Пари на девственность - Эмилия Грант

– Так, если что, мы сидим вон там, – Эдик указал на один из столов, расставленных вокруг сцены. – Банкет с программой начнется примерно через двадцать минут. Но пока можем взять что-то из закусок, выпить… Что тебе принести? Шампанское? Вино?

– Сок, пожалуйста, – попросила я.

Эдик нахмурился, но спорить не стал. И пока он ходил за напитками, я еще раз осмотрелась. Интересно, кто еще будет с нами сидеть? Столик, кажется, на шесть персон...

– Я еще тарталеток набрал, ты же наверняка сегодня без обеда, – с нотками укора произнес мой спутник. Всучил мне бокал с апельсиновым соком. Сам, тем временем, осторожно взял песочную корзинку, наполненную красной икрой и поднес к моим губам. Я растерялась – меня с самого детства никто не кормил таким образом. – Да не стесняйся ты…

– Я не стесняюсь, – сухо ответила я, – просто…

А, ладно. Открыла рот и позволила Эдику меня накормить, между делом чувствуя на себе обжигающие взгляды. И уж не знаю, то ли от них, то ли от ситуации в целом, к щекам прилила кровь. Он на мгновение задержал указательный палец на нижней губе, провел им в сторону. Я дернулась, не решаясь поднять взгляд. Сердце ухнуло вниз и неистово забилось.

– Приятного аппетита, дорогая, – тихо произнес Эдик. – Ты сегодня чудесно выглядишь, – он придвинулся ближе, склонился к моему уху. – Знаешь, даже лучше, чем на фотосессии. Тебе до безумия идет естественный макияж. А эти волосы, мммм, – глубоко вдохнул, – пахнут малиной. Это будоражит. У тебя шампунь с малиной?

– Нет, обычный, – я нашла в себе силы для ответа, но сделала шаг в сторону, чтобы увеличить дистанцию.

В этот момент по залу разлетелся высокий хорошо поставленный женский голос:

– Дорогие гости, приглашаем вас пройти на свои места. С минуты на минуту начнется официальная часть нашего вечера. Усаживайтесь поудобнее, выбирайте напитки…

Я схватилась за чудесную возможность избавиться от тесного контакта с Эдиком и уверенно направилась к  столу. Но стоило мне увидеть Макса, который направился туда же, как моя уверенность схлынула. Я остановилась, замявшись, и вдруг краем глаза заметила что-то яркое. Машинально повернулась: изумрудно-зеленое платье, белые локоны… Нет. Только не она. Снова. Эта. Блонди. И самое ужасное: она направлялась к нашему столу. Сейчас я готова была многое отдать, лишь бы не сидеть с ней рядом.

– Ты чего замерла? – поинтересовался Эдик, приобнимая меня за талию. – Идем?

– Да-да, идем, – выдохнула я. Придется смириться. Рано или поздно всегда приходится.

– Ты что тут делаешь? - донесся до меня сухой, почти рассерженный голос Макса.

– Пришла поздравить тебя с праздником, девять лет «КьюМедиа»… Разве я могла пропустить?.. - прокурлыкала его спутница.

– Присаживайся, Настенька, – Эдик галантно отодвинул для меня стул, и я, пряча взгляд, присела. Неловко задела салфетку, и та лебедем приземлилась на пол. Я наклонилась и… столкнулась лбом с Максом, который тоже решил ее поднять.

Черт! Я всегда думала, что такое происходит только в фильмах! Ан нет, черпают же режиссеры и сценаристы откуда-то вдохновение. По-видимому, из таких вот нелепых ситуаций.

– Девушка, что вы будете пить? – ко мне подошел официант.

И я, не задумываясь, выпалила:

– Вина.

Сама от себя не ожидала такой прыти, даже огляделась, как будто кто-то мог укорить меня: “Как можно, Настя?! Ты же не пьешь!”

Но ни Макс, ни Эдик никак не прокомментировали мой выбор.

– Мне, пожалуйста, тоже вина, – противно проговорила блонди. – Есть каберне совиньон?

Я отвернулась. Не хотела смотреть на эту, бесспорно, восхитительную женщину. Наверняка и вино она выбирала самое лучшее, и на подготовку потратила куда больше времени. А как она тянет «совиньооон», чуть в нос, как будто кто-то до меня успел сломать ей носовую перегородку. Счастливчик!

Спокойно, Лаврова. Дышать - и никакого насилия.

– Мое имя Камилла. А вас как зовут? – грудным голосом спросила девушка, обращаясь ко мне.

– Настя, – тихо ответила я.

– На-а-астя, значит, – она попробовала мое имя на вкус, будто бы из нас двоих именно у меня оно было непривычным. – Настя, а вы девушка Эдика?

– Да, именно так, – фотограф перехватил инициативу до того, как я успела раскрыть рот.

– И как давно вы вместе? – было видно, что девушка заинтересовалась. Взгляд стал менее враждебным.

– Несколько недель, – ответил Эдик. Бросил на меня взгляд и продолжил: – Но такое ощущение, будто всю жизнь!

Макс тихо хмыкнул, демонстрируя, что думает на этот счет. Я сдержалась, хотя внутри все будто горело от раздражения и желания немедленно выбежать вон. Хотелось чесаться, содрать с себя и это чертово платье, и кожу. Мне не нравился этот зал, не нравился мой наряд. И этот столик. И люди за ним. Особенно - эта женщина.

– Ваше вино, – раздалось над самым ухом, и я вздрогнула. Официант поставил передо мной бокал на тонкой ножке. Дрожащими пальцами я поднесла его ко рту и сделала глоток. Терпко, кисло и немного вяжет. Но ничего. Не пить можно.

… интересно, это меня шатает или здание? Почему потолок то и дело наседает, а пол, наоборот, уходит из-под ног? Почему в ушах звенит смех этой женщины? Причем странно – ускользающим эхом.

– Ооо, Настенька, ты перебрала, тебе надо домой – шепот Эдика прямо на ухо.

Я морщусь и дергаюсь в сторону.

– Я вызову такси, – бормочу я, пытаясь нашарить в узком клатче телефон. Он с оглушительным, как мне кажется,  грохотом валится на пол, и я наклоняюсь, потом плавно сползаю со стула.

Официальная часть давно закончилась, потому свет в помещении приглушен. Танцпол освещает раздражающий страбоскоп.

-    Настя, милая, я достану, - с досадой протягивает Эдик, когда я почти целиком залезаю под скатерть.

И смех. Этот едкий смех Камиллы... Он словно проникает под кожу паучьим ядом.

Внезапно моя рука накрывает чью-то теплую ладонь и я, чуть ли не взвизгнув, отстраняюсь.

-    Тебе точно надо домой, - тяжело вздыхает Макс. - Настя, ты же непьющая. Зачем?

-    Потому что, - по-детски отвечаю я и неожиданно для самой себя икаю. - Ой.

-    Держи, - спокойно отвечает Макс. - Я отвезу тебя домой, все равно по пути. И безопаснее, чем с таксистом.

-    Что-то я сомневаюсь, что с вами безопаснее, - протягиваю я, больно ударившись о столешницу. Вылезаю из- под стола и попадаю в объятия Эдика. Чувствую, как к горлу подкатывает неприятный комок. И правда - зачем я столько выпила?

-    Мне надо домой, - цежу я, потирая макушку. Реальность с каждой секундой все сильнее расплывается мыльной кляксой.

-    Я тебя отвезу говорю же, - поспешно отвечает Эдик, притягивая меня к себе. Уже на ухо шепчет, - если что, до меня ближе ехать.