообще-то, Полине повезло. В школе ее любили, а дома никто не донимал. Она была младшей в семье и не то чтобы сильно избалованной, просто, как всякий поздний ребенок, была окружена особой любовью и заботой. Старший брат – совсем взрослый мужчина, жил отдельно со своей семьей. А средний, Гоша, сумел стать Полине лучшим другом, несмотря на большую разницу в возрасте – целых десять лет.

Когда Полина была помладше, Гоша очень трогательно о ней заботился, повсюду брал с собой, читал ей книги, играл с нею. Но со временем Гоша немного отдалился. Оно и понятно: после школы он ушел в армию, а когда вернулся, у него появились свои, взрослые интересы, друзья, девушки. Полина даже ревновала его, обижалась. Но постепенно свыклась. Ничего не поделаешь, Гоша изменился, да и она выросла. Десятый класс как-никак.

Весна. Кончается март. Город пронизан солнцем. Тротуары почти высохли. Вокруг нарядные люди. Звучит французская песенка. Полина подпевает.

То есть все складывалось как нельзя лучше.

И Полина снова уносилась в мечтах в будущее: вот она в художественном училище, ее работы отправляются на выставку молодых художников. Разумеется, это парижская выставка. И разумеется, работы Полины заметили. Ее приглашают на стажировку во Францию. Ей примерно девятнадцать лет… или… Сколько лет было Амели? Кажется, двадцать два. Нет, пусть все-таки девятнадцать. Ведь в Париж хочется поскорее!

И вот Полина выходит из самолета в аэропорту Шарля де Голля и сразу же окунается в неповторимую атмосферу парижской весны…

Как чудесно!

В Париже как раз цветут каштаны, и яркое солнце отражается в потрясающих парижских витринах. Полина живет в Латинском квартале, а на этюды выбирается на Монмартр. И однажды на Монмартре к ней подходит молодой человек… красивый, как… В общем, он очень красивый. Высокий, утонченный, черноволосый и кареглазый. Одним словом, настоящий француз. Или, может быть, испанец? Ах, ну это неважно! Потому что он совсем не такой, как все знакомые парни. Особенно одноклассники – с их вечными тупыми шуточками и глупым ржанием.

Ну что хорошего, скажем, в Мишке? Да ничего! Нет, он тоже симпатичный, конечно. Полина даже была в него когда-то влюблена… Но об этом – молчок! Об этом никто никогда не узнает. А вспоминать не хочется. От Мишки – одни неприятности. Он всегда ее высмеивал. Полина даже плакала из-за него. Естественно, дома и, естественно, потихоньку. Но теперь с этим покончено!

Скоро лето, экзамены… Прощай, школа! Прощай, жестокий Мишка! Больше она никогда не увидит его. Ну, может быть, когда-нибудь, через много лет, вернется в родной город в лучах славы и случайно встретит его на улице… Нет, лучше на персональной выставке. Она будет вся такая невообразимо богемная, немного уставшая от успеха, а ее наряды сшиты в лучшем парижском Доме моды, причем по собственным Полининым эскизам. Она будет стоять в окружении первых лиц города, с бокалом шампанского в руках. А он, Мишка, лишь издали сможет наблюдать за ней.

Полина даже зажмурилась от удовольствия, представив себе смущенную физиономию повзрослевшего Мишки. Но она не будет жестокой. Она улыбнется, кивнет и позовет его…

В этом месте у Полины происходил сбой – невозможно было представить себе Мишку, посещающего художественные выставки. И еще. Пусть даже волей случая тот окажется на той самой выставке, вот только где гарантия, что он не скажет что-нибудь эдакое: «О, Полинище! Привет! Какими судьбами? Эт чё, ты все нарисовала?»