Ураган любви - Сандра Браун

— Действительно льет. — Потом он посмотрел ей прямо в глаза. — Мы можем застрять здесь довольно надолго.

Лора была уверена, что в свое время змей-искуситель сказал Еве что-то в этом духе.

Джеймс не отпускал ее. Его теплые руки держали ее за предплечья. Грудь Лоры была прижата к его груди. Он молча смотрел на нее. Лора нервно облизнула губы.

— Что ты делал тут?

— М-м-м? — рассеянно переспросил Джеймс. Его глаза любовались капельками дождя, покрывавшими ее волосы, словно тонкая паутинка. — О, я… гм…

Он сделал несколько шагов вперед, подталкивая Лору к стене.

— Джеймс?

Он продолжал изучать ее лицо. — Ты что-то хотел сказать. — Разве? — Да.

Держа Лору за плечи, Джеймс прижал ее спиной к стене, нагнул голову и коснулся губами ее губ. Немного изменив наклон головы, он захватил ее губы так, что любые протесты, которые могли бы последовать, просто застряли у Лоры в горле. Ее губы откликнулись на его порыв, но сама она все еще пыталась сдержать себя.

— Ну давай же, малышка, поцелуй меня.

— Не хочу, — проговорила она и застонала.

— Нет, хочешь. И ты знаешь, что я прошу. Поцелуй меня так.

Когда язык Джеймса коснулся ее сжатых губ, они раскрылись, словно хрупкие лепестки цветка. Застонав от удовольствия, он просунул язык между ними и проник во влажные глубины ее рта, осторожно и умело распаляя Лору все больше и больше.

Умелые, опытные пальцы скользнули вниз, обвившись вокруг ее запястий. Он поднял руки Лоры себе на плечи и оставил их там, а сам прижал ладони к ее бокам, потом провел ими снизу вверх, слегка коснувшись ее груди.

Джеймс приблизился еще на шаг, но когда и это оказалось для него недостаточно близко, он обнял Лору за талию, положил ладони на поясницу и притянул ее к себе, приникнув к ней всем телом.

Лора ахнула от неожиданности, ощутив его возбуждение самой нежной, самой уязвимой частью своего тела. Он потерся о нее интимным, многообещающим движением, и Лора потеряла контроль над собой. Инстинктивно она обхватила бедрами его ноги.

Глубокий клокочущий звук раздался в груди у Джеймса, и его язык скользнул еще глубже в ее рот. Одновременно его руки ласкали ее ягодицы, приподнимая и прижимая ее еще сильнее к своему телу.

Джеймс оторвался от ее губ и прижался ртом к нежной шее.

— Я весь горю, — прошептал он хрипло. — И ты тоже. Давай погасим этот огонь.

Он потянул за ее рубашку, заправленную в брюки, и вытащил ее. Когда Лора почувствовала его руки на обнажившемся животе, ее словно что-то обожгло и одновременно показало, как далеко они зашли.

— Джеймс, нет, — слабо запротестовала она.

— Да, малышка, да. — Он расстегнул нижнюю пуговицу на ее рубашке.

Лора запаниковала.

— Нет! — Она достаточно сильно толкнула Джеймса, чтобы до него наконец дошло. Он поморгал, но прошло еще несколько мгновений, прежде чем его глаза, затуманенные желанием, прояснились.

— Почему? — Его густые брови сошлись к переносице. — Ты же хочешь этого.

Она резко затрясла головой:

— Нет, я хочу поговорить.

— Поговорить? — Протянув руку, он стал наматывать на палец прядь ее волос. Потом провел им по ее влажным от поцелуя губам. — Мне нравится, как ты… беседуешь.

— Нет, Джеймс, послушай меня. Я хотела сказать тебе сегодня, что уезжаю. Послезавтра, если получится. — Лора проигнорировала его удивленное выражение и торопливо продолжила. Она хотела побыстрее высказаться, прежде чем передумает. — Теперь, когда вопрос с мебелью решен, у меня нет никаких причин оставаться. За два дня я успею уложить вещи и буду готова к отъезду.

— Куда ты едешь? — Его лицо потемнело и напряглось.

— Я… Я пока точно не знаю. Но вы с Мэнди должны сразу переехать. Кстати, где она?

— В городе есть женщина, которая присматривает за ней в мое отсутствие.

Лора сочла бы логичным, если бы миссис Пейден заботилась о своей внучке, но не стала касаться этой темы. Она просто не успела, потому что едва об этом подумала, как Джеймс огорошил ее своими словами:

— Я хочу, чтобы ты осталась.

— Осталась? — спросила она ослабевшим голосом.

— Да, в качестве домоправительницы.

Лора расправила спину и вздернула подбородок:

— Мое положение не настолько плачевно, мистер Пейден. — Она бы обошла Джеймса, если бы он не схватил ее за руку и не прижал снова к стене.

— Выслушай меня, прежде чем выражать возмущение. Я не имел в виду управление домом в смысле уборки и готовки. Об этом я уже договорился.

— Домоправительница — достойная профессия. Я только хотела сказать, что не хочу работать на тебя.

— А откуда ты знаешь? Я же не сказал тебе о твоих обязанностях. — Когда Лора не ответила и посмотрела на Джеймса с холодным высокомерием, он продолжил: — Ты мне нужна как хранительница Индиго-плейс. Что-то вроде распорядительницы. Экономка знает, как проводить уборку, но знает ли она, как нужно расставить цветы и какие цветы вообще нужны для подобного дома? Мне необходим человек, который мог бы подобрать посуду для обеда, составить меню и все в таком духе. Теперь понимаешь?

— Да, я понимаю, но твоя идея просто смехотворна. При такой работе мне делать будет нечего. И если уж говорить без всяких церемоний, то мне необходима постоянная работа, причем оплачиваемая.

— Я намерен платить тебе.

— Сколько?

Джеймс назвал сумму, которая ее просто ошеломила.

— Только за икебану и подбор фарфора?

— И за работу с корреспонденцией, за помощь в воспитании Мэнди. Могу перечислить миллион обязанностей.

— Ну а я не могу. У меня здесь никогда не наберется столько дел, чтобы оправдать такую оплату.

Нетерпеливым движением Пейден откинул со лба прядь непослушных волос.

— Послушай, я предлагаю тебе работу. Работу, с которой ты чертовски хорошо справишься. Нам обоим это пойдет на пользу. Ты нужна мне, а тебе, я знаю, нужна работа.

Лора медленно выдохнула и закрыла глаза. Внутри ее боролись два чувства — ярость и унижение, и первое наконец взяло верх. Ей хотелось выместить на Пейдене все свое негодование. Вместо этого, когда она наконец открыла глаза, голос ее был спокоен, хотя и вибрировал от презрения.

— Не смей жалеть меня. — Сейчас за ней стояла вся гордость ее предков. — Мне не нужно щедрости ни от тебя, ни от кого-либо. И я, безусловно, не хочу ни работать на одного из Пейденов, ни принимать милостыню от самого младшего из них.

Джеймс засунул большие пальцы за пояс джинсов и посмотрел на нее горящим взглядом. Отпустив закушенную зубами нижнюю губу, он медленно и через силу выговорил: