Струны любви - Лаурелин Макджи

В какой-то момент они проголодались и, заказав пиццу из итальянского ресторана неподалеку, добавили к ней колу из автомата, что стоял в холле отеля. На двоих получилось с килограмм сахара и кофеина плюс толстый слой грибов на огромной пицце.

Лейси так и не смогла доесть свою порцию и, положив остатки пиццы в коробку, закрыла ее. Потом тяжело вздохнула и, привалившись спиной к боковине кресла, сложила руки на животе.

– Я так объелась, что боюсь, не пролезу в дверь, – пробормотала она.

Элай – он сидел на ковре напротив нее – пожал плечами и сказал:

– Тогда оставайся здесь.

Лейси замерла. Это что – намек? Или она неправильно его поняла? Лейси даже думать боялась о другом варианте. Ведь с набитым животом ни о каком сексе и речи быть не могло. Или она ошибалась?

Тут Лейси представила, как Элай сейчас придвинется к ней, положит руку ей на колено и… Сердце подпрыгнуло у нее в груди. И ощущение было скорее приятное – такой изящный кувырок, от которого все тело ожило и налилось теплом.

Но тут Элай вдруг улыбнулся и добавил:

– Мы можем поговорить, пока пицца не уляжется.

– Да, конечно. Я не против. – Значит, намека не было. И Лейси поняла, что немного разочарована. – Что же, говори.

Элай рассмеялся и почесал в затылке.

– Ну… Расскажи о себе.

Лейси взглянула на него с удивлением. Вопрос был слишком уж банальный. Но, решив продолжить игру, она спросила:

– А что ты хочешь знать?

– Все равно, что угодно. Только не о музыке. Не о том, что связанно с работой.

Только не о музыке?.. Но ведь музыка – это и есть ее жизнь! И если ее исключить, то что же останется?

– Хм-м-м… дай подумаю. Ну, у меня есть сестра. Ее зовут Энди, и она мой лучший друг. – А интересно получается! С Фолксом они, наоборот, говорили только о творчестве – ведь по-другому на форуме поэтов и музыкантов и быть не могло. Но она уже сто лет ни с кем не болтала о самых простых вещах. Давно пора заново учиться этому.

– Так, сестра… – кивнул Элай. – Очень хорошо. Начало есть. Младшая или старшая?

– Старшая, – ответила Лейси. И тут же с улыбкой добавила: – Но очень часто ведет себя как младшая.

– Это как же? – Элай спрашивал так, словно ему и впрямь было интересно. А может, делал вид из вежливости?

– Ну… я не чувствую от нее поддержки. – Лейси сказала правду, но это было не очень-то честно по отношению к Энди.

– Хм… – Элай склонил голову к плечу. – А ты хочешь, чтобы она о тебе заботилась?

– Нет-нет. – Лейси решительно покачала головой и объяснила: – Но Энди… Видишь ли, наши родители умерли, когда я училась в старших классах, и мне кажется, сестра считает, что должна их заменить. Только чаще всего именно я веду себя как мама. – Сколько ей помнилось, так было всегда: Энди – порывистая и несдержанная, и рядом с ней она, Лейси, – спокойная и рассудительная. К тому же более самостоятельная. И было не очень-то правильно, что после смерти родителей Энди взяла на себя роль, на которую совершенно не годилась. Но главное в том, что Лейси вовсе не хотела, чтобы сестра заменяла ей родителей. Хм… А может, Энди об этом не знала?

– Боже, какой кошмар, – пробормотал Элай. – Автомобильная авария, да? – Он потянулся к своему куску пиццы, но при этом смотрел ей в глаза.

Лейси давно уже привыкла к тому, что люди, узнав о смерти ее родителей, тяжело вздыхали и тут же отводили глаза. Многие затем меняли тему и больше никогда об этом не заговаривали. Но Элай повел себя по-другому – захотел узнать больше. И он не отводил взгляд. Такое поведение сбивало с толку, и Лейси, немного смутившись, пробормотала:

– Это был рак яичников… У мамы. А папа умер через год от сердечного приступа.

– Действительно, кошмар… – прошептал Элай. И тяжело вдохнул. После чего шумно выдохнул, взъерошил пятерней волосы и пристально взглянул на нее. Слава богу, в его взгляде не было той унизительной жалости, с которой люди обычно смотрели на нее в подобных ситуациях.

– Сочувствую, – сказал он. – Неудивительно, что ты пишешь стихи.

– Имеешь в виду… чтобы излить в них боль? – пробормотала Лейси. Разговор получался настолько серьезный, что она даже испугалась. И, пытаясь скрыть это, криво улыбнулась.

Но потом стало ясно: говорить с Элаем на тяжелые темы, оказывается, не так уж и страшно. Вот только беседа у них выходила слишком односторонней…

– Теперь твоя очередь, – сказала Лейси. – Братья или сестры есть?

– Нет. – Элай улыбнулся и сложил пальцы в виде «ноля».

– Выходит, ты один в семье? – Это было неожиданностью. Ведь считалось, что такие дети становятся эгоистами и наглыми всезнайками, а Элай был совсем не такой. Конечно, она понимала, что обобщать глупо, но жизнь слишком уж часто подтверждала это правило.

– Один и одинок!.. – пропел Элай так жалобно, что Лейси чуть не рассмеялась.

Ответ собеседника мог бы растопить сердца многих девушек, но ее, Лейси, так просто не проведешь. Уж она-то знала, что такое настоящее горе. Саркастически ухмыльнувшись, Лейси сказала:

– Неудивительно, что ты пишешь песни. Поговорить-то не с кем, а?

– Почему же, у меня есть друзья. – Элай пожал плечами. – И еще – отец, который любил отвесить оплеуху-другую.

– Это плохо. – Лейси вздохнула. – Бить детей… Не понимаю, как так можно…

Элай снова пожал плечами и с усмешкой ответил:

– Это было скорее не насилие, а строгое воспитание. И если честно, то мне еще повезло, не то что некоторым моим друзьям. Я старался держаться от отца подальше, и все было более или менее в порядке.

Лейси захотелось узнать об Элае побольше, и она спросила:

– А твой отец тоже был музыкантом?

– Нет. Музыка – это у меня от мамы. – Элай прищурился и погрозил Лейси пальцем. – Не забывай: никаких разговоров о музыке. Расскажи о себе еще что-нибудь. – Он закинул руки за голову и потянулся.

«Боже, какие у него бицепсы!» – мысленно воскликнула Лейси. Впрочем, у него и все остальные мускулы были в полном порядке.

– Что-нибудь еще?.. М-м-м… – В комнате вдруг стало ужасно жарко, а в голове у Лейси – абсолютно пусто. Она взяла бутылку колы – чтобы охладиться и собраться с мыслями. Сделав большой глоток, сказала: – Через несколько месяцев Энди выходит замуж. Мы пока живем вместе, но потом она переедет к мужу.

– А что дальше?

Лейси пожала плечами и ответила:

– Наверное, забеременеет и родит троих – одного за другим. И Блейк, ее будущий муж, наймет няню. Он богатый. – И это очень хорошо, потому что Энди вряд ли справится без помощи опытной женщины. Хотя – сомнений быть не могло – она станет очень заботливой мамочкой.