Любить - значит страдать. - Ребекка Донован

– Что ж, ладно, тогда попробую. – Она старалась убедить даже не меня, а скорее себя. – А ты не против, если он время от времени будет оставаться у нас на ночь?

– Ну да, конечно, – промямлила я.

Надо же, как стремительно развиваются события! Сперва она сомневается, стоит ли ей с ним встречаться, а потом уже планирует, как и когда будет с ним спать.

– Надеюсь, в этом не будет ничего странного, а?

– Да нет, все нормально, – медленно произнесла я.

Ведь она и понятия не имела, что меня уже ничем не удивишь. И я уже столкнулась с подобной странностью, хотя вспоминать об этом не слишком хотелось.

И уже на следующий вечер, вернувшись от Сары, я застала маму с Джонатаном перед телевизором в нашей гостиной. Мне не хотелось им мешать, и поэтому я попыталась незаметно проскочить к себе на второй этаж.

– Привет, Эмма! – крикнул Джонатан.

Все, значит, мои ухищрения стать невидимкой были напрасны.

– Привет, – не оглядываясь, бросила я.

До конца вечера я просидела в своей комнате за книжкой. Но непроизвольно постоянно прислушивалась, не хлопнула ли за Джонатаном входная дверь. Но так ничего и не дождавшись, потихоньку задремала.

– С ней все в порядке?

Услышав голос Джонатана, я оцепенела. Я прижала руку ко рту и, задыхаясь, села на кровати. Похоже, он был совсем рядом, прямо под дверью. Я пристально всматривалась в темноту, так как опасалась, будто он и впрямь может войти.

– С ней такое случается, – извиняющимся тоном пробормотала мама. – Возвращайся в постель.

С минуту все было тихо, а затем я услышала его шаги, удаляющиеся по направлению к ее комнате. Хлопнула дверь, и я, расстроившись, что разбудила их, бессильно упала на спину. До меня не сразу дошло, что Джонатан ночует у нас.

Я лежала, уставившись в потолок, ждала восхода солнца и слушала, как ветер скребется в окно, пока не поняла, что сон так и не придет. Натянула одеяло до подбородка и сильно пожалела, что я сейчас не в Калифорнии, а в этом продуваемом всеми ветрами леднике.

Наконец я сдалась и спустила ноги с кровати с твердым намерением начать новый день. Надела носки, пошарила в комоде в поисках подходящей одежды и только потом поплелась в ванную. Потопталась возле своей двери и внезапно увидела, что в прихожую из кухни падает свет. Гудела кофеварка, и по дому распространялся густой аромат кофе.

Из кухни вышел Джонатан в офисной рубашке с галстуком. Его еще влажные волосы были темной волной зачесаны назад. В официальной одежде выглядел он как-то очень по-взрослому, что меня даже рассмешило. Он был… ну, словом, точно из журнала «GQ». Заметив меня, Джонатан резко остановился.

– Прости, – сказала я и покраснела, поскольку мне было жутко неудобно, что он видел, как я на него пялюсь.

В ответ он приложил палец к губам и кивнул в сторону маминой спальни:

– Она еще спит. Я, случайно, тебя не разбудил?

– Нет, – прошептала я.

Тогда он достал из стенного шкафа куртку и повесил на плечо ремень компьютерной сумки. И прежде чем закрыть дверь, помахал мне на прощание. Я проводила его взглядом, поймав себя на том, что моя рука застыла в воздухе, уже когда закрылась дверь и во дворе затарахтел его пикап. И почему я до сих пор здесь стою?Стряхнув наваждение, я быстро побежала в ванную, чтобы подготовиться к новому дню.

– Рейчел здесь, – сообщила Сара, когда я уже собиралась выйти в спортзал на вечернюю игру. – А после игры мы все собираемся на вечеринку. – И, расточая по дороге приветливые улыбки и кивая направо и налево, она прошла в зал.

Я немного обалдело посмотрела ей вслед. Похоже, в нашей школе перед решающим соревнованием с командой соперников разорвалась бомба.

Когда я вела мяч по баскетбольной площадке, то слышала, как мама выкрикивает мое имя. Но я отключилась от шума в зрительном зале, поскольку надо было подстегивать товарищей по команде, и целиком сосредоточилась на игре.

Я отпасовала мяч Джилл с задней линии. Она повела его и снова бросила мне. Другая девочка из нашей команды заблокировала соперницу, что позволило мне забросить мяч в корзину. Зрители взревели от восторга, но я услышала только гул голосов.

Команда Уэслина победила с перевесом в три очка. Спасибо Джилл за агрессивный подбор мяча. Ну и я тоже внесла свой вклад. Это были двухочковый бросок и многочисленные передачи. Я с легким сердцем покидала баскетбольную площадку.

Когда я брала со скамьи свои вещи, то внезапно услышала, как из толпы кто-то зовет меня. Повернувшись, я увидела, что ко мне направляется мама, и чуть было не упала в обморок, обнаружив в нескольких шагах от нее Джонатана.

Мама встретила меня радостной улыбкой:

– Привет! Я так рада, так рада, что пришла на игру. Она была такой напряженной.

Я неловко улыбнулась, избегая смотреть на Джонатана и отворачивая от него пылающее лицо.

– Хорошая игра, – поздравил меня Джонатан, придвигаясь поближе к маме.

– Спасибо, – ответила я, внезапно почувствовав, как участился пульс. И сама себе удивилась, чего это я так нервничаю. Можно подумать, что впервые его вижу!

– Я надеялась, что вы заработаете еще больше очков. Чтобы Джонатан смог увидеть, как ты делаешь трехочковые броски.

– Слишком плотная защита, – небрежно пожала я плечами. – Но спасибо, что пришли.

– Ты едешь домой?

– Хм, похоже, Сара собирается на вечеринку или типа того. – Я вытерла плечом пот с подбородка и стала выискивать глазами в толпе Сару с Эваном. Но они ждали в вестибюле, и некому было подать мне руку помощи в этой неловкой ситуации.

– Желаю хорошо повеселиться, – сказала мама. – Ну что, тогда увидимся позже?

– Да. – Я подняла глаза и поймала взгляд Джонатана. Он кивнул мне с улыбкой.

Мама взяла его за руку, и они смешались с толпой покидающих спортзал болельщиков.

– Ктоэто был?

Обернувшись, я обнаружила Джилл с Кейси. Они стояли у меня за спиной и буквально писали кипятком.

– Моя мама, – небрежно ответила я, хотя прекрасно знала, о чем она спрашивает.

И именно тогда я поняла, почему так дергалась. Когда Джонатан с мамой покидали спортзал, то, наверное, каждая девочка из нашей школы пожирала его глазами. Жутко противно!

– А ончто, ее бойфренд? – поинтересовалась Джилл, уставившись ему в затылок.

– Вроде того, – промямлила я и покачала головой, видя, как они пускают слюни. Потом сгребла в охапку свои теплые вещи и села на скамью.

– А почему ты сказала Эвану, что ему нельзя с нами на вечеринку? – спросила я Сару, когда мы выехали со стоянки.