Просто люблю - Вайолетт Медоу

И вот благодаря Лео исполнялось и это ее желание.

Однако самому Лео эта дружба не очень-то нравилась. Однажды он не выдержал и полуутвердительно-полувопросительно произнес:

— Похоже, вы проводите со Смитом очень много времени вместе.

Эйлин, уловив ревнивые нотки в голосе любимого, с удивлением подняла на него глаза.

— Да. А как же иначе? Ты же сам приставил Джона охранять меня двенадцать часов в сутки.

Замечание было верным. Однако Лео, чей слух неприятно резануло то, что Эйлин называет охранника по имени, сердито произнес:

— В его обязанности не входит часами напролет распивать с тобой кофе.

— Милый, да ты ревнуешь? — засмеялась Эйлин, не веря своим ушам.

До чего же абсурдной казалась ей сама мысль об этом!

Но Лео считал иначе.

— Почему бы и нет? Ты — очень привлекательная женщина, да и Джона Бог внешностью не обидел. Вам явно хорошо вместе, раз вы проводите вдвоем столько времени. Куча разнообразных тем для обсуждения, общие интересы, маленькая разница в возрасте… Для начала достаточно?

Эйлин растерянно улыбнулась. До сих пор сама мысль о том, что она может увлечься Джоном, как-то не приходила ей в голову.

— Лео, ты говоришь серьезно или же смеешься надо мной?

— Я никогда не смеюсь над подобными вещами, — последовал мрачный ответ.

— Но, дорогой, ты же знаешь, я люблю только тебя! Ты — моя первая настоящая любовь, первый мужчина… Просто первый!

Сердце Лео дрогнуло от искренности ее слов. Однако он все же решил пойти до конца.

— Первый, но, возможно, не последний. Ты еще так молода, так неопытна. Кто знает, не покажусь ли я тебе со временем старым занудой?

Душу Эйлин захлестнула обида. Сдавленно она воскликнула:

— Да как ты смеешь говорить мне подобное?

Но Лео слегка пожал плечами.

— Все мы люди. Не зря же говорят: никогда не зарекайся.

Почувствовав на глазах слезы горечи, Эйлин резко отвернулась. Обрывисто произнесла:

— Знаешь, я передумала. Мне не нужна эта квартира. Не нужна твоя защита. Не нужен ты. Если мой любимый человек мне не доверяет, то…

Не договорив, она стремительно выбежала из комнаты, хлопнула дверью квартиры и скрылась в неизвестном направлении.

Несколькими часами позже, сидя в кухне у Джессики и сжав обеими руками чашку кофе с молоком, Эйлин внимательно слушала подругу. Та уверенно говорила:

— Конечно, ты можешь оставаться у меня столько, сколько захочешь. Но Лео, как он мог?

Надо же было додуматься до такого! Как у него вообще язык повернулся сказать подобное? Меня он очень разочаровал.

— Представляешь, каково тогда мне? — Голос Эйлин дрожал от боли и обиды. — Интересно, я хоть раз дала ему повод упрекнуть меня в…

Не договорив, она поспешно приложила носовой платок к глазам.

Джессика также часто заморгала.

— Ну-ну, не переживай… Лео тебя попросту недостоин. Ты еще встретишь того, кто оценит твою внутреннюю и внешнюю красоту по достоинству.

Однако от ее слов Эйлин расплакалась сильнее. В отчаянии она воскликнула:

— Но я люблю только его, понимаешь? Мне не нужен никто, кроме Лео!

— Раз так, то и катись к нему! — раздраженно бросила Джессика. — Я думала, тебе действительно требуется помощь. Но если тебе, была, нужна лишь жилетка, чтобы выплакаться перед тем, как вновь кинуться на шею миллиардера…

— Нет! — прервала ее Эйлин. Слезы мгновенно высохли, голос обрел твердость и ясность. — Несмотря ни на что, я не вернусь к Лео. И сделаю все для того, чтобы он не смог отыскать меня. И ты мне в этом поможешь, верно?

— Обязательно помогу! — Позабыв про жесткий тон, Джессика бросилась обнимать подругу. — Прости, что наговорила тебе гадостей. Но мне показалось, что это лучший способ вывести тебя из депрессии.

— И оказалась права. Я вновь твердо стою на ногах. — Эйлин храбро улыбнулась. — Меня смущает лишь одно.

— Что? — насторожилась Джессика.

Эйлин хитро сощурилась.

— Не будет ли Фрэнк против нашего решения?

— А… — Джессика расслабилась и улыбнулась. — За него можешь не беспокоиться. Уж с Фрэнком я всегда найду способ договориться!

И действительно, как показали последующие дни, Фрэнк не выразил ни малейшего неудовольствия по поводу присутствия, подруги в доме возлюбленной. Напротив, казалось, он с удовольствием проводил несколько часов с обеими дамами, и лишь затем они с Джессикой уходили.

Твердо решив любыми способами избегать Лео, Эйлин взяла на работе отпуск за свой счет. Чтобы не сидеть совсем без дела, она помогала Джессике, работающей в цветочном магазине недалеко от дома. Она с удовольствием подрезала стебли, обрывала увядшие листья, поливала цветы и даже составляла незатейливые букеты.

Новое занятие помогало хоть на время отвлечься от мрачных мыслей. И пусть Эйлин поступила так, как сама решила, но что было делать с неотступной тоской, поселившейся в душе?

Теперь, в разлуке, она абсолютно ясно осознала, что отныне без этого человека не мыслит своей жизни. Эйлин любила Лео так, как никого до сих пор не любила и никогда больше не полюбит. С того момента как ее глаза встретились с его бездонными, манящими синими глазами, другие мужчины перестали для нее существовать. И такая любовь могла угаснуть лишь вместе с сердцем.

Джессика прекрасно понимала состояние подруги и искренне переживала за нее. Хотя по взаимному молчаливому согласию они больше не упоминали о Лео, только слепой мог не заметить, что Эйлин денно и нощно думает лишь о нем. И едва ли тут могло помочь время…

Однажды Джессике понадобилось отлучиться из магазина на час раньше. Фрэнк пригласил ее на премьеру нашумевшего фильма, и Эйлин с радостью вызвалась заменить подругу. Хотя ее мечтой по-прежнему оставалось стать дипломированным педиатром, флористика также казалась довольно привлекательным занятием. Пожалуй, даже настолько, чтобы можно было превратить ее в постоянное хобби.

Или даже сделать основной профессией, если денег для поступления в университет так и не найдется.

Эйлин как раз опрыскивала едва распустившиеся розы из пульверизатора, когда дверной колокольчик известил о приходе посетителя. Не оборачиваясь, она мелодично произнесла:

— Здравствуйте, чем могу вам помочь?

Однако ответа не последовало. Удивившись, Эйлин поставила пульверизатор на стол и обернулась. И онемела от неожиданности.

Ибо перед ней, с точно таким же приоткрытым от изумления ртом, стоял Джон.

— Что ты тут делаешь? — одновременно воскликнули оба, впервые в жизни обращаясь друг к другу не на «вы».