Круги на воде - Сьюзен Виггз

Казалось, воздух сгустился от непрекращающихся ругательств, и Джилли бросила на Юлиану умоляющий взгляд. Юлиана сделала ей знак не вмешиваться. Ласло чувствовал себя оскорбленным: не хватало еще, чтобы его наказала безоружная женщина.

– Ласло, – крикнула она, когда тот начал кулаками бить по голове Стивена. Юлиана схватила цыгана за плечо, пытаясь оттащить. – Ласло, пожалуйста, не надо.

– Что? – Стоило только Ласло поднять взгляд, как Стивен молниеносным ударом опрокинул его на пол. Стивен прижал Ласло к полу коленом, тот пытался вырваться, но безуспешно, его бородатое лицо покраснело от напряжения.

– Я представления не имел, баронесса, что спать с тобой настолько опасно, – пробормотал Стивен сквозь зубы. – Я думаю, леди желает, чтобы вы признали свое поражение, – сказал он Ласло.

– Я пришел, чтобы убить тебя. Почему я должен уступать?

– Потому что, если ты этого не сделаешь, я причиню тебе боль.

– Фу! – гневно взорвался Ласло.

– И потому, – добавил Стивен голосом, в котором звучало сожаление, – что я ее муж.

Стивен сидел в своем кабинете в обтянутом кожей кресле и смотрел в лицо Ласло. Тот упрямо отказывался сесть. Еще очень крепкий пожилой цыган с подозрением смотрел на бокал с вином, который ему подал Стивен.

– Это мальвазия, сладкое вино типа мадеры. Оно понравится тебе.

– Напиток ведьмы, – пробормотал Ласло, но пригубил бокал, затем залпом опрокинул его и утер рот рукавом.

Стивен чувствовал, что цыган еще не доверяет ему. Они молча наблюдали друг за другом, и каждый оценивал силу и мощь противника.

– Нет необходимости все усложнять.

Цыган засунул палец за широкий шелковый кушак. Его грязные пальцы оказались на костяной ручке длинного ножа.

– Расскажи мне о себе, гаджо.

– Меня зовут Стивен де Лассе, – он не стал добавлять свой титул, так как сомневался, что это произведет впечатление на цыгана. – А тебя зовут Ласло. Скажи, тебе часто приходится врываться в личные спальни на правах рассерженного отца?

Незнакомец гордо расправил плечи, выставил вперед грудь в вышитой рубашке, вскинул свой крупный нос с горбинкой.

– Только ради Ули я веду себя как разгневанный отец.

Стивен сощурился. Ее отец.

За окном кабинета утреннее солнце спряталось за низко висящие облака. В комнате стало сумрачно, глаза цыгана были темными и мрачными, как смертный грех.

Слабая надежда, что девушка, возможно, говорила правду, мгновенно умерла. «Ну конечно, дочь русского вельможи...» – с иронией подумал он.

Стивен изучающе рассматривал удлиненное лицо Ласло, ища сходства с Юлианой. Вместо этого он увидел только разительный контраст. У Ласло – высокие выступающие скулы, в то время как лицо девушки ровное и округленное. Волосы цыгана жесткие, кое-где тронутые сединой, были иссиня-черного цвета, у Юлианы – темные, с каштановым отливом. И потом, глаза. Ясные зеленые глаза девушки и близко не напоминали темные-глаза Ласло.

– Должно быть, она похожа на свою мать, – заключил Стивен вслух.

Ласло вздернул подбородок, густая заостренная борода выступила вперед.

– Да, очень похожа. И не только внешне.

Стивен почувствовал, что за этими словами что-то скрывается.

– Итак, Юлиана твоя дочь. Почему же тогда она сбежала от тебя. – Рука Стивена сжалась в кулак. – Ты бил ее?

– Никогда! – Красное лицо Ласло слегка побледнело. – Разве мог я коснуться ее рукой?

– И все же она была одна. Я поймал ее, когда она собиралась украсть мою лошадь.

Ласло нахмурил темные брови.

– Ты поймал ее? Хм... Я думал, что хорошо выучил ее.

Стивен округлил глаза. Никак невозможно понять этого разгневанного чужеземца. В этом, по крайне мере, Юлиана похожа на него.

– Как ты узнал, что она здесь?

– Девушка оставляла знаки.

Стивен нахмурился.

– Знаки?

– Мы называем это вурма – знаки вдоль дороги.

– Кусочки ткани? – Спросил Стивен. – Нитки? Волосы? Что-нибудь в этом роде?

Ласло снова наполнил свой бокал мальвазией из кувшина, стоявшего на столе.

– Да.

Теперь Стивену стало понятно, почему Юлиана так близко ехала к колючим кустам, которые рвали ее юбки. Коварная женщина. Ему нужно было знать это. Ей совсем нельзя доверять.

– Она должна была выйти замуж за Родиона, самого сильного мужчину в нашем таборе. Он вожак в нашем таборе. – Ласло не спускал глаз с лица Стивена, пытаясь разгадать его мысли.

– Тогда, возможно, она исчезла, чтобы избежать этого замужества, – заключил Стивен. – Это правда, что вы позволяете вашим женщинам самим делать выбор?

– Да. Если они точно знают, чего хотят, – Ласло покачал головой, на мгновение забыв, где находится. – Юлиана сама не знала, что она хочет. Только мечтала о возвращении назад.

– Возвращениии? Куда?

– К своим гаджо.

– Мне кажется, ты сказал, что ты ее отец.

– Это ты сказал, что я ее отец.

– Но ты не стал этого отрицать.

Ласло взял в руки игрушечную лошадку, сделанную из жести. Он с удивлением обнаружил, что конечности и голова двигаются. Эту лошадь Стивен смастерил, чтобы забавлять фермерских детей.

– Ну? – Его терпение иссякло. – Так да или нет?

Ласло продолжал крутить в руках двигающийся механизм.

– Что: да или нет?

– Ты отец Юлианы? – голос Стивена зазвенел от напряжения.

– А ты, действительно, муж Юлианы? – Ласло положил на место игрушку. Лошадь поскакала по поверхности стола и свалилась на пол. Испуганно вскрикнув, цыган отпрянул назад, что-то бормоча и крестясь.

Стивен неожиданно для себя повеселел.

– По приказу короля мы формально обручены.

– А почему король гаджо отдал такой приказ?

Стивен издал тяжелый вздох. Ему не хотелось оскорблять Ласло, признавая, что женитьба на Юлиане была наказанием.

– Это длинная история.

– Но ты, не теряя времени, стал спать с ней.

Стивен вспомнил, какую нежность он испытывал к Юлиане ночью. Как приятен был ему запах ее тела. Как страстно он желал ее.

«Глупец, – сказа он себе. – Несомненно, это часть ее плана – завлечь его в свою постель, чтобы позже он не смог аннулировать брак».

– Это тебя не касается.

– Если она твоя жена, – бесстрастно произнес Ласло, – ты должен совершить обряд plotchka[15].