На закате лета - Алекс Хилл

— Угу, — не совсем уверенно сознаюсь я.

— Серьезно? Рори! Давид? Давид?! — кипишует она, размахивая руками. — Обалдеть! Давид?!

— Эл, а можешь как-то конкретизировать свои эмоции. Я не понимаю, ты просто удивляешься или хочешь меня прибить?

Сестра закрывает губы ладонью, продолжая таращиться на меня и бормотать что-то нечленораздельное. Слух улавливает отдельные слова не очень приличного характера, и я все сильнее начинаю жалеть, что призналась. Но если бы я промолчала, и это вылезло в самый неподходящий момент, то стало бы только хуже. Морально готовлюсь еще к одному неприятному разговору, но Элка вдруг начинает дико хохотать, мотыляя головой.

— Ну все… У тебя истерика, — вздыхаю я. — Я окончательно сломала невесту.

Ариэлла продолжает хохотать вперемешку с ругательствами. Только бы ее не заклинило. Демид мне точно за это спасибо не скажет.

— Да чего ты ржешь? А? Что тут смешного?

— А то, что ты практически переспала с моим женихом! Рори, от кого, от кого, но от тебя я такого...

— С ума сошла?! — возмущаюсь я, а после до меня доходит, о чем она говорит. — Фу! Нет! Они же…

— Они одинаковые, Рори, — не может успокоиться Элка, заливаясь новой волной смеха. — Везде. Везде-везде…

— Прекрати! — крепко зажмуриваюсь, но настроение сестры проникает в меня и щекочет горло, заставляя тоже рассмеяться. — Я не хочу об этом думать. Все! Замолчи! Я даже мысли такой не...

— Ври больше! Ну и как? Хотя, чего я спрашиваю? Я же знаю, как, — с придыханием говорит Элка и показывает хищный оскал.

— Ничего ты не знаешь, — толкаю ее в плечо, чтобы хоть немного утихомирить. — Может они внешне и одинаковые, но начинка-то разная. Так что это не считается.

— Они тебе что, профитроли? Начинка?! А какая начинка у Давида? Вот у Демида, например, черничная или малиновая. М-м-м...

— Я имела в виду… Что… Да ну тебя! Отвянь! Ты поняла, о чем я хочу сказать.

— Фух! — сквозь тяжелое дыхание выдает сестра. — Конечно, поняла. Это как с той юбкой на кнопках, помнишь? Ты купила себе такую же, только красную, а не зеленую, как у меня.

— Элла! — с мольбой произношу я. — Я не знала, кто он, когда мы встретились впервые. И я не хотела...

— Рори, ты чего? Думаешь, я обижусь на тебя из-за такого? Дурочка совсем, что ли? Просто согласись, что это забавно. Две сестры и два брата. Прямо, как в кино.

— Только бы это была не драма…

— Ой, ну все… Началось. Тебе обязательно посыпать все своим пессимизмом? Давай лучше рассказывай, как вообще так получилось?

Приходится рассказать. Все с самого начала. Ариэлла идет на второй заход, чуть ли не рыдая от смеха, когда слышит, что я угрожала Демиду, думая, что это он флиртовал со мной. Но чем дальше я ухожу в свою историю, тем труднее мне подбирать слова и формулировать мысли. Я слушаю себя и понимаю, что все это похоже на какой-то сказочный бред, который никак не может быть правдой. Зато Элка слушает очень внимательно и лишь иногда умиленно вздыхает.

— А чего ты такая кислая? — спрашивает она, когда я заканчиваю свое повествование. — Нет, Рори… Только не это. Выключи хотя бы на минутку свою умную и вечно все анализирующую голову. Тебе хорошо с ним?

— Эл, когда я в прошлый раз выключила голову, то потеряла саму себя на пять лет.

— Ответь на мой вопрос.

— Вроде бы… Да?

— И это ответ? — бесится Ариэлла. — Ты у меня спрашиваешь или у Вселенной? Кто еще может знать об этом, кроме тебя?

— Мы знакомы всего сутки, — все-таки взываю к разуму.

— И что?

— И-и-и… Я не знаю. Готова ли я нырнуть в это еще раз. Они ведь по-началу все такие хорошие, а потом начинается… Туда не ходи. Сюда не смотри. А че пожрать? А где мои носки? Я как представлю…

— Тебе не кажется, что ты приписываешь Давиду чужие черты и недостатки?

— А что делать, если своих у него нет?

Элла усмехается, а после вздыхает, как мамочка над нерадивым ребенком.

— Рори, просто попробуй пожить… Хотя бы несколько дней. Это ведь нейтральная территория. У тебя всегда есть путь для отступления.

Она правда… Я и сама уже думала об этом.

— А как думаешь, Демид сильно взбесится? Он ведь очень настойчиво просил меня держаться от Давида подальше. Мне бы не хотелось, чтобы еще и это стало какой-то проблемой. Все-таки важнее всего сейчас ваша свадьба.

— П-р-р-р… Тормози, сестренка. Свадьба состоится, как только корка с бровей слезет и я стану похожа на нормального человека. Это единственная проблема, и она решаема. А по поводу тебя и Давида… Демид здесь вообще ни при чем. Его это не касается. Я, конечно, должна быть на его стороне — он не любит Давида, а значит, и я тоже, но ты… Ты совсем другое дело. У тебя есть своя голова, глаза, уши… Да ты вообще у нас девочка без дефектов. Так что… Уверена, ты в состоянии понять, что за человек перед тобой и принять решение на его счет, — произносит Элла со всей серьезностью.

Как же все-таки я ее обожаю.

— Спасибо.

— Глупая… За что благодарности?

— Да за все… — втягиваю носом знойный воздух, ощущая, как на душе становится светлее и легче.

— Ты выглядишь почти влюбленной, — довольно подмечает Ариэлла и на радостях покачивается из стороны в сторону, заодно раскачивая и качели.

Ветер ударяет в лицо, чувство полета вводит в кровь инъекцию детской радости, и я вспоминаю сегодняшнее утро и свои эмоции, когда только-только открыла глаза и увидела его.

— Почти… — соглашаюсь я. — Эл, с ним так легко… Будто мы всегда были вместе, понимаешь? Это так странно.

— Конечно, понимаю, — улыбаясь отзывается Ариэлла, и я по глазам вижу, что она тянется мыслями к своему любимому.

Вот она точно выглядит влюбленной и счастливой, даже не смотря на то, что все совсем не так радужно, как бы хотелось. Не идеально, но это не портит сладость чувств.

— Может, Дем уже остыл и ждет тебя? — завуалированно ее отпускаю.

— А ты?

— А я, пожалуй, пойду посплю, а позже постараюсь выкрасть отца и сводить его в нормальный бар.

— Конечно, поспи… Ночами теперь тебе будет не до этого.

— От-ва-ли! — хохочу я.