Шипы и лепестки - Нора Робертс

— Слушаюсь, мэм. — Эмма наколола на вилку крохотный кусочек ананаса.

— Я не понимаю, как тебе вообще пришло в голову, что Мак спала с Джеком, — изумилась Лорел, заливая свои оладьи сиропом. — Если бы она с ним переспала, то обязательно хвасталась бы, пока не надоела нам до смерти.

— Ничего подобного, — возмутилась Мак.

— В далеком прошлом обязательно расхвасталась бы.

— Ну, верно, — согласилась Мак после недолгой паузы. — В далеком прошлом расхвасталась бы. Я повзрослела.

— И насколько все серьезно? — поинтересовалась Паркер.

— В высшей степени. Он вызвал у нее мурашки еще до черной лестницы. А на черной лестнице установил рекорд.

Не переставая жевать, Паркер одобрительно закивала.

— Он потрясающе целуется.

— Да, правда, он… Откуда ты знаешь? — спохватилась Эмма. Паркер только улыбнулась, и у Эммы отвисла челюсть. — Ты? Ты и Джек? Когда? Как?

— Какая гадость, — пробормотала Мак. — Еще одна лучшая подруга покушалась на моего воображаемого бывшего,

— Два поцелуя на первом курсе в Йеле. Мы случайно столкнулись на вечеринке, и он проводил меня до общежития. Было приятно. Очень приятно. Но как бы здорово он ни целовался, это было все равно что целоваться с братом. И как бы здорово ни целовалась я, по-моему, ему показалось, что он целуется с сестрой. На этом мы и остановились. Но, как я понимаю, Эм, у тебя с Джеком такого ощущения не возникло.

— Ни в малейшей степени. Никаких братских или сестринских чувств. Почему ты никогда не рассказывала нам, что целовалась с Джеком?

— Я не знала, что мы должны докладывать о каждом мужчине, с которым целуемся, но, если настаиваете, могу составить список.

Эмма рассмеялась.

— Держу пари, можешь. Лорел, а ты не хочешь доложить ни о каких приключениях с Джеком?

— К сожалению. Я чувствую себя обделенной, хоть он и воображаемый бывший. В конце концов, мог бы хоть разочек подкатиться ко мне. Ублюдок. А как насчет вас, миссис Грейди?

— Несколько лет назад в Рождество он поцеловал меня под омелой, но поскольку я не отличаюсь постоянством, то отказала ему очень осторожно, чтобы не разбить парню сердце.

— Думаю, Эм не собирается с ним церемониться, и, держу пари, против ее колдовских чар у него нет ни шанса.

— Ну, не знаю. Я должна подумать. Все так сложно. Он друг. Наш друг. И лучший друг Дела. Дел — твой брат, Паркс, и почти что брат всем нам. И мы все подруги и деловые партнеры. Дел — наш адвокат, а Джек никогда не отказывает нам в помощи. И он же проектирует все наши перестройки. Нас столько всего связывает, все так переплетено.

— И ничто так не запутывает отношения, как секс, — подала голос Мак.

— Вот именно. Что, если мы займемся сексом, а потом решим расстаться? Тогда нам будет очень неловко друг с другом, а остальным будет неловко с нами. Сейчас у нас равновесие, верно? Секс не стоит того, чтобы разрушать идеальное равновесие.

— Если ты так думаешь, то неправильно занималась сексом, — заметила миссис Грейди, качая головой. — Молодые слишком много рассуждают. Все, я начинаю мыть посуду.

Эмма надулась, пристально глядя в свою тарелку с нетронутыми оладьями.

— Миссис Грейди считает меня идиоткой, но я просто не хочу никого обидеть.

— Тогда определите основные принципы. Чего вы ждете друг от друга. И как будете справляться с проблемами.

— Какие основные принципы, Паркс?

Паркер пожала плечами:

— Это тебе решать, Эм.