Следуя правилам - Джоанна Болури

Я села напротив Тома. Нас разделяла только большая поджаренная курица с хаггис. Хелен налила мне бокал Шардоне, из которого я элегантно пригубила глоток, позволяя остальным вести непринужденную беседу. Мы еще не успели приступить к ужину, когда Адам поинтересовался:

— Господи, Кэт, с тобой все нормально? Не могу поверить, что ты можешь так долго молчать. Ты так пристально смотришь на отрубленную шею курицы, что мне становится жутко.

— Все хорошо, Адам. И курица удалась! Хелен, ты молодец!

Том согласился:

— Выглядит аппетитно. Я никогда прежде не пробовал хаггис. Ты его поклонница, Катриона?

Если он хочет узнать что-то, он спросит. Окей, «Знающий парень» — один ноль в твою пользу.

— Ага, — бросила я. — Особенно хаггис хорош с соусом из виски.

Черт возьми, я говорю, как настоящая шотландка. Может быть позже, я скрещу шпаги и пройдусь в ритме «па-де-баск» к ближайшему единорогу.

Хелен в первую очередь обслужила Тома, пока Адам расспрашивал его о работе. Лично я бы поспорила с Адамом о странном выборе своей ужасной полосатой футболки, но не сомневаюсь, Хелен бы меня обязательно переспорила.

— Так почему же ты решил работать здесь, Том? Уверен, на юге платят больше.

Том кивнул.

— Может быть, но так уж сложилась жизнь. После развода я не видел смысла оставаться жить там. И потом, тратить на дорогу к месту работы ежедневно по четыре часа выше моих сил. — Он пожал плечами, и на его прекрасном лице заиграла улыбка. — Моя бывшая коллега, Амира, открыла здесь клинику, и ей потребовался партнер.

Мы все не отрываясь смотрели на Тома. Его способность удерживать внимание слушателей впечатляла. Кажется, даже сам Адам захотел его трахнуть.

— Так я и появился здесь. — Том рассмеялся и продолжил есть, не замечая силу воздействия своих чар на нас. Он внимательно рассмотрел хаггис на своей вилке, перед тем как отправить его в рот.

— А где ты работаешь, Катриона? — спросил он.

Еще вопросы… Это хороший знак.

— Я журналист. Тебе понравился хаггис?

А мне можно задавать вопросы? Ой, ладно, поздно, уже задала.

— Да. А для кого ты пишешь? Газеты? Журналы?

О, Боже! Не задавай вопросов о моей работе. Я же собираюсь писать о тебе.

— Журналы, — ответила Хелен. — Она очень талантлива. Она пишет…

— Все, о чем меня попросят, — быстро перебила я. — Просто приложение к газете, ничего особенного.

— Уверен, это не совсем так, — тут же отозвался Том. — Хотя, если честно, я читаю лишь «Индепендент», если вообще руки доходят до газет, а смотрю «Фокс Ньюс» и иногда новости «БиБиСи».

Похоже, он решил, что я — серьезный журналист, а я даже не уверена, кто у нас сейчас премьер-министр. Хотя, с другой стороны, это означает, что он никогда не увидит то, что будет написано о нем в моей колонке. Назову его Мистером Х, на всякий случай.

— В большинстве своем это отзывы, освещение мероприятий… Конечно, события не мирового масштаба. — Я старалась принизить свою роль в «Трибьюн». Это совсем мне не свойственно. Какое-то разочарование, но, черт возьми, мне этот парень начинает нравиться. Однако я пообещала себе, что сегодня не изменю «Правилам».

Остаток ужина прошел спокойно. На десерт были профитроли и много сыров. Я постоянно напоминала себе, что должна быть сдержанна в беседе: «Мне больше не надо вина, Хелен». «Кто-нибудь смотрел тот документальный фильм о создателе Элмо с улицы Сезам? Это было восхитительно!» Иногда приходилось немного привирать: «О, да, я наслаждаюсь оперой». (Срочно нужно послушать какую-нибудь оперу!). Может быть, я и не выглядела той, какой была обычно — забавной, хихикающей. Но было невероятно чувствовать, что, кажется, «Правила» на самом деле работают. По крайней мере, я на это надеялась… В какой-то момент мне стало казаться, что Том нашел меня привлекательной.

Я помогала Адаму убирать со стола, пока Том и Хелен беседовали на диване, попивая кофе.

На кухне творился настоящий кошмар.

— Господи помилуй, Адам! Хелен здесь жарила гранаты? Если бы Гордон Рамзи увидел это, он бы немедленно закрыл это место.

Адам осторожно поставил на край стола тарелки из их дорогущего сервиза и выбросил салфетки в переполненное ведро.

— А тебе сейчас вдруг захотелось поговорить? Правда, Кэт, какого черта ты вытворяла целый вечер? Этот бедный парень старался хоть как-то добиться твоего внимания, а ты даже не постаралась помочь ему в этом.

— Что?! — воскликнула я, раздумывая, а на одном ли ужине мы с ним присутствовали целый вечер. — Он даже не пытался. Он просто разговаривал. И потом, ты же знаешь, у меня есть эти тупые «Правила», которым необходимо следовать. Это как играть в недотрогу, пока не рехнешься.

Адам наполнил стеклянный кофейник и поставил его на золоченый поднос рядом с песочным печеньем в форме квадратов. Запах хорошего кофе просто божественен!

— Кэт, ты ему понравилась, я же вижу. Я — мужчина и понимаю в таких вещах. — сказав это, он подмигнул мне и унес поднос в гостиную.

Господи, неужели каждый мужчина считает себя экспертом по свиданиям? Я осталась на кухне и воспользовалась минутой, чтобы собраться с мыслями, которые бежали в одном единственном направлении: «Надеюсь, он заинтересован…» Но, если он действительно заинтересовался, получается, он заинтересовался именно немой любительницей хаггис, что живет напротив ее сестры, чье хобби включает себя кивание головой, улыбки, и кажется, оперу… он такой симпатяга! Клянусь, он даже и не думал, что мы совместимы, а может, мы и вовсе не подходим друг другу. То есть, конечно, вернувшись домой, я буду танцевать под White Stripes в одном нижнем белье, а он, наверняка, будет смотреть Newsnight полностью одетый.

Пока никто меня не хватился, я вернулась в гостиную и увидела, что Хелен и Адам сидят рядом с друг с другом, оставив мне место рядом с Томом, который рассказывал о своих отношениях с Катрин.

— Наше расставание было мирным. Катрин и я были вместе пятнадцать лет. Просто пришло время что-то менять, но мы все равно остаемся близки.

— Не так, как вы с Питером, да, Кэт? — Адам ухмыльнулся и сунул печенье в свой большой рот.

«В самом начале новых романтических отношений не упоминай своих прошлых. Это продемонстрирует, что ты либо еще влюблена, либо ожесточилась».

— Не все сразу, — ответила я, отчаянно пытаясь говорить дипломатично. Если бы на месте Тома сейчас сидел кто-то другой, я бы заорала: «ЧТО?! ЭТОТ УРОД? Да ни за что!» Но сегодня вечером я старалась вести себя как взрослый человек. — Мы пока еще работаем над этим, и у нас обязательно все получится. — В переводе это означало лишь одно: «Пока кто-то из нас не помрет первым».

Хелен замерла с приклеенной маской-улыбкой на лице. Могу поспорить, судя по интригующему взгляду ее ярко-голубых глаз, она уже размышляет над подарком к нашей свадьбе. Разговор потихоньку замирал, и хотя мне было тяжело оторвать себя от красавчика-дантиста, настало время уходить.