Всё вернётся - Кей Мортинсен

— Доброе утро, Марти! Эта кроха на диване и есть мой пациент? Светловолосый, как все Фарино. Доброе утро, леди. Я доктор Лестер Ричардс. Давайте посмотрим на маленького проказника, а Мартин пока приготовит мне чашку кофе.

Мартин взглянул на бледное, испуганное лицо Ренаты. В этот момент он готов был сделать что угодно, лишь бы она не волновалась. Он был поражен тем, что она нравится ему. Почему? Может, его способность к состраданию оказалась выше, чем он думал. Может, он чувствовал бы то же самое к любой женщине, у которой болен ребенок. Мартин решил не задумываться над этим и стал готовить кофе для Лестера.

Но он не мог унять тревожное биение сердца, когда врач осматривал маленького Ника и очень осторожно задавал Ренате наводящие вопросы.

Мартин едва сдерживался, чтобы не рявкнуть на друга, который, по его мнению, слишком медлил с диагнозом. Он поставил на край стола чашку с дымящимся кофе и замер, скрестив руки на груди.

— Ну, Рената, — произнес, наконец, Лестер, и Мартин даже подался вперед, чтобы лучше слышать, что он скажет.

Лестер ободряюще улыбнулся ей, и лицо Ренаты стало менее напряженным. Мартину захотелось обнять ее и защитить от всех невзгод. Черт! Я схожу с ума, недовольно подумал он.

— Ну что? — нетерпеливо спросил Мартин. Лестер удивленно посмотрел на него и повернулся к Ренате.

— Думаю, что беспокоиться не о чем.

— Слава тебе Господи! — воскликнула Рената по-итальянски и расплакалась.

Мартина тоже ощутил ком в горле.

— И ему ничто не угрожает? — хрипло спросил он.

Он почувствовал на себе взгляд Ренаты и понял, какие мысли бродят у нее в голове. Она наверняка думает, что теперь ее выставят из дома. Мартин подбодрил ее улыбкой.

Лестер покашлял, требуя внимания. Мартин догадался, что друга заинтересовали его отношения с Ренатой.

— Ладно, Лестер, выкладывай, — отрывисто сказал он.

Лукаво улыбнувшись, Лестер снова обратился к Ренате.

— Вы делаете все правильно. Кормите его грудью, что защищает его от многих инфекционных болезней. Я думаю, у него была аллергическая реакция, возможно, на то, что вы ели вчера вечером.

— Это я виновата во всем! — в ужасе воскликнула Рената.

Лестер добродушно улыбнулся.

— Не казните себя. Вы испытали его иммунную систему и устроили себе небольшой шок, только и всего. Если хотите наказать себя, то, я думаю, вы уже сделали это за последние десять минут.

— Вы правы, — пролепетала Рената. — Я успела умереть тысячу раз за это время.

— Тогда расслабьтесь. Сыпь скоро исчезнет. Не перегревайте малютку. Я позвоню вам попозже узнать, как он себя чувствует. Но, если появятся признаки повышенной температуры или еще что-то, дайте мне сразу знать. Говорю это на всякий случай, думаю, все будет в порядке.

Мартин почувствовал, как спадает его напряжение. Он даже испытывал некоторый подъем. Рената, несмотря на его упорное сопротивление, вынуждена остаться в его доме. И, к собственному удивлению, Мартин был несказанно этому рад.

Лестер бодро попрощался, вытянул из Мартина обещание сыграть в теннис в конце недели, заговорщически подмигнул ему, что было совсем ни к чему, и Мартин и Рената снова остались вдвоем.

— Хорошая новость, — сказал Мартин напряженным голосом, который не соответствовал его радостным чувствам.

— Да, — проронила Рената. — Я могла… мне следовало уйти после визита врача.

— Я так не думаю.

Мартин видел, как она судорожно сглотнула. Когда Рената подняла на него свои большие глаза, его охватил приступ нежности, по силе не уступавшей ярости.

— Но вы же не хотите, чтобы я оставалась здесь, — сказала она.

Что ей ответить? Мартин не хотел, чтобы она была здесь, потому что не мог ручаться за себя, боялся взрыва страсти, которая скопилась в нем.

— Пойдемте в парк, — предложил Мартин. — Ник заснул. Я принесу коляску, и вы сможете устроиться в тени под деревом. И вы скажете мне то, что хотели сказать. — Он вздохнул. — А я объясню вам, почему так настойчиво пытался выставить вас из своего дома.