Жажда - Сандра Браун

Оливия смотрела на нее молча. Лорен перевела взгляд на Карсона, вытиравшего платком влажные руки. Человек у окна оставался неподвижным и, казалось, был погружен в раздумье. Он предоставил ей сражаться одной, в то время как им следовало бы объединиться, стать союзниками. Гнев придал ей храбрости.

– Я ни за кого не выйду замуж. Я вообще не хочу выходить замуж, – объявила она, вызывающе вздернув подбородок.

Оливия снисходительно рассмеялась:

– Моя дорогая Лорен, я вовсе не настаиваю на том, чтобы вы и Джеред сочетались браком в библейском смысле слова. Этот союз не обязательно должен увенчаться плодами. – И снова Лорен услышала презрительный смешок со стороны окна, где стоял Джеред.

– Я полагала, что наше предложение имеет некоторую привлекательность. Вам не придется возвращаться в этот мрачный пасторский дом, ведь верно? А когда вы покинете этот дом, то будете независимой женщиной со средствами.

– Я буду к тому же замужней женщиной, – произнесла Лорен.

Оливия уже не скрывала раздражения:

– Фиктивный брак можно легко аннулировать. Но сейчас речь не об этом. Думать надо о том, что в качестве жены Джереда вы будете вести совсем неплохую жизнь.

Оливия глядела прямо в лицо Лорен прищуренными зелеными глазами.

– Может быть, в Северной Каролине вас кто-нибудь ждет? И в этом причина вашего упорства.

– Нет, – прошептала Лорен. Она содрогнулась, вспомнив, как смотрел на нее Уильям. – Нет, – повторила она решительно и, почувствовав себя увереннее, бросилась в бой: – Если вы все время знали, зачем Бен вызвал меня сюда, почему не сказали об этом мне?

– Вот вам урок на будущее, Лорен. Собери всю возможную информацию, а потом храни ее до подходящего момента. Если бы обстоятельства сложились иначе, вы уехали бы через два месяца, так ничего и не узнав. – Она натянуто улыбнулась. – Конечно, Бен был романтиком и надеялся, что вы с Джередом понравитесь друг другу. В таких вопросах мой муж всегда был дурак дураком.

Лорен была потрясена ненавистью в голосе Оливии и не нашлась что ответить.

Оливия резко встала и заходила по кабинету.

– Если обсуждение этого вопроса закончено, я должна заняться необходимыми приготовлениями.

Она посмотрела на Джереда, потом на Лорен. Оба промолчали, и Оливия сделала Карсону знак следовать за собой. Прежде чем выйти из комнаты, Карсон похлопал Лорен по плечу и двинулся вслед за жесткими шелестящими юбками Оливии.

Лорен была в смятении. Почему она продолжает сидеть здесь?

Ей уже давно пора быть наверху и собирать свои вещи. Ей следовало немедленно бежать из этого дома. Она смотрела перед собой пустым, ничего не выражающим взглядом, а в мыслях у нее царил сумбур.

Из чего ей было выбирать? Она не могла вернуться назад, в Северную Каролину, встретиться с Уильямом и своими бывшими опекунами. Эта глава ее жизни была прочитана и закрыта. По крайней мере для нее.

Ей предстоит брак без любви, с совершенно чужим человеком. Но не навечно же. Зато у нее будет с чего начать, когда она расстанется с Локеттами. И уж как-нибудь она переживет позор развода. Возможно, ей даже удастся выдавать себя за вдову, если уехать достаточно далеко от Техаса. А тем временем она могла бы жить вполне прилично.

Что еще ей остается? Мелькнула мысль об Эде Треверсе и его любезном предложении оказать ей помощь.

Может быть, он мог бы достать ей место официантки в заведении Харви? Но Лорен тотчас признала эту идею никуда не годной. Ее умение развлекать гостей в приличном доме совершенно не годилось для работы официанткой в ресторане. Да и вряд ли она была способна бегать с тяжелыми подносами и спать в одной комнате с другими девушками, считая минуты уединения, если на таковые вообще можно рассчитывать.

«За» и «против» боролись в ее сознании, сменяя друг друга, но в конце концов она приняла положительное решение, и главным доводом было то, что сказала Джереду Оливия: «Бен хотел этого. Бен выбрал ее для своего сына». Почему? Ее мучила мысль, что ответ на этот вопрос она так и не узнает.

Лорен настолько погрузилась в свои мысли, что почти забыла о присутствии Джереда. Он так и стоял у окна спиной к ней. Почему он молчит?

Она посмотрела на Джереда, пытаясь угадать, о чем он думает, и таким образом хоть ненамного приподнять завесу будущего. Оливия дала понять достаточно ясно, что его жена для него будет чисто символической фигурой. Она навсегда останется невестой и никогда не будет женой. Потому что это фиктивный брак. Сердце Лорен мучительно сжалось, потом забилось с удвоенной силой. Она толком ничего не знала о физических отношениях между мужчиной и женщиной, но понимала, что имела в виду Оливия.

Они должны поговорить. Прежде чем дать свое согласие на этот нелепый брак, она должна узнать, что чувствует он. Лорен решительно, но все же с оттенком робости поднялась со стула и подошла к нему:

– Мистер Локетт?

Она заметила, что при звуке ее голоса он мгновенно напрягся и медленно повернулся на каблуках лицом к ней.

Он ничего не сказал, только посмотрел на нее этим своим холодным, насмешливым взглядом, крепко сжав губы, которые превратились в жесткую, узкую линию.

– Я… я хочу знать… – заикаясь, пробормотала Лорен, но он перебил ее:

– Вы проглотили наживку, крючок и даже удочку, верно? Вы и надеяться не смели на такую удачу. Получить уйму денег! И мужа в придачу! Старая дева, священникова дочка, и вдруг такой скачок по социальной лестнице.

Он ронял жестокие, грубые слова с явным намерением оскорбить ее. Неужели он действительно так думает? Неужели считает, что она знала о планах Бена, касавшихся ее будущего? От гнева и стыда на глазах у Лорен появились слезы, и она с мольбой посмотрела на него:

– Мистер Локетт, вы должны…

Он резко схватил ее за плечи и встряхнул своими сильными руками. Ее голова откинулась назад, волосы распустились и рассыпались по спине.

Сквозь сжатые зубы, но притворно ласковым голосом он прошептал:

– При сложившихся обстоятельствах мы могли бы обойтись и без официальности: никаких «мистер» и «мисс», меня зовут Джеред. Ну-ка назовите меня так! – скомандовал он.

Его руки еще крепче сжали ее плечи, у Лорен застучали зубы, она начала дрожать и все же ухитрилась, задыхаясь, произнести:

– Джеред.

Крупная слеза, как сверкающий драгоценный камень, скатилась по ее щеке. Эта одинокая слезинка привела Джереда в еще большую ярость.

– Не могу понять, как вы смогли одурачить такого умного и проницательного человека, как мой отец, но не воображайте, что вам удастся и меня провести. Я равнодушен к женским слезам, и ваши бездонные серые глаза на меня не действуют, ясно?

Он еще раз встряхнул ее.

– Мы оба вляпались в историю. Держитесь от меня подальше, и, возможно, нам удастся пережить это. Старик Бен славился своими шуточками, и, кажется, последнюю из них он сыграл со мной. Не сомневаюсь, что в вас он нашел весьма сговорчивого партнера.