Один счастливый день - Анастасия Доронина

Стоял жаркий сухой июль.

— Какой же ты молодчина, Петро! Как говорится, не имей сто друзей, а имей одного любящего брата! Сама бы я ни за что не справилась. Столько дел, да еще Артемка на руках! Ты сделал меня свободной женщиной, Петро, и это надо отметить.

Истомин улыбнулся, провел рукой по чуть тронутым сединой вискам.

— Наверное, по законам жанра серьезный старший брат должен прочесть легкомысленной сестрице нравоучительную лекцию о том, как надо подбирать себе мужей. Но я не могу. Да и не хочу, честно говоря.

— Волнуешься?

— Ужасно, — признался он, чуть наклонившись над столиком. — Как мальчишка перед новогодней елкой — весь в ожидании подарка. Нет! Сильнее. И боюсь. А вдруг…

— Ничего подобного! — торжественно произнесла Анька, легонько пнув его под столом ногой в легкой босоножке. — Все будет просто отлично! — произнесла она, отсалютовав вслед своим словам ложечкой с мороженым.

Зазвонил мобильник. Оба они замерли, уставившись друг на друга расширенными и совершенно одинаковыми синими глазами.

— Ну?!.. — прошептала Анька.

— Сейчас…

Звонок мобильного телефона — сигнал новой жизни. Или?..

— Милый! — услышал Петр родной усталый голос, за который он готов был отдать все на свете. — Милый, все кончилось. Все хорошо.

— Как ты себя чувствуешь? — голос изменил ему.

— На седьмом небе.

— А… кто?

— Отгадай! — засмеялась Катя.

— Мальчик?

— А вот и нет.

— А… кто?

— Миленький, какой ты глупый!

Девочка? — Его охватило внезапное желание пройтись на голове вот отсюда до самого белого здания больницы, где лежала его Катя.

— Нет! — Она смеялась.

~ — Тогда я не понимаю! Ты специально меня морочишь, Катька?!

— Нет, милый. Ты опять не угадал. Нас теперь четверо, любимый. У нас двойняшки…

Он задохнулся от счастья.

— Скажи что-нибудь, — жалобно попросила Катя, не дождавшись ответа.

— Я люблю вас, — пробормотал он, чувствуя, что готов заплакать.

— Вас?

— Да, вас. Вас троих…

…А в это время Маринка, стоя в кабинете, который теперь, после того, как Катя ушла в декрет, она занимала одна, с замиранием сердца всматривалась в окно.

К их конторе подкатывал ярко-красный кабриолет с открытым верхом, и на капоте у него пунцовел ярко-красный букет огромных южных роз…