Мост длиной в любовь - Энн Вулф

— Мы нашли его в постели Мажетты, — с плохо сдерживаемой дрожью в голосе ответил Лилланд. — Он сидел прямо на одеяле. Спасибо Клемансу, — кивнул он в сторону своего недавнего недруга. — Никто, кроме него, не отважился поймать эту тварь.

— Надо его сфотографировать, — пробормотал Джад и ушел к себе за фотоаппаратом.

Я мельком покосилась на Фэрроуза, который извлек из аптечки очередное чудо-снадобье и, забрав у меня стакан с водой, протянул его Мажетте.

— Выпейте, мисс Спаулер. Это немного вас успокоит.

— Что вы ей даете? — довольно резко спросила я и с той же бесцеремонностью, с которой доктор забрал у меня стакан с водой, вырвала из его рук белый флакончик.

На нем было написано название, которое я с трудом прочитала и конечно же не запомнила. Жаль, что, кроме доктора, среди нас никто не разбирался в лекарствах.

— Всего лишь легкое успокоительное, — ответил Грэм, не выразив по поводу моего жеста ни малейшего недовольства. — У мисс Спаулер шок, ей нужно успокоиться. Сейчас она не может говорить, но это пройдет. Не беспокойтесь, я позабочусь о ней и дождусь, пока ей не станет лучше. Думаю, все остальные могут лечь спать.

— Спать?! — истерически хмыкнула Лив, — Вы думаете, после такого можно уснуть? А что, если у каждого из нас в постели сидит по здоровенному тарантулу?

— Не впадайте в панику, мисс Такер, — холодно ответил ей Грэм. — И не заражайте ею остальных. Я не знаю, как этот паук оказался в спальне мисс Спаулер, но, уверен, что это чистая случайность.

— Как же, случайность, — пробормотал Карл. Все это время его рука крепко сжимала руку Грейс. — Слишком много случайностей, вам не кажется, доктор? Вчера — Лилланд, сегодня — Мажетта. Очень странные совпадения.

— А я согласен с Карлом, мистер Фэрроуз, — пристально посмотрел на доктора Клеманс. — Если честно, это шоу начинает мне напоминать один из детективов Агаты Кристи.

— «Десять негритят»! — рассмеялся Карл и хлопнул себя по лбу. — Черт возьми, Клем, это ведь я должен был так пошутить! Правда у нас тут всего лишь девять негритят. Может быть, десятый притаился где-то на острове?

Я лучше остальных понимала, что Клеманс не шутит. Но возражать Карлу не стала. В одном Грэм был абсолютно прав: ни к чему хорошему паника не приведет.

Наконец все разбрелись по комнатам, а доктор повел бледную и до сих пор не проронившую ни слова Мажетту в зал. Я тоже вернулась к себе, но не смогла заставить себя лечь в постель. В отличие от Лив я не боялась обнаружить в кровати тарантула — меня беспокоило то, что происходило в зале.

Не выдержав, я накинула теплый халат и, освещая себе путь фонариком, отправилась в зал. Вопреки моим ожиданиям Грэм не стал возмущаться, что я нарушаю покой его пациентки. Он даже не спросил меня, почему я решила составить компанию ему и Мажетте.

— Будете виски, мисс Притчард? — последовал вопрос, когда я уселась на стул, что стоял напротив дивана, на который доктор устроил Мажетту.

Я кивнула.

— Только совсем немного. Прошлые возлияния закончились адской головной болью.

— Мне ли не знать. Посидите с мисс Спаулер, а я принесу посуду. Только, умоляю, пока никаких расспросов.

Я снова кивнула. Грэм Фэрроуз умоляет? Это что-то новенькое. Говорить с Мажеттой я действительно не стала. Было видно, что старушке не до разговоров. Обычно бодрая, веселая и жизнерадостная, она сидела на диване с потухшим взглядом и лицом, которое казалось обескровленным. Ее голова была откинута на спинку дивана, а глаза устремлены в пустоту. Одно утешало — выражение неподдельного ужаса исчезло с ее лица.

— Не беспокойтесь, это пройдет, — ободрил меня Грэм, который вернулся со стаканчиками и порезанным на крупные ломтики сыром. — Увы, это все, что можно есть. Ваши с Клемансом кулинарные изыски, разумеется, не в счет.

— Спасибо на добром слове, — мрачно хмыкнула я. — Сегодня мы с Клемом многое узнали о своих способностях.

— Ерунда, — небрежно бросил Грэм, протягивая мне стакан. — Умение приготовить вкусную еду не самое главное в жизни.

— А как же то, что женщина должна уметь готовить? — оживилась я.

— Никак, — пожал плечами он. — Если самый главный талант женщины ублажать желудок своей второй половины, то кому она интересна?

— А если это дополнительное приложение к остальным талантам? — не без лукавства полюбопытствовала я.

— Что ж, неплохо, но совсем не обязательно.

Я снова перевела взгляд на Мажетту. Она оставалась совершенно безучастной ко всему, что происходило вокруг. Это меня пугало. Сердце сжималось при виде того, во что страх превратил эту хоть и немолодую, но полную сил и энергии женщину.

— Мисс Притчард, не мучайте себя, — перехватил мой взгляд Грэм. — Лекарство скоро подействует. Сейчас мы, как это ни странно, можем помочь ей только тем, что не будем обращать на нее внимания. Так легче пережить стресс. Главное — она знает, что мы рядом.

Странно, но мне показалось, что его глаза излучают тепло. Тепло и сочувствие, чего я никак не ожидала от этого мужчины, привыкшего куда больше заботиться о человеческих телах, нежели о душах. Грэм Фэрроуз смотрел на меня таким участливым и теплым взглядом, что я готова была провалиться сквозь землю от стыда за свои недавние подозрения.

Как я могла подумать о нем плохо? Ведь этот человек помогал всем, кто нуждался в его помощи. Он пытался разобраться в том, что происходит с Лив, решил проблему Лилланда, а теперь караулит покой Мажетты, хотя вполне мог бы дать ей успокоительное и отправить ее восвояси.

— Что-то не так, мисс Притчард? — поинтересовался Грэм, заметив мой чересчур внимательный взгляд, устремленный на него. — Я снова сказал то, что вам не понравилось?

— Нет, — покачала я головой. — На этот раз дело во мне…

— И конечно же вы снова не станете делиться со мной своими сомнениями, чтобы потом не пожалеть об этом.

— Вам станет легче, если я поделюсь ими с вами?

— Мне станет легче, если вы впредь не будете оскорблять меня подозрениями.

— Так вы догадались? — изумленно спросила я.

— А кто бы не догадался? Вы следили за мной весь вечер, вырвали флакончик с таблетками из рук, а теперь пришли сюда, чтобы убедиться, что я не причиню вреда мисс Спаулер.

— Грэм… мистер Фэрроуз… — взволнованно залепетала я и густо покраснела. — Мне жаль… мне очень стыдно… Я не имела права даже подозревать…

Фэрроуз махнул рукой и сделал основательный глоток виски.

— Обидно лишь то, что вы не сами до этого додумались, — продолжил он, отставив стакан и вытерев рот ладонью. — Мне казалось, что Клеманс Стархейм не имеет на вас такого сильного влияния.

Мне не хотелось выдавать Клема, но обмануть Грэма Фэрроуза было трудно.

— Я уже признала свою неправоту. Клем не виноват. Есть кое-что, из-за чего мне иногда кажется, что я схожу с ума. Вот тогда и начинаются нелепые домыслы и подозрения… — Я замолчала и, не осмеливаясь взглянуть в глаза Грэму, принялась изучать пестрый ковер, устилавший пол в зале.