Прятки с женихами - Анетта Политова

— Мама! — как ошпаренная, я выбежала из воды и осмотрела себя на предмет мелких морских тварей.

Убедившись, что кожа чистая, я осмотрелась.

Где мы?

Ни каких признаков людей или цивилизации на острове пока не было видно. За ни имением ничего лучшего, достала из сумки полотенце, расстелила его, чтобы и сесть на берегу. Я и купальник брала, собиралась после забега по магазинам сходить и искупаться на пляж.

Дима подтянул за трос лодку и укрепил ее на берегу, чтобы не унесло в море. Потом он бросил мне мою сумку и еще какой-то бумажный сверток.

— Пойду, осмотрюсь! — он включил фонарик на своем сотовом телефоне и пошел вдоль берега.

Я терпеливо ждала, пялясь в экран андроида и озираясь на темноту между зарослями деревьев и кустов.

К моему удивлению, через пятнадцать минут москвич вышел с другой стороны.

— Маленький необитаемый островок, здесь полно таких. Хорошо, что взял еды. Как знал, что пригодится, — мужчина подошел и сел передо мной на корточки, — ты голодна?

Развернув пакет, меня угостили бутербродом с листьями салата и беконом.

— Спасибо… Ты не сердишься на меня, Дим? — откусила кусочек, — вкусно! Сам делал?

Он достал себе тоже самое и потеснил меня на полотенце, присаживаясь.

— Разумеется, сам.

— Я вот думаю, в том, что мы потерялись и удивительным образом попали на один из необитаемых островов, присутствует толика романтики. Как считаешь?

— Странное у тебя отношение к романтике, я скажу!

Я рассмеялась, поняв, на что он намекает…

— Да я вообще полна сюрпризов! Сбежала от жениха, стелющего передо мной красную дорожку в яркую и безбедную жизнь. Текала от него аж пятки сверкали с мало знакомым мужчиной, который, как мне известно, еще вчера ненавидел женщин, причем всех.

— О тебе, наверное, в газетах напишут… местных!

Я прыснула со смеху:

— Ага и переименуют остров из Сими в Ари.

— А Алексею поставят памятник за проявленное терпение и настойчивость…

— И находчивость! Он даже моих родителей туда привез, о его родственниках я вообще молчу. Я все гадала, куда же Леха пропал? Как-то на два дня исчез из поля зрения, а Грибов готовился, оказывается.

— Не каждый на такое пойдет. Любит тебя. Не жалеешь? — Дима достал еще по бутерброду и газировку.

— Что мы обо мне, да обо мне? Раз у нас вечер откровений, может, поделишься, почему развелся?

— Катерина мне изменила с коллегой по работе. Слушай? Тебе не холодно, может костер развести? — москвич резко поднялся и посмотрел вглубь острова, высматривая сухие ветви. За счет того, что песок был практически белого цвета, тьма вокруг не казалась кромешной.

— Ты от разговора не увиливай. Потом, все позже… А для огня еще и дрова нужны. Садись!

Дима сел.

— Рассказывай!

— Чего рассказывать-то? Все довольно банально. Приехал за ней пораньше, решил сделать сюрприз, год со дня свадьбы и все такое…

— Так ты романтик, хоть и тщательно это скрываешь? — перебила я его.

— Мне продолжать или не надо? Как-то я не в восторге от этих воспоминаний.

— Понимаю… Продолжай, выговоришься, и станет легче, серьезно…

— Давай, я все же разведу костер. Потерпишь, любопытная моя.

Обняв колени руками, наблюдала, как мужчина обустраивает место нашей ночевки.

Вот уже яркое пламя радует и согревает. В нашем небольшом судне разложены сиденья и застелены покрывалом, поднят и натянут тент. Получилась лодка-палатка. Создавалось впечатление, словно влюбленные приплыли на пикник, будто нет у них ни каких проблем.

Мы, снова прижавшись друг к другу, сидели и болтали.

Посмотрев на меня, мой спаситель обнял и заставил положить голову на его грудь. Так уютно… тепло и спокойно… Умиротворение бальзамом начало растекаться по венам и дарить расслабление мышцам.

Костер, потрескивание дров и сильное плечо мужчины, который мне с недавних пор небезразличен. Что может быть лучше?

— Я так усну.

— Спи, а я буду рассказывать.

— Я в тебя сразу влюбилась, как только увидела. У Алексея не было никаких шансов заставить меня выйти за него замуж. Я бы все равно сказала "нет"! — Зачем-то выпалила на одном дыхании.

— Вот и хорошо… Отдыхай, моя строптивая соседка.

Мужские руки водили по моим волосам, перебирали их и гладили. Приятный тембр голоса убаюкивал, веки потяжелели, и я погрузилась в сон. Уже в состоянии полудремы почувствовала, как меня отнесли в лодку. Пришлось немного покорячиться, чтобы пролезть в салон, но едва коснувшись головой поверхности самодельной лежанки, я окончательно уснула.