Тот, кто любит - Саманта Такер

— Между прочим, один из них — твое собственное чадо, если ты забыл.

Майлз не забыл. Он и сам собирался поддержать Гейл в ее деле. Трейси рекомендовала ее детский сад своим клиентам. И все потому, что их семья души не чаяла в Стэне, а значит, любила всех, кто был дорог ему самому.

— Да, там половина детей из семейства Сайзмуров. Именно поэтому я и говорю тебе все это. — Он снова расплылся в улыбке. — Парень, ты просто безумно влюблен в эту женщину, если вызвался помочь заменить ее на день в детском саду.

— Вовсе не на день, — поправил Стэн, — а всего лишь на несколько часов. У нее завтра экзамен на курсах, но не может же она сказать своим клиентам, чтобы те отменили свои планы на завтра и сидели дома со своими детьми. И Молли одну она тоже не может оставить с ними, — добавил он, упоминая девочку-подростка, что помогала Гейл в ее нелегком труде.

Стэн старался, чтобы его голос звучал без лишних эмоций, но как всегда, когда дело касалось Гейл, не мог себя должным образом контролировать.

— И поэтому ты спешишь на помощь. — Майлз откинулся в кресле и положил ноги на стол. — Как Чип и Дейл.

— Скорее, как Зорро, — огрызнулся Стэн.

Майлз прищурился.

— Нет, на Зорро ты не похож. Тот — жгучий брюнет.

Оживившись, Стэн сунул руки в карманы.

— Да ты просто ходячая энциклопедия.

— Никогда не знаешь, что в жизни пригодится. Так что впитываю любую информацию как губка.

Стэн решил кое-что прояснить.

— Так вот, у меня для тебя найдется интересная информация. Вовсе не обязательно быть безумно влюбленным в человека, чтобы предложить ему свою помощь.

— Согласен, но в твоем случае все по-другому.

Убрав ноги со стола и подавшись вперед, Майлз посмотрел кузену прямо в глаза.

— Эй, это я, Стэнли! — Он специально упомянул его прежнее имя. — Никто не знает тебя лучше, чем твой занудный кузен.

Стэн открыл было рот, приготовившись продолжить спор, но Майлз махнул рукой.

— Нет, конечно, помоги ей. Боже упаси, я никогда не стоял на пути у женщин, делающих карьеру. Тем более Гейл умная, целеустремленная женщина с высшим педагогическим образованием. Кстати, какой ее предмет?

— Английский язык.

— Английский… — повторил Майлз и одобрительно кивнул. — Может, когда-нибудь она захочет работать учителем в городской школе, я с радостью доверю ей свою дочь. А также пусть заодно и тебя научит разговаривать — прямо и без хитроумных уверток.

С тех самых пор, как Гейл вернулась в Хартлпул, Стэна словно подменили. Он стал более сдержанным, замкнутым, а также более раздражительным. На него это было совсем не похоже.

— Не стоит ничего скрывать от своей семьи. Мы же всегда стояли друг за друга, помнишь?

Да, они — его семья, и Стэн искренне их всех любил, но, увы, ему сейчас никто не мог помочь. Он подошел к окну. Хотя из их офиса открывался чудесный вид на живописную рощу, помощник полицейского ничего не видел перед собой.

— Да, но бывают времена, когда человеку хочется побыть одному.

Майлз вновь кивнул, соглашаясь.

— Знаешь, не приходи завтра вообще на работу. Возьми выходной.

Стэн обернулся, собираясь возразить, но Майлз пресек его протесты.

— Кто знает? Может, она затем решит отметить радостное событие?

Стэн переживал за Гейл, нервничал, будто сам собирался сдавать треклятый экзамен. Это были новые ощущения. С тех пор, как женщина вернулась, его жизнь наполнилась новым смыслом.

— Думаешь, будет повод радоваться?

— Уверен. Она — умница, светлая голова. Только почему-то очевидного — того, что лучше тебя ей никого не найти, — никак не может понять.

Стэн решил больше не отрицать истины, и не притворяться перед Майлзом, что испытывает к Гейл только дружеские чувства.

— Почему же не найти? Что я, собственно, могу ей предложить? Только небольшую зарплату заместителя начальника полиции.

Майлз поднялся.

— Не стоит так себя недооценивать, Стэн. Ты можешь ей предложить нечто, гораздо ценнее денег.

Начальник полиции Хартлпула достал из ящика стола большой конверт, пришедший с утренней почтой. Из Мидлсборо прислали новые фотографии разыскиваемых преступников.

Открыв конверт, он разложил снимки на столе.

— И с какой стати эти отщепенцы будут прятаться именно здесь? — усомнился Стэн.

— Может, потому, что Хартлпул — тихое, Богом забытое место.

Майлз рассмеялся и передал своему помощнику одну из фотографий и четыре кнопки.

— Возможно, — пробурчал тот.

Сердце Гейл колотилось с неистовой силой. Все утро она бегала из угла в угол, и у нее все валилось из рук. Она никогда не умела быть организованной.

Слава Богу, Стэнли приехал пораньше и сейчас развлекал Ли Энн и Риччи, а также своих двух племянниц, Вэнди и Памелу.

А еще он развеял все ее сомнения. Как ему удается подобрать нужные слова?

— Как ты думаешь, мне удастся сдать экзамен?

— Естественно. Я в этом просто уверен. Ты знаешь свой предмет на отлично. А еще ты прекрасно умеешь обращаться с детьми.

Гейл и сама не сомневалась в своих способностях, но на экзамене всегда присутствует элемент волнения и можно забыть все, что знаешь.

— У экзаменаторов всегда в запасе имеется парочка каверзных вопросов.

— Ну и что? Говори то, что думаешь, — настаивал он. — Уверен, твои идеи придутся им даже больше по вкусу, чем теории знаменитых педагогов.

— Ах, Стэнли, твоими бы устами… — Гейл показалось, что она вот-вот упадет. — Я никогда в жизни так не нервничала, даже когда выходила замуж. — Ее губы тронула кривая усмешка. — Сейчас, оглядываясь назад, я догадываюсь, что тогда вообще не понимала всей серьезности подобного шага. Для меня это просто была забавная игра.

Она почти ко всему в прошлом относилась как к забавной игре.

— Смотри, у меня даже руки замерзли. — В качестве доказательства Гейл дотронулась пальцами до его запястья.

— Как ледышки.

Стэн взял ее руки в свои ладони и потер их одну о другую, чтобы к ним подступила кровь. И заглянул ей прямо в глаза, чтобы передать хоть часть своей уверенности и спокойствия. Гейл почувствовала приятное тепло в пальцах. Она набрала полные легкие воздуха, на пару секунд задержала дыхание, потом выдохнула.

— Не знаю, что бы сейчас могло отвлечь меня от волнения и мыслей об экзамене, что-нибудь совсем из ряда вон выходящее.

Стэн сам не понял, что на него нашло. Наверное, просто сработал инстинкт. Хотя возымел действие еще и тот факт, что с тех пор, как он поцеловал Гейл в прошлый раз, почти два месяца назад, испытанные острые ощущения все еще не покидали и дразнили его. Все больше и настойчивее заставляли желать повтора.