Ты для меня одна - Юлия Крынская

— Пусти! — ударяю я ему кулаками в грудь. — Ты теперь меня должен защищать, а не его!

— Котёнок, ты чего? Успокойся, — Руслан ослабляет хватку, но продолжает прикрывать Фрола. У моего жениха это уже, наверное, в крови.

— Пусти её, старина, — слышу голос отца.

Подныриваю под руку Руслана, но он тут же обхватывает меня своими лапищами со спины.

— Ты собаку на вязку или дочь замуж отдаёшь? Я ещё даже не придумала свадебный торт, чулок на свадьбу не купила! — потрясаю кулаками.

— Всё у тебя будет! И фата, и вертолёт, и платье самое лучшее! — выдыхает мне в затылок Руслан. Слёзы наворачиваются на глаза, но я всё равно в огне и на коне.

— Нет, дай я скажу всё! — пытаюсь отцепить от себя руки Руслана.

Отец прислоняется к дверному косяку и поворачивается к Марго:

— У нас дома проблема с чулками?

Я даже слов не нахожу от негодования. Замираю и хватаю воздух ртом, как рыба на суше.

— Маруся не про это, — гладит Марго Фрола по плечу. — Ей хочется спокойно выбрать платье, туфли, придумать причёску. Пригласить гостей.

— Мои легионы, да рассылку я за пару секунд организую. Мы восемнадцать лет ждали этого дня! Нет же! Давайте теперь цирк с конями ещё на год разведём! — Фрол стучит пальцем по циферблату: — Маргош, скажи Анне, чтобы накрывала. Жрать охота.

— Сейчас, солнце, всё будет, — Марго показывает мне исподтишка кулак и уходит.

Фрол складывает руки под грудью, и медленно скользит по мне взглядом с ног до головы и кивает Руслану:

— Бачили очи шо куповали, светлейший княже? Смотри, не жалуйся мне потом.

— Папа, — топаю я ногой. — Не хочу свадьбу, как у вас впопыхах! Помню, как ты женился на маме, пока самолёт ждали!

— С тайм менеджментом у меня всегда было норм. И ножками не сучи! Сказал свадьба послезавтра, значит, послезавтра! Арест аннулирован, — Фрол достаёт персонайзер из штанов и тыкает пальцем в экран. — Приглашения я всем нашим отправил. Шуруй за платьем и коврижкой. Папа платит!

— Ты невыносим! — я разворачиваюсь и утыкаюсь лицом Руслану в грудь.

Он гладит меня по спине, и как в детстве пришишикивает.

— Слышь, Рус! Мне Егор портупею своего деда подогнал, я тебе одолжу на медовый месяц. Говорит стопудовый оберег от розовых чепчиков.

И тут Руслан не успевает меня поймать. Оттолкнувшись от него, я нападаю на Фрола. Тот, хохоча, отбивается от меня.

— Да забери ты тигру свою, дай мне с Мэл поговорить.

— Совсем забрать? — уточняет Руслан.

Я не сразу понимаю задумку опытного юриста.

— Ну, а как ещё?

— По рукам!

В следующую секунду я повисаю вниз головой на плече у Руслана, и теперь уже его молочу кулаками по крепкому заду.

— Поставь меня немедленно! Произвол! — ору, понимая, что из этих цепких лап уже не вырвусь. — Не вздумай трогать Мэл! Понял меня!

Есения с Варей даже носа не кажут из комнаты. Но, судя по папиному гомерическому хохоту, он уже спустил пар на меня и можно выбираться всем из укрытия. Руслан минует гостиную, где Анна расставляет тарелки.

— На нас с Марусей не накрывай, — бросает он ей через плечо.

В дверях мы сталкиваемся с Димоном. Я его не вижу, но слышу.

— Сумасшедший дом! Куда ты её?

— Переезжаем!

— А так можно было?

Руслан, оставив друга без ответа, выходит на улицу. Я облокачиваюсь локтями на поясницу своего избранника и улыбаюсь Димону. Он качает головой и заходит в дом.

Мы покидаем мамин розовый сад и, скрипнув калиткой, оказываемся в сосновом лесу.

— Может я ногами пойду?

Руслан достаёт из кармана ключи и сбавляет шаг.

— Жену положено в дом на руках вносить, — усмехается Руслан и шлёпает меня по голым булкам. С утра я так и не удосужилась переодеть шорты.

Он вносит меня через порог и ставит на ноги. Куда девается вся моя отвага? Я поворачиваюсь к Руслану и развожу руками:

— И что теперь делать?

— Мы дома, родная, — он привлекает меня к себе и, наклонившись к моим губам, шепчет. — И можем делать всё, что хотим.

К моим щекам приливает кровь.

— А что ты хочешь? — провожу ладонью по колючей щеке.

— Я хочу есть, дорогая, — хитро улыбается Руслан. — Пожарь нам стейков.

Очарование рассеивается дымкой в голубой дали.

— А я хочу тебя! — встав на цыпочки, кладу ему одну ногу на талию.

— Волка нужно иногда кормить, котёнок, — Руслан подхватывает меня под бёдра и несёт на кухню. — И нам, действительно, нужно купить тебе платье. Пока ты готовишь, я запишу все твои хотелки.

Кухня у Руслана светлая, с широкой барной стойкой вместо стола. Мебель из натурального дерева. Сейчас таких уже и не делают.

— Давай, хозяюшка, я истосковался по твоим дивным блюдам, — выпускает меня Руслан из рук и, усевшись на барный стул, достаёт органайзер.

— А я думала, ты истосковался по моему телу, — обиженно выпячиваю губу.

Руслан облизывает губы и улыбается от уха до уха.

— Горячая ты штучка, котёнок! Но подумай сама, как я мог тосковать по тому, чего не знал?

Открываю холодильник и чешу в затылке:

— Начнём, пожалуй, писать в хотелки список продуктов. Холостяцкие два яйца, кефир и апельсины так себе закуска.

— Чем тебе не нравятся мои яйца? — Руслан увлечённо листает новостную ленту.

— Твоих яиц я ещё не видела, — подхожу и забираю у него персонайзер. — равно, как и мяса в твоём холодильнике. Яичницу могу изобразить. Будешь?

— Вот ты язва, Маруськин, — смеётся Руслан. — Стейки в нижнем отделении.

Экран загорается. Папочка мой никак очухался.

— О, сейчас будет крик, — всовываю в руки Руслану его органайзер, будто провода высокого напряжения, и ретируюсь к холодильнику. — А масло где у тебя?

Руслан указывает на угловой шкаф и нажимает «Ответить»:

— Да, Матвеич!.. Как куда унёс? Домой… Так ты сам сказал забирай!

Включаю жаровню, добавляю масло и, выставив температуру, кладу туда стейки. Всё это время, судя по тишине в кухне, отец выговаривает Руслану всё, что о нас думает.

— А соль, перец? — прикрывает пальцем динамик Руслан.

— Я солю в конце, — поворачиваюсь к нему. — Сильно зол?

— Сейчас разрулим. Не переживай, — Руслан убирает палец с динамика. — Отец родной, ты совсем обо мне плохо думаешь. Я слово дал, я его сдержу.