Осторожно, тигр! - Робин Доналд

Лесия прислонилась горячей щекой к холодному оконному стеклу, пытаясь обрести покой хотя бы на краткий миг. Но покой отныне был ей недоступен.

Кусая губы, она отошла от окна и набрала номер тети Софи. Она не могла сдержать улыбки, когда старая леди с восторгом охотника за сокровищами, которому в руки попала бесценная карта, воскликнула:

– Вот откуда я начну поиски! Это мог быть один из пяти сыновей.

– Но вы можете так никогда и не узнать, какой именно, – нашла необходимым предупредить ее девушка.

– Дорогая, где-то же наши семейные линии должны пересечься. Информация, которую вы мне сообщили, ориентирует меня именно в этом направлении. А что касается возможной неудачи – ну что ж, одни только поиски уже доставляют половину всего удовольствия.

Повесив трубку, Лесия вдруг подумала, что у тети Софи много общего и с Дженни.

Она надела шорты и футболку и отправилась в гимнастический зал. Вполне возможно, что час усиленных занятий заставит ее забыть мужчину, чье лицо она видела каждый раз, заглядывая в зеркало.

Но она не забыла, хотя здорово устала. Вернувшись домой, Лесия по-прежнему не находила себе места. Она налила ванну и долго сидела в воде, ароматизированной лавандовым маслом.

Неожиданный сигнал домофона заставил ее подскочить на месте.

– Это Кин, – проговорил голос. – Мне необходимо с вами увидеться.

Лесия похолодела и секунду раздумывала – не промолчать ли, притворившись, что ее нет дома. Но это, конечно, будет трусостью.

– Хорошо, – ответила она и, нажав кнопку, побежала надеть джинсы и блузку.

Звонок в дверь прозвучал в тот самый момент, когда она выходила из спальни, застегивая последнюю пуговицу.

Как странно, думала Лесия, чувствуя головокружение и прижимая сложенные щепотью пальцы к груди, что один только звук мужского голоса способен заставить сердце забиться в невыносимом ритме.

Она открыла дверь, взглянула – и погрузилась в бездонную пропасть его сверкающих глаз, в синюю тьму, которая увлекла ее в самую головокружительную глубину.

– Что-нибудь случилось? Уже поздно…

– Всего только начало одиннадцатого. – Голос Кина звучал отрывисто, лицо было непроницаемым. – Нет, ничего не случилось.

Стараясь сохранять спокойствие, Лесия сказала с натянутой улыбкой:

– Я не хочу показаться негостеприимной, но для меня это уже довольно позднее время. Я, как правило, ложусь в одиннадцать.

– Я тоже, – рассеянно сказал он, словно думая о чем-то другом. – Я говорил сейчас с тетей Софи. – И резко добавил: – Я счел разумным не приходить к ней сегодня вечером.

Лесия расширила глаза. Воцарилось молчание, мучительно долго тянулись секунды, наконец она сказала:

– Ну да. У вас же была какая-то встреча.

– Я солгал.

Он прошел к окну, посмотрел вниз, на сад, и на фоне темного стекла четко обрисовался его властный, решительный профиль. Лесии вдруг пришло в голову, что это мгновенье навсегда отпечатается в ее памяти, как и стук собственного сердца где-то в горле, быстрая неровная пульсация крови в висках, и то, с какой жадностью впились ее глаза в его лицо. И впервые Лесия не увидела в чертах Кина свое отражение. Это был Кин, и Лесию вдруг охватил настоящий, ужас: возможности выбора отныне у нее нет. Она любит его.

– Но не прийти оказалось невероятно трудно, – проговорил он тихо, оборачиваясь к ней, – потому что вы умудрились, не прилагая ни малейшего усилия, перевернуть вверх тормашками всю мою жизнь.

Но когда он остановился перед ней, в его тяжелом взгляде не было любви, а только вожделение – такое же мощное и неодолимое, как ее собственное.

Лесия не сопротивлялась, но и не откликнулась, когда его рот прижался к ее губам… Она покорно стояла, пока он умело целовал ее, сдерживая свою страсть и стараясь зажечь ее, И его настойчивое терпение подействовало. Лесия внезапно поддалась, вздохнула, уступила, подчинилась непреоборимому требованию своего существа. Да! – ликующе воскликнуло ее сердце. Да, да и да! С тех самых пор, как ты увидела его впервые, этот миг неотвратимо приближался, с тех самых пор, как ты услышала его голос…

Больше Лесия уже не рассуждала, одно только физическое присутствие этого человека привело в трепет все ее чувства. Неуловимый, пьянящий запах, исходивший от него, пронзал ей грудь, как и тепло его тела, сила рук, прикосновение его кожи, сладкий жар его губ, вкус его языка, мужской, терпкий – райский.

– Я не хотел этого… – пробормотал он, едва оторвавшись от ее рта. – Я говорил себе, что не стану спешить, поскольку, пусть я и на глубине в десять футов под землей узнаю вашу легкую поступь, все-таки мы до сих пор совсем чужие друг другу.

Звук его медленной речи отчетливо отозвался в ее теле мгновенными электрическими импульсами. Она несколько раз сглотнула слюну, прежде чем смогла выговорить:

– Если вы все это время боролись с собой, что же заставило вас передумать?

Он провел рукой вверх по ее спине к затылку и мягким движением откинул голову ей назад, так что смог увидеть ее лицо. За сине-стальным сиянием глаз невозможно было прочесть его мысли. Лесия почувствовала себя жертвой на алтаре желания. На его лице застыла жесткая улыбка.

– Увидеться с тобой у тети Софи было бы абсолютно безопасно, она хорошая дуэнья. Но когда я позвонил ей, чтобы сказать, что еду, ты уже ушла. И я подумал: «А вдруг она погибнет по дороге домой, и я так никогда и не узнаю, на что похожи ее поцелуи». И я понял, что ив загробном мире не найду себе покоя, если умру без воспоминания о вкусе твоих губ.

От этих мрачных слов сердце девушки замерло.

– Нет, – выговорила она быстро и отчетливо.

Зрачки его расширились, и Лесия видела теперь только темноту, окруженную синим огнем. Очень тихо он произнес:

– Но это правда.

– Если ты умрешь, я умру вместе с тобой, – сказала она, ужаснувшись этой бесспорной истине.

– Нет, – ответил он в свою очередь, прижимая ее к своему гибкому напряженному телу, к горячей груди, в которой гулко стучало сердце. Она поцеловала его в шею.

– Да, Кин. Мне страшно, – прошептала она, вдыхая его сложный мужской запах и вслушиваясь в свои чувства. – Никогда прежде я не испытывала ничего похожего.

– Знаю, – откликнулся он очень серьезно. – Я чувствовал то же самое – боролся против водопада эмоций, которых не понимал и не мог подчинить себе.

Лесии безумно хотелось скинуть одежду, помочь раздеться Кину, пойти вместе в спальню и там отдаться страсти – жажда, терзавшая ее, была так чудовищно сильна, что она неспособна была с ней справиться.

– Все это слишком внезапно, – сказала она, прокладывая себе дорогу среди путаницы мыслей. – Мне… нам… не следует спешить…

Он наклонил голову и поцеловал мягкую впадинку под ее ухом, и нежное прикосновение губ вызвало в ней сладостную дрожь.