Первокурсник - Моника Мерфи

И вели себя как кучка идиотов.

Мы сидим у меня в квартире, которую я делю с Калебом и Диего. Илай и Джексон приехали к нам потусить, ну а Диего, как всегда, у Джоселин. Они снова воссоединились после тяжелого периода разлуки, и у них есть ребенок. Он переедет к ней в следующем семестре. Это хорошо. Я только за – им явно нужно быть вместе. Они любят друг друга и работают над отношениями.

Поскольку первокурсникам жить в общежитии необязательно, я заранее начал искать квартиру недалеко от кампуса. Папа предложил оплатить – я не отказался. Но каким-то образом меня убедили, что жить с парой придурков – хорошая идея.

Да кого я обманываю? Я не хотел жить один. Мне хватит до конца жизни того одиночества, в котором я находился в детстве, когда родители вообще редко появлялись дома.

Калеб – один из моих лучших друзей, поэтому жить с ним легко. С Диего мы тоже дружим много лет, а в последнее время стали еще ближе. Но его почти никогда нет рядом – все свободное время он проводит с Джо и их ребенком.

Самое безумное – я сейчас дружу с ребятами, которых ненавидел в школе. Илай Беннетт был защитником в команде другой школы, и его издевательства в соцсетях сводили нас с ума. Он постоянно обзывал нас, а потом мы играли против них и каждый раз надирали им задницы.

Думаю, он просто не мог обойтись без драмы. Он вообще любит красоваться.

Я также не сильно симпатизировал Джексону Риверсу, который играл с Илаем, хотя почти его не знал. Оказалось, они оба классные ребята. Даже Калеб подружился с Илаем, хотя в выпускном классе они чуть не подрались из-за Авы, девушки Илая – младшей сестры нашего лучшего друга Джейка. Вот так мы все стали друзьями – благодаря отношениям Авы и Илая, а Джейк неохотно принял его как одного из нас.

Звучит запутанно, но в ситуации с Илаем прошлое остается прошлым.

Вот поэтому мы сейчас сидим в гостиной после тренировки по футболу, играем в Call of Duty, пьем пиво и ждем пиццу. Тусуемся, как обычно. Подстебываем друг друга.

Стабильность.

Джексон щелкает пальцами у меня перед лицом, напоминая о заданном вопросе.

Я прошу повторить. Так легко играть и думать о своем одновременно. А женщины говорят, что мужчины не способны на многозадачность.

Джексон закатывает глаза:

– Я спросил, какие у тебя планы.

Слишком расплывчатый вопрос.

– Ты о чем?

– О тебе и той девушке, секси-блондиночке.

В моей голове сразу возникает образ Хайден. Мой любимый – стоит на вершине игровой башни, верхняя часть платья расстегнута, и она снимает трусики. Тот момент. Когда она вынесла мне мозг.

Правда – я был потрясен.

И она действительно сексуальная. Стоит представить, как я занялся с ней сексом, вместо того чтобы строить из себя чертового джентльмена, меня разносит на куски на линии фронта, и я выбываю из игры. Я с разочарованием кидаю геймпад на пол и наконец отвечаю Джексону:

– Мы просто друзья.

Вот и все. Моя сдержанная реакция часто сводит друзей с ума.

Это моя лучшая черта.

– Ты ее хоть полапал? – спрашивает Джексон, не отрываясь от огромного экрана перед нами и яростно долбя по кнопкам.

– Нет.

Да мы даже не целовались.

Он кидает на меня взгляд:

– А собираешься?

– Да, – говорю я твердо.

Она может протестовать сколько угодно, и мы можем ходить вокруг да около и все отрицать. Но мы друг на друга запали. Я это чувствую. Между нами столько химии, что она практически материализовалась. Я хочу ее. Она хочет меня. Но почему-то не собирается пересекать эту черту.

Черт знает почему. Но я не буду давить. Я же не полный отморозок. И она даже не представляет, насколько я терпелив.

Она еще не встречала таких терпеливых.

– А ты уверен? Она так на нас на всех пялилась, – замечает Джексон, всегда наблюдательный, когда дело касается красивых девчонок.

Единственная причина, по которой Хайден проявляла интерес к кому-то из моих друзей, – чтобы побесить меня. Я это понял и не злился. Жаль, что мимо не проходила какая-нибудь красотка, чтобы я мог поглазеть на нее.

А если она и прошла – я не заметил.

– Уверен, что так и было, но особо не обольщайтесь. Я не хотел заявлять своих прав в ее присутствии, но теперь делаю это, – объявляю я, оглядывая всех, кто в комнате. В том числе Илая и Калеба. Они не отрываются от экрана, но знаю, что они меня слушают. – Она моя.

– Ой, да мне и не интересно, – выпаливает Илай, его губы кривятся в ехидной ухмылке, – у меня есть своя секси-блондинка.

Я не отвечаю. Я давно знаю Аву Каллахан, и, хотя признаю, что она привлекательная, мне не нравится думать о ней в таком ключе. Она сестра Джейка.

– Для меня она слишком вздорная, – говорит Калеб, зевнув. – Мне нравятся более сговорчивые.

– О, она определенно не из таких, – добавляет Илай, – сразу видно.

Парень дело говорит.

– Со сговорчивыми скучно, – присоединяется Джексон. – Мне нравится добиваться.

– Это поэтому ты не можешь дать Элли то, что она хочет? – спрашивает Илай с невинным видом. Это деликатная тема, которую они вдвоем и мы все вместе обсуждали сто раз. Я уже не вмешиваюсь – это бессмысленно.

Джексон никогда не будет с Элли, помяните мое слово.

– Она моя подруга. И она еще совсем ребенок. Она меня не интересует, – говорит Джексон. В его голосе звучит уверенность. Без сомнения, он повторял это себе сотни раз.

Элли – лучшая подруга Авы, и она влюблена в Джексона, в этом нет никакого секрета. Мы все в курсе. Она знает, что Джексон тоже знает, но ей хочется, чтобы он сделал первый шаг. Но он не собирается пока заходить дальше дружбы, потому что она, по его словам, хорошая девушка.

А хорошие девушки ему не интересны. И доступные тоже.

– В этом кампусе слишком много девчонок, чтобы зацикливаться на одной, – заявляет Калеб. Он у нас в компании главный плейбой и всегда говорит что-нибудь не очень умное. – Я могу понять, почему Диего с Джоселин – у них ребенок, они одна семья. Он поступает правильно и всегда любил ее. Я просто благодарю бога, что это происходит не со мной. – Он разражается смехом. Джексон присоединился к нему. Илай кашляет, ему явно некомфортно. Он безумно любит Аву и не променяет ее ни на кого другого.

Я тоже не смеюсь – пока не принял ни одну из позиций. У каждого свой уникальный опыт и обстоятельства, и у каждого свое мнение. Я не лгал, когда сказал Хайден, что считаю отношения, любовь и брак шуткой. Так и есть. Я самый неверующий в любовь человек в мире.

Но не против проводить с ней время. И возможно, из этого что-то получится. Но я знаю, как не завести наши отношения слишком далеко. И в этом нет ничего плохого. Именно я из нас двоих предлагаю стать друзьями с привилегиями. А она та, кто продолжает отказываться.