Военачальник хочет вечности - Кресли Коул

— В тебе много всего скрыто, Невеста. Но ты не монстр.

— А знаешь, ты прав. Я та, кого такие монстры как ты боятся, прячась под кроватью.

— Но теперь ты в моей постели, где тебе и самое место.

— Так, поясни-ка мне. В этой нашей жизни, которую вообразило твое обезумевшее сознание, я больше не смогу сражаться?

Рос покачал головой, припарковавшись на дорожке, выложенной гравием. — Нет. Я прекрасно знаю, как ты обманчиво сильна. И что другие существа лучше предпочтут смерть, нежели рискнут заслужить твой гнев. Но никогда больше я не позволю тебе подвергнуть себя опасности.

Она заморгала, глядя на него, и слащавым голоском произнесла, — Потому что я так чертовски ценна для тебя?

— Да. — Спокойно ответил Рос, что заставило ее закатить глаза. Он выбрался из машины, и она собиралась сделать тоже самое, как вдруг Рос быстро переместился, чтобы открыть ей дверцу. При этом он посмотрел на нее, как на сумасшедшую, за попытку сделать это самой, не подождав, пока он проявит галантность.

Отлично. Воин-джентльмен. К которым, как выяснилось по ходу, у нее к тому же слабость.

Когда они шли по подъездной аллее, он сказал, — Возьми меня за руку.

— Что такое? Здоровенный вампир боится, как бы махонькая валькирия не сбежала?

Он повернулся, хмуро взглянув на нее, — Я просто хочу держать тебя за руку.

Так, что это еще за трепет в ее животе, неужели бабочки? И почему она совсем не возражала против того, чтобы его большая и грубая рука сжимала ее ладонь. Откуда это чувство покоя и защищенности? Держась за руки, они подошли к пещероподобному особняку с тридцатью комнатами.

Мист чувствовала его напряжение, готовность за долю секунды переместить их из этого места. И ей практически стало жаль его, ибо она поняла, что еще никогда ему не приходилось видеть ничего похожего на ее дом. Хотя он и принадлежал миру Ллора, но все же в каком смысле оставался человеком, каким и был когда-то.

Когда он заставил Мист показать ему окно ее комнаты, указывая место назначения, Рос снова переместил их, и они оказались внутри. Своими проницательными глазами он осмотрел пространство, заполненное шелком и кружевами, изучил каждую деталь обстановки. Оказалось, что Мист была самым женственным созданием во всем ковене. В своей любви к свечкам и шелковым простыням, в деталях ее комнаты, в образе жизни было больше человечного, нежели в любом из известных ему существ.

Ее спальня находилась рядом с комнатой Кары, вся обстановка которой состояла из спартанского спального коврика, висящих на стенах древних шлемов с крыльями, и связки вампирских клыков, которые она хранила в качестве трофеев. Дальше по коридору находилась комната Эммалин — хрупкого и робкого создания. Хотя она и была наполовину Валькирией, но все же оставалась вампиром до мозга костей, поэтому свое маленькое гнездышко она соорудила на полу под кроватью, которой так и не пользовалась.

Конечно, можно было привести Эмму в качестве примера. Как доказательство того, что не все вампиры злы, и ковен все-таки может сосуществовать с этой расой. Хотя, тут следовало добавить, что Эмма была дочерью любимой Валькирии, и та половина, что досталась ей от матери, укрощала в ней ее вторую сущность. По крайней мере, все так считали. Для нее сделали исключение. Но Мист часто задумывалась, было ли еще кому-то заметно, как вздрагивала Эмма, и какой страх отражался в ее больших голубых глазах, каждый раз, как они кричали и поносили убийства кровососов. — «Присутствующие не в счет» — если подумать, было довольно таки нелепой отговоркой.

— Так что ты хочешь, чтобы я собрала? — спросила Мист.

Он приподнял бровь. — Тебе же не привыкать. Выбери те вещи, которые ты взяла бы, уезжая с любовником.

Она сжала ладони в кулаки, шагнув в сторону ящиков, где хранились коллекции Agent Provocateur[22], Strumpet&Pink[23]и Jillian Sherry[24]. И все это — результаты закупок всего лишь прошлой недели.

— Зависит еще и с каким именно. — Мист достала черный кожаный бюстгальтер с чашечкой на три четверти и миниатюрную ночную сорочку, которая оказалась еще и абсолютно прозрачной, выставив ему на выбор.

— Оба. — Резко выпалил он, не в силах скрыть выражение боли на лице. Она видела, что Рос снова возбуждался. Когда он заметил ее понимающий взгляд, его глаза вмиг потемнели.

Стараясь казаться, как ни в чем не бывало, она подошла к шкафу и стала собирать вещи с расчетом на пару дней. Но Рос приподнял ее за талию и отставил в сторону. Схватив чемодан на колесиках длиной 4 фута[25], он уронил его ей под ноги. — Собери его, потому что ты больше никогда не вернешься в это место.

* * *

Она лишь кивнула на его слова, но этот жест выглядел каким-то насмешливым. Рос знал, что она размышляла над тем, как он ошибался на этот счет. Он устало вздохнул. Если ему придется сражаться с ней до конца их дней, он пойдет и на это.

Подойдя ближе, чтобы помочь ей собраться, он заметил, что каждый ящик был просто забит трусиками танга, чулками, кружевами и шелковыми ночными рубашечками, при виде которых он воспламенялся от желания. У нее также был ящик, в котором не было ничего, кроме подвязок. Да у него уйдут месяцы, чтобы зубами стянуть их одну за другой с ее тела.

Но вдруг он нахмурился. Женщины носили такое белье для любовников. Так сколько же у нее их сейчас? Когда он представил, как они наслаждаются ее телом, как золотая цепочка двигается у нее на талии, в то время как она извивается на ком-то из них, то от ярости смял железный выступ кровати.

На этот раз уже она самодовольно ухмыльнулась, отчетливо читая его эмоции. — Николай, если ты не сможешь контролировать свою ревность, то мы движемся прямо в сторону развода. — Постучав пальчиком по подбородку, она добавила, — И запомни, в этом случае я получаю дом, детей и маленького Цербера. Хотя, ту конуру все же можешь оставить себе.

Он нахмурился, затем повернулся и стал рассматривать ее личные вещи. Коллекция ее фильмов была огромна. Но они не были ему знакомы, как и большинство вещей, имеющих отношение к досугу. — Какие из них тебе нравятся больше всего?

Ей, конечно же, было ненавистно отвечать на его вопросы против собственной воли, и каждый раз он встречал ее яростное сопротивление.

— Я люблю мелодрамы и ужасы.

— В корне различные жанры, не считаешь?