Тот, кто не со мной - Лилиан Пик

— Ну там, вещи упаковать, книжки, все такое.

— Спасибо, на это, пожалуй, ты сгодишься.

Он затормозил около ее дома.

— Может, зайдешь? — спросила Элиза, надеясь, что он откажется.

— Хорошо.

— Не думаю, чтобы Роланд уже вернулся. — Лестер вылез из машины. — А папа, наверное, наверху у себя в комнате.

Дойдя за ней до двери, он шагнул в прихожую. Они стояли, глядя друг на друга, и она не знала, что ей делать дальше.

— Проходи в гостиную, — наконец предложила она, надеясь, что он скажет, что ему пора идти. Но он принял ее приглашение. Она села в кресло и думала, что он последует ее примеру, но он встал перед ней, взял ее за руку и заставил подняться.

В его глазах Элиза увидела странный блеск, который встревожил ее.

— Не посвятить ли нам ее в тайны прощального поцелуя?

Она отпрянула от него, насколько позволяла его крепкая хватка.

— Нет, спасибо.

— Имея в виду, что она может завести приятеля буквально в любой день…

— Нет, не может.

— Я думаю, — продолжал он неумолимо. — Что пора дать ей небольшой урок. — Он притянул ее к себе. Она стала сопротивляться, но его это ничуть не охладило, он только сильнее прижал ее к себе. Одной рукой он обнял девушку за талию, другую положил ей на затылок, приближая к своему лицу. Его губы приникли к ее рту в холодном слабом поцелуе.

Поцелуй продолжался, все еще нежный, все еще слабый, и она вдруг поняла, что перестала сопротивляться и все больше и больше уступает ему, а он всем телом прижимается к ней.

До нее дошло сквозь туман восторга, что поцелуй его изменился, что он требует ответа, который выдаст ее заветный секрет — любовь к нему, — то, что она должна была удержать в тайне любой ценой. Он ни за что не должен догадаться об этом, никогда в жизни.

Она убрала руки с его плеч и уперлась ему в грудь, пытаясь оттолкнуть его, в то же время извиваясь всем телом, стараясь оторваться от его губ.

— Что ты собираешься делать, — задыхалась она, пятясь от него, — проверить мои моральные устои, как миссис Картер, хочешь посмотреть, как далеко я могу зайти, пока не получу колечко на палец?

Он стоял перед ней, с бледным лицом, дыша глубоко и размеренно.

— Может быть, я тот мужчина, у которого нет женщины, — сказал он, — но, боже мой, даже я не стал бы тратить время, пытаясь добиться отклика от куска мрамора. А это, друг мой, и есть тот эффект, который ты на меня оказываешь. Посмотри на мою руку. — Он вытянул ее вперед. — Не дрожит. Проверь мой пульс — он ровный, мерный и неторопливый, как тиканье часов.

Она зажала уши руками.

— Ты не только оскорбляешь меня! — закричала она. — Ты жесток! Ты говоришь мне, говоришь прямо в лицо о том, что я не в состоянии возбудить в мужчине желание, что я абсолютно неинтересна как женщина! — Голос ее сорвался. — Как будто я сама не знаю! Как будто я этого не знаю! — Она отвернулась, закрыла лицо руками и зарыдала.

Он не шелохнулся.

— Элиза, посмотрим правде в глаза, мы с тобой совсем не подходим друг другу, верно? Ты относишься ко мне с отвращением и видишь меня все время совершенно не таким, какой я есть на самом деле, как будто смотришь на мое отражение в кривом зеркале. А мои чувства к тебе… — Он пожал плечами, словно дальше просто не о чем было и говорить.

— Они просто не существуют, — прорыдала она, — давай, скажи уж. Я переживу.

— Спасибо, — ответил он колко, — что подсказала мне как раз то слово, которое я искал. — Наступила минутная тишина. — Спокойной ночи, Элиза. — И он вышел.

Через некоторое время вернулся Роланд. Он застал ее сжавшейся в комок в кресле, взгляд ее был тяжелым и застывшим, рукой она поддерживала голову. Но он ничего не заметил. Она подняла веки и взглянула на него. Брат был в состоянии эйфории. Он бросился на диван.

— Привет! Хорошо провела время?

Она кивнула:

— А ты?

— Превосходно. — Он уставился в пространство и снова унесся в прошедший вечер. — Замечательная девушка. Хочу на ней жениться, Элиза.

— Что хочешь?

— Я собираюсь на ней жениться.

— А она… знает об этом?

— Нет еще. Скоро я ей скажу.

Элиза прижала ладони к щекам. События разворачивались стремительно, она просто не успевала за ними.

— А откуда ты знаешь, что она согласится?

— Согласится.

Это говорил ее брат, ей это не снилось. Он на самом деле сидел здесь, откинув голову на диванную подушку, с мечтательной улыбкой на лице, глаза его сияли любовью к девушке, которую он впервые встретил всего лишь позавчера.

Не сердце заныло от зависти.

— Только не откладывай этого надолго, понял? А то твой друг Лестер вышел на поиски жертвы — он ищет себе новую подругу.

Она увидела, как брат нахмурился и блеск потух в его глазах.

— Но Лестер не сможет так поступить. — Он умоляюще посмотрел на нее. — Правда ведь?

Элиза вышла из комнаты, бросив на ходу:

— Я бы ему не доверяла ни на грош.

Она поднималась по ступеням, ненавидя себя, отчаянно желая взять назад свои слова, и слышала, как брат тихо сказал:

— Завтра. Спрошу ее прямо завтра.

— Говорят, вчера вечером ты ходила на свидание, — заметила Клара, когда утром Элиза появилась в магазине. — С самим великим Лестером Кингсом.

— Да это было никакое не свидание. Я слушала его новый стереопроигрыватель..

— А-а. — Молчание, последовавшее за этим, повисло как знак вопроса.

Элиза сняла пальто и спросила:

— А как ты провела время с моим братом?

— Все было… просто замечательно, спасибо. Мы много разговаривали. Было очень весело.

Элиза глянула на нее, удивившись сдержанным ответам. Потом до нее дошло, что они обе играли в одну и ту же игру, — обе пытались утаить правду, однако, судя по выражению лица Клары, ее секрет был много счастливее, чем ее собственный.

— Сегодня я снова его увижу, — добавила Клара, и голос ее прозвучал почти виновато.

Элиза подошла к ней.

— Клара, — застенчиво сказала она. — Я рада, очень рада. — Они обнялись. — Для меня это так же замечательно, как и для Роланда.

— Мне только жаль, — проговорила Клара, — что у тебя такой убитый вид. Что-нибудь случилось?

— Все отлично, не беспокойся за меня. Просто продолжай быть счастливой, может быть, что-нибудь от твоего счастья перепадет и мне!

После обеда Элиза решила не обращать внимания на гнев Лестера и пойти посмотреть на лес в Дауэс-Холл, вернее — печально поправилась она — на земельное владение Дауэс-Холл. Раз подлые подрядчики уже сделали самое страшное и исчезли оттуда, почему она должна держаться подальше от этого места?