Жена Волха - Ирина Фарова

— Но ты идешь нормально.

— Так я почти не перекидывался.

— А почему?

— Если бы мы с тобой вместе бегали, то одичали бы, — ответил он. Тяжело вдохнул холодный воздух, в котором витали нотки весны.

— Ты ведь тоже чувствуешь, что погода меняется?

— Конечно.

— И в голове так легко становиться.

— Этой легкости нужно опасаться.

— Не терять над собой контроль и все такое. Почему когда имеешь такую силу, нужно все время себя ограничивать? — возмутилась я и тут же прикусила язык. Откуда такая капризность? Или я все-таки была такой всегда? Вроде нет. Когда жила с отцом, то характер не проявляла. И с Артуром тоже.

— Наташ, вот есть переводчица в торговой конторе. Она получает немного. Ей едва хватает на то, чтоб оплатить жилье и купить еды. Или вот тот дворник, который так же получает немного. Ему хватает, но хватает впритык. Мечтают ли эти двое о том, что если у них было бы много денег, то они ели бы мясо каждый день и выпивали по бутылки крепкого вина каждый вечер? Возможно. И вот деньги появляются. Но будут ли они много есть и пить?

— Может первое время, пока не поймут, что для всего нужна мера, — ответила я.

— Правильно. Если себя не контролировать то легко можно набрать лишнего, спиться и потерять те деньги, которые так удачно и неожиданно свалились, — сказал Влад. — Так и с силой. Мы не можем ей пользоваться как хотим, чтоб не навредить в первую очередь себе.

— И не сойти с ума.

— Тебе кажется, что это туманная перспектива? Или это сложно?

— Не знаю. С одной стороны, я тебе верю. С другой — всегда кажется, что от лишнего раза ничего не будет.

— Будет. Самоконтроль в первую очередь помогает оставаться нам людьми.

— А нужно ли так стремиться к тому, чтоб остаться человеком? — спросила я. Влад задумался.

— Для сумасшедшего оборотня нет разницы, кто будет добычей. У меня мать так напала на семью. Просто один раз убежала на охоту. Пропадала несколько недель. Когда же вернулась, то решила, что мы ей враги.

— Жуть, — я невольно коснулась рукой живота.

— Про это я тебе и толкую.

Когда мы стали подходить к моему общежитию, то я почувствовала тревогу. До меня доносились отдельные фразы, запахи, ощущения. Все вокруг кричало о том, что здесь произошло что-то страшное.

— Несколько оборотней вчера устроили бойню у общежития, — сказал Влад.

— Откуда ты знаешь?

— Чую их запах. Вижу следы крови на мостовой. Кровь принадлежит трем разным людям. Это уже чутье помогает понять.

— Понятно. Их поймали?

— Уничтожили. Поэтому себя держи в руках.

— Ясно. А тут теперь не опасно?

— Жить тебе здесь не посоветую, — ответил Влад. Пусть ему и не изменяло спокойствие, но я видела, что он был напряжен.

Общежитие встретило меня привычным шумом. Тут словно ничего не изменилось. Кто-то смеялся, кто-то ругался. Я вспомнила, что потеряла ключ, но Влад достал его из кармана. Я удивлено посмотрела на него.

— Нужно же было кому-то окно закрыть, — ответил он, открывая дверь.

В комнате был выключен свет, но я хорошо видела бардак. Вещи валялись на полу. Кровать смята. На ней следы крови. В нос ударил противный запах, который резанул по нервам. Я чуть не призвала волчицу, но Влад накрыл мою руку своей, запрещая это сделать.

На стуле около окна сидел Артур. Страх и ненависть смешались вместе. Они попытались дурманить голову, но я прогнала туман.

— И где ты болтаешься, дорогая женушка? — вместо приветствия спросил Артур, специально игнорируя присутствия Влада.

— У меня вольная.

— Решил ее отозвать. Дела сейчас хорошо идут. Без бабы как-то тоскливо живется, — сказал он. Лениво так сказал. А я почувствовала, что у меня почва из-под ног уходит.

— Поздно. Я уже второй раз замуж вышла.

— Это при живом муже? Так любой суд признает его недействительным, — ответил Артур.

Это могло случиться, если он вернул деньги до того момента, когда мы с Владом заключили союз и прошли все ритуалы. Артур вернулся в город до этого. Значит это я его видела из окна в тот день, когда встретила Влада. Если так, то наш брак с Владом мог быть расторгнут и признан незаконным.

Волнение начало переходить в панику. Недовольно заворчала волчица, которая желала ему горло перекусить. Я с ней была солидарна, но не разрешила появиться и исполнить задуманное.

— Так что, голубки, заканчивайте ворковать. Я пришел забрать свое, — сказал Артур, — и без тебя, Наташ, не уйду.

Он игнорировал Влада. Влад помалкивал. Он стоял при входе, прислонившись к косяку и наблюдал за нашим диалогом, но не принимал никакого участия. Как мне все это надоело! Как я устала от этого страха! Но и бороться с ним у меня не было сил. Поэтому я отошла в сторону. Подошла к коробке, в которой лежали вещи отца и несколько украшений, что остались от матери. Дешевая бижутерия, которую отец дарил ей, когда за ней ухаживал. А еще там лежали заколки с моей свадьбы.

— Ты меня игнорируешь? — спросил Артур. Поднялся. Я же посмотрела на старые вещи, думая, что их брать особо-то не хотелось.

Артур решил ко мне подойти. Тут решил вмешаться Влад.

— Не надо ее трогать, — тихо сказал Влад.

— Да кто ты такой, пень старый?

— Хватит.

Волк появился из ниоткуда. Он подошел к Артуру. Даже не рыкнул, хотя моя бы волчица так не выдержала. Сел перед ним. Стоила Артуру пошевелиться, так волк предупреждающе оскалил пасть.

— Я знаю про людей, которые тебя послали. И кто тебе дал денег, чтоб отменить выкуп, — сказал Влад, закрывая за собой дверь.

— И чего?

Артур пытался дерзить, но я уловила в его голосе неуверенность.

— Мне больше ничего не нужно, — сказала я.

— Собери остатки. Отнесем их в мусор, — велел Влад. — Артур, вернемся к разговору с тобой. Ты спрашиваешь, чем тебе это грозит? С моей стороны ничем. Я не собираюсь об тебя марать руки. Но сдать тебя парням, которые интересуются вашей работой мне ничего не стоит.

— Если ты думаешь, что меня напугаешь…

— Зачем мне тебя пугать? Я всего лишь сказал, что знаю.

— Я поду мусор выкину? — спросила я.

— Иди. Только дверь прикрой, — попросил Влад.

Я их оставила. Поймала себя на мысли, что совсем не хочу возвращаться в комнату и слушать из разговоры. Но вернуться пришлось, потому что Влад не выходил, хотя я его немного подождала у крыльца. Меня трясло. Волчица подняла голову и предложила сбежать в лес, но я не разрешила ей даже думать об этом.