Откуда берутся дети?.. - Екатерина Риз

Ксения выпрямилась, держа в руках коробку сзамороженным фаршем. И всё-таки не удержалась и сына одёрнула.

- Ваня, что ты делаешь?

- Сижу, - просто ответил тот и схватил Илью заволосы. - Высоко.

Говоров рассмеялся и пощекотал его за пятку.

- Ага, на шею сел... Только не говорите, что янеправильно его воспитывал!

Она вынужденно улыбнулась.

- Ничего... При необходимости будем перевоспитывать.

- Ксения, давайте я ужин закажу? Не надо готовить.Отдохните.

Значит, он остаётся на ужин, поняла Степнова.Посмотрела на начальника, потом покачала головой.

- Ни к чему. Я быстро всё приготовлю. Чем вы питалисьэту неделю?

Илья растерялся.

- Э-э... Нормально питались. Супом там всяким... да ивообще. Мама готовила, - в итоге соврал он и дёрнул Ваньку за ногу, когда тотпопытался воскликнуть:

- Пицц...

Ксения обернулась.

- Что?

Ванька нагнулся и посмотрел Илье в лицо. Тот едвазаметно покачал головой. Мальчик вряд ли понял, что именно Илья от него хочет,но благоразумно промолчал.

- В пиццерию как-то ходили, - сказал Говоров, потомучто Ксения продолжала смотреть на него. - Один раз. Ваньке там понравилось.

- Что понравилось? - не поняла Ксения.

Илья приоткрыл рот, соображая, потом с улыбкой выдал:

- Пиццерия.

Степнова, конечно же, ему не поверила, он понял этопо её взгляду, но Говоров разулыбался шире, и она больше ничего говорить нестала.

Когда Ванька убежал в комнату, Илья несколько минутпосидел, наблюдая за Ксенией, как она готовит, но когда она оборачивалась,видимо чувствовала его взгляд, неизменно отворачивался к телевизору. Потомснова начинал смотреть. И мучился осознанием того, что он ей, на этой кухне, ненужен. И вообще не нужен. Она готова была ему сказать "спасибо" ещётам, у больницы, и повторила бы завтра, и послезавтра, и каждый день, вблагодарность за то, что он ей помог, поддержал... Но видеть его сейчас здесьона не хотела. Это было ясно, как Божий день. Но он продолжал сидеть и выжидатьчего-то.

В любой другой ситуации он бы уже давно ушёл, он ещёни одной женщине не навязывался... Но он здесь не из-за женщины, уж точно неиз-за Ксении Степновой. Он здесь из-за маленького мальчика, которому он простоне знает, как сказать, что ему пора идти. Что всё закончилось, что больше нетникакой необходимости быть рядом.

И ведь ребёнку не объяснишь, что его маме он ненравится.

Говоров подпёр голову рукой и посмотрел на спинуКсении с усмешкой.

А ведь он ей на самом деле не нравится, по крайнеймере, сейчас. Он ей мешает, раздражает её, а может даже пугает своимприсутствием.

Они проработали вместе год, а вот сейчас у него былотакое чувство, что он видит перед собой незнакомого человека. На работе Ксениябыла незаметной, безотказной, всегда полностью сосредоточена на своём деле, всяв своих мыслях... Раньше Илья думал, что и мысли её все о работе, теперьвыяснилось, что нет, что у неё куча проблем и обязательств, и думает онанаверняка только об этом. Он привык видеть её в строгих костюмах, которыесовсем ей не шли, словно закованную всю в какие-то рамки, а сейчас, впростенькой кофточке и джинсах, она казалась ему очень хрупкой, и со спины -совсем девчонкой. Худенькая, маленькая, но с очень сильным характером.

И если за ней не присмотреть, она угробит себя наработе, в желании позаботиться обо всех. Обо всех, кроме себя.

- Ксения, врач вас выписал?

Она оглянулась на него через плечо. Кивнула.

- Да. Завтра я буду на работе, Илья Константинович.Не волнуйтесь.

- Я не волнуюсь. И хочу, чтобы вы ещё несколько днейпосидели дома.

Степнова обернулась и удивленно посмотрела.

- Зачем?

 - Чтобы прийти в себя. Просто побудьте дома.Отдохните.

- Илья Константинович, я неделю отдыхала.

- На больничной койке? Что это за отдых? А выотдохните дома, хорошо? На своём диване.

- Я сойду с ума от безделья, - засмеялась Ксения.

- Ничего подобного.

- Илья Константинович...

- Ксения!.. Меня зовут Илья, - неожиданно для самогосебя, сказал он. - И не спорьте со мной!

Она опустила руки и посмотрела на него врастерянности.

- Я знаю...

 Говоров начал терять терпение.

- Что?

- Что вас зовут Илья... Константинович.

- Да не Константинович, Ксения. За последний час, выповторили это раз двадцать, у меня уже в ушах звенит. Просто Илья... Хорошо?

Хорошо... Ксения кивнула, отвернулась к плите имысленно подивилась. Сначала "Илья", а после "не смейте со мнойспорить!".

Говоров смущённо кашлянул.

- Кажется, я на вас накричал.

- Ничего, всё в порядке.

Илья вдруг разулыбался.

- Вы привыкли, да?

Ксения рассмеялась и покачала головой.

- Просто у вас характер, - ответила она.

Говоров почему-то растерялся от этих слов. Ещё никтотак запросто не говорил ему, что "у него характер". А это,оказывается, многое объясняет...

Потом они сели за стол. Илья с некоторым недовериемприсматривался к накрытому столу, к своей полной тарелке, потом наклонился ипринюхался. От котлет исходил такой запах, что даже голова закружилась.

Ксения наблюдала за начальником в удивлении.

- Что-то не так?

Илья посмотрел на неё и улыбнулся.

- Всё так. Ксения, у вас просто уйма разных талантов.

- Это каких?

- Ну, как же? - Неплохо было бы вспомнить, что снабитым ртом говорить неприлично. Какой пример он Ваньке подаёт? - Вы ипрекрасный специалист, и мама, а теперь ещё выясняется, что и хозяйка отменная.

- Это всего лишь котлеты с макаронами, ИльяКонстантинович.

- Вот именно. И, Ксения, - Илья. Помните?

Она опустила глаза и кивнула.

- Помню.

Ванька облизал губы и посмотрел на Говорова.

- Гулять пойдём? Ты обещал.

- Ваня, - воскликнула Ксения и укоризненно посмотрелана сына.