Любовная ловушка - Хизер Гротхаус

Он опять все испортил.

Коналл кинул лук со стрелами на землю и опустился прямо в мокрый холодный снег, прислонясь спиной к стене хижины. Сжав кулак, он ударил воздух перед собой. Изо рта вырвался короткий разочарованный крик и малым облачком повис над головой.

Отец всегда ругал его за то, что он был слишком импульсивным, уж очень похожим на дядю Ронана. И сейчас Коналл был вынужден признать, что Дэр Маккерик оказался прав. Когда он встречался с каким-то препятствием, то вместо того чтобы отойти и подумать, как с ним справиться, он начинал действовать немедленно. Коналлу казалось, что раздумья – это лишняя трата времени, и лучше сразу поступить так, как подсказывают инстинкт и интуиция.

Ведь он, в конце концов, не был идиотом. Его интуиция раньше никогда его не подводила. Если на тебя прыгает зверь, ты тут же убиваешь его. Если ты находишь проклятую вещь, принадлежащую умершей старухе, которая своим колдовством привела твой клан на грань вымирания, то ты должен уничтожить ее. Если что-то горит, то нужно срочно залить это водой. И если упертая девчонка не желает слушать тебя, хотя ты заботишься только о ее безопасности, то…

«Ну, ты точно не должен был целовать ее…» Коналл застонал и схватился руками за голову. С чего вдруг он повел себя так по-дурацки? Может быть, на него так повлиял страстный взгляд Ив, обращенный к нему, когда она защищала накидку? Может быть, ее раскрасневшееся лицо, которое обычно было бледным? Или это запоздалая нервная реакция на встречу с волком у дерева Ронана? Да, он, безусловно, должен был забрать у Ив чертову накидку, но ведь он мог сделать это более разумным способом, не разжигая в себе желание, которое он и так уже с трудом контролировал. У него было такое чувство, что он просто плохо себя контролировал и уже не мог остановиться.

Он наверняка напугал Ив. Ведь девушка жила в монастыре и, конечно, не имела никакого сексуального опыта. Да, Ив была очень зла на него – достаточно вспомнить, как она кинула в него бутыль с медом. Теперь, чтобы завоевать ее доверие, ему придется начинать все сначала. Если только Ив пустит его обратно.

Но разве она сама не целовала его? Разве не тянула руки к его шее, словно собираясь обнять?

Коналл покачал головой. Скорее всего она намеревалась задушить его.

Вдруг раздался треск, как будто кто-то наступил на сухую ветку, а потом послышалось глухое фырканье какого-то большого животного. Скорее всего это был олень.

Коналл посмотрел на небо. Скоро совсем стемнеет, и волки наверняка выследят и загрызут оленя раньше, чем он подкрадется к нему. Для охоты было слишком поздно. Коналл знал, что, преследуя крупную добычу, можно потерять ощущение пространства и времени и самому стать добычей для волков. Если он не вернется в хижину, Ив просто пропадет.

Может быть, олень выйдет на поляну, и тогда он сможет выстрелить в него из лука? Коналл вздохнул. Может быть, Элинор еще встанет на задние лапы и станцует джигу?

Похоже, его преследовали одни неудачи. Наверное, ему остается только дождаться оттепели и отвести Ив к ее родне. Может быть, Ангус Бьюкенен так обрадуется ее возвращению, что забудет об обиде, которую, как он считал, ему нанесли Маккерики, и тогда проклятие будет снято. Тогда бы Коналл вернулся в свой город и никому не рассказывал о днях, проведенных с Ив Бьюкенен. Его люди перестанут умирать с голода, и два клана – да и двое людей в Богом забытой хижине – перестанут ссориться и обвинять друг друга во всех смертных грехах.

Коналл полагал, что сможет забыть Ив, ее волчицу, ее глупую привязанность к животным. Эта девушка много пережила, совершив такое долгое путешествие к земле ее предков. Скоро ей не нужна будет его помощь, и она сможет сама о себе позаботиться.