Трепетное сердце - Коллин Хичкок

В дверь постучали. На мне были только корсет и чулки.

– Это Мириам.

– Прошу прощения, я еще не одета.

– Я помогу. Разрешите войти.

Она пришла со стаканом вина и была уже навеселе.

– Я слишком взволнована балом, – объявила она.

Я как раз начала наносить тальк на руки и плечи. Мириам взглянула на меня в зеркало. Я достала виноград из корзины:

– Угощайтесь.

– Ах, я давно не ела виноград. В Гластонбери его нет. Это такое дорогое лакомство.

– Время от времени я себя балую.

Пока она лакомилась, я слушала о Фредерике, о злой Мейми, укравшей его, когда Мириам была вынуждена гостить год у родственников, живущих не в городе. Выслушав рассказ, мне наконец-то удалось сменить тему и расспросить о людях, которые будут на балу.

– Расскажите мне о лорде Бастоне.

– Наверное, он будет там, но он никогда не танцует ни с одной женщиной и не обращает на них никакого внимания. Женщины Гластонбери пришли к заключению, что он подобен красивому платью на витрине, которое нельзя заполучить. А еще они шепотом относят его невнимание к женскому обществу за счет того, что он, возможно, предпочитает общество мужчин.

После того как мы обменялись взглядами, я сочла эти домыслы нелепыми.

Мириам помогла мне затянуть корсет, я надела платье с самым низким вырезом.

– Николетта, не знаю, случалось ли мужчинам Гластонбери видеть такое платье из черного бархата. Могут быть пострадавшие. Все мужчины будут надеяться, что вы посмотрите в их сторону.

– Вы находите его неуместным?

– Посмотрим. Низкий вырез на спине с пуговками из черного жемчуга подчеркивает обнаженные плечи, рукавчики почти до середины руки, дюймовый разрез.

– Оно не подходит для бала?

– Платье – это чехол для пушки. Настоящая артиллерия – женщина, одетая в платье, ее мотивы и желания. Думаю, это будет смелым нарядом даже сегодня вечером. Вы замечательно одеты для того, чтобы завести интрижку.

– Рада это слышать.

– Вы демонстрируете разрез. А чтобы привлечь мужчину, требуется всего лишь дюйм. Более того, все женщины будут выказывать вам пренебрежение. Поверьте, я знаю, о чем говорю.

– Мне нравится, когда на меня обращают внимание. Пусть все думают, что я охочусь на мужчин, принадлежащих другим женщинам, в то время как я этим не занимаюсь. Пусть мужчины охотятся за мной.

– Николетта, у вас прекрасные бриллианты.

Мириам налила стакан вина и залпом выпила.

На мне было бриллиантовое ожерелье, такие же серьги и браслет, усеянный бриллиантами. Первоначально предназначенный для королевы, он должен был стать дополнением к бриллиантам короны, пока Робер не вознамерился преподнести мне его в качестве подарка.

Еще на мне была тонкая бриллиантовая брошь с лисой, скрытая на платье у декольте. Ее трудно было заметить, если пристально рассматривать грудь.

Украсив бриллиантами высокую прическу, тоже подарок от поклонника, я в завершение нанесла немного помады и румян.

– У вас вид дорогой куклы, – прокомментировала Мириам.

– Спасибо, вам очень идет это платье. Этот оттенок розового подчеркивает румянец.

– Благодарю, Николетта.

– Мы прекрасно проведем время, уверена, – сказала я.

У Мириам кружилась от вина голова, она не держалась на ногах, когда спускалась с лестницы. Она села на ступеньку перевести дух и оставшуюся часть пути то и дело спотыкалась. Я сбежала вниз и помогла ей подняться.

– Мириам, вы хорошо себя чувствуете?

– По-моему, мой зад стал больше, чтобы обеспечить мягкую посадку. – Она расхохоталась. – Я распорядилась насчет кареты, так что мы прибудем с шиком, а не в коляске, – объявила Мириам.

– Как мудро, Мириам. Спасибо.

Всю дорогу на бал мы болтали и смеялись. Через несколько минут мы уже стояли у входа в клуб любителей лисьей охоты Гластонбери. Из дома доносились звуки музыки и смех.

У парадной двери стояли трое элегантно одетых мужчин. Я услышала, что они говорили о скаковой лошади, но, когда мы подошли, замолчали и выстроились у входа, сняв шляпы.

– Мириам, представьте нас вашей подруге.

– Мириам, кто эта незнакомка?

– Мириам, представьте меня первым.

– Джентльмены, позвольте вам представить Николетту Карон.

– Николетта, это Чарлз Фарадей, Дуглас Пфайфер и Оливер Дэвис.

– Рада познакомиться.

Я улыбнулась, но не предложила руку, поскольку по правилам хорошего тона выбор был за мной. По-моему, при знакомстве с несколькими людьми неудобно пожимать одну руку за другой. Вместо этого я пригляделась к джентльменам. Чарлз Фарадей был высоким и худым, с рыжевато-коричневыми приглаженными локонами и большими блестящими глазами. На Дугласе Пфайфере был модный пиджак в тонкую полоску, живот украшала золотая цепочка от часов, он производил впечатление весьма состоятельного человека.

Однако внимание мое сразу же привлек Оливер Дэвис своей лучезарной улыбкой. Оливер смотрел мне в лицо, но ощущение было такое, будто он раздевает меня глазами.

Вмешался Чарлз:

– Вы потанцуете со мной?

– Нет, со мной, – проговорил Дуглас.

– Пожалуйста, потанцуйте со мной, – попросил Оливер.

– Джентльмены, я с удовольствием потанцую со всеми вами.

Трое мужчин толпились вокруг меня, стараясь оказаться как можно ближе и ввести меня в клуб. Поскольку я знала, что у меня будет выбор, я не могла не испытывать возбуждения.

В другом конце бального зала инспектор Лэнг облокотился о колонну, наблюдая за происходящим вместе с Пиви и Уилкоксом.

– Она красивая женщина, правда? – спросил Пиви.

– Думаю, она великолепна настолько, насколько может быть великолепна женщина, – ответил Уилкокс.

– А что думаете вы, инспектор?

– Сегодня после обеда я получил телеграмму. В вечер смерти Дентон Брикман был с Николегтой Карон, так что женщина, вызывающая у вас восхищение, может оказаться убийцей, которого мы ищем.

Договорив, Лэнг отошел, чтобы налить себе новую порцию пунша. Он устроился в уютном уголке, откуда мог видеть все, оставаясь незамеченным.

– Уилкокс, ты слышал?

– Да, слышал. Но приходится поправлять брюки лишь от одного взгляда на эту женщину. Не знаю, как поведу себя, если она покажет мне лодыжку.