Двойная ошибка миллиардера - Тала Тоцка

— Ален, сможешь проведать господина Рича? — спрашивает Мария, по традиции подсаживаясь ко мне на террасе за завтраком. — Я звонила в клинику, сказали, наш дедуля держится бодрячком. Хочет тебя видеть.

— Смогу. Я и так собиралась после занятий к нему забежать, — отпиваю чай и отставляю чашку. Круассаны, конечно, вкуснее. А с овсянкой даже кофе не идет, приходится заменять чаем. — Не знаете, нашлись его родственники?

— Как будто бы да, кто-то нашелся. В любом случае он передал просьбу, чтобы за ним сохранили номер.

— Это просто отлично. Он такой милый и безобидный, было бы несправедливо, если бы он оказался одиноким.

— Это да, — вздыхает Мария, — я бы сама его проведала, но у нас сегодня полный завал.

— А что такое? — интересуюсь удивленно. — Вроде как все службы работают отлаженно, авралов не наблюдаtncz.

Мария некоторое время раздумывает в нерешительности, а потом резко встряхивает головой.

— Ай, ладно, думала не говорить, но все равно разнесется. Мы ждем аудит, получили от владельца распоряжение готовить отель на продажу.

— Как на продажу? — я даже привстаю.

— Вот так, — разводит руками Мария, — думаешь, мы не в шоке? Еще в каком.

— Но зачем он продает отель?

— А пес его знает. Может, денег много пообещали. Вам-то переживать не о чем, обслуживающий персонал наверняка менять не станут. А вот менеджерский состав новый владелец сто процентов захочет сменить.

Мне и возразить нечего. Конечно, в случае смены владельца первыми меняют управленцев, но и мне следует напрячься. Не в каждом отеле есть такая штатная единица как ночная горничная. Что я буду делать, если новый владелец решит меня уволить?

— А кто покупает, знаете? — спрашиваю Марию.

— Точно нет, — пожимает она плечами, — но говорят, какой-то грек. Богатый до неприличия.

— Если он грамотный бизнесмен, то не станет бездумно метлой мести, — рассуждаю я, — а постарается выяснить профпригодность каждого сотрудника. Так что не расстраивайтесь раньше времени.

— Посмотрим, — соглашается Мария, — возможно, так и случится. Мне будет жаль уходить, столько труда вложено.

А мне как жаль. И чтобы она уходила жаль, и самой уходить не хочется.

— Вас оставят, — говорю убежденно, — я бы к примеру оставила.

— К сожалению, от тебя это не зависит, — улыбается Мария. — От нас в этой ситуации в принципе мало что зависит. Как будет, так будет.

И я не нахожу ни одного аргумента, чтобы ей возразить.

* * *

Дверь больничной палаты открываю с осторожностью. Я все еще под впечатлением от того, в каком виде обнаружила мистера Рича в его номере.

Но когда вижу живые прищуренные глаза, отлегает от сердца. Для тяжелобольного в них слишком много огня. Значит, ему действительно лучше.

Верхний край кровати приподнят, наш старичок лежит в полусидячем положении, с удобством откинувшись на подушки.

— О, моя спасительница пришла! — при виде меня его лицо оживляется. Мистер Рич живо приподнимается в кровати, откладывает в сторону планшет и поправляет на переносице очки.

— Зачем вы встаете? — бросаюсь к нему. — Вам необходим постельный режим. Если увидит медперсонал, устроит вам выволочку. И мне заодно.

— Ой, знали бы вы, как они мне надоели, — машет рукой мой больной, — все вокруг бегают, суетятся, как будто я умираю.

Я молчу. Говорить о том, что он выглядел довольно-таки умирающим неуместно и бестактно. Тем более, что сейчас он на умирающего точно не похож.

— Мне сказали, что вы студентка, милая леди, но я не думал, что вы так молоды. Жаль, я бы успел побриться и сделать маникюр, — старик хитро улыбается.

— Я рада, что вам лучше, — сажусь на стул рядом с кроватью. — Все это время к вам не пускали, разрешали только звонить и узнавать о вашем состоянии. Мария, наша управляющая, каждый день звонила по нескольку раз. И только сегодня позволили вас навестить.

— Ох уж эти эскулапы! — мистер Рич грозит кулаком в сторону двери. — К ним только попади. Хуже тюрьмы. Терпеть не могу больницы.

У него это выходит так забавно, что я не могу удержаться и прыскаю в ладонь.

— Я их тоже не люблю, — признаюсь старичку, — ни больницы, ни врачей.

— Значит решено, больше никаких болячек, — заговорщицки подмигивает мистер Рич, и мы оба смеемся. Но он быстро принимает серьезный вид. — Я должен поблагодарить вас, милая леди. Если бы не вы, даже самый лучший эскулап не смог бы вытащить меня обратно с того света.

— Я так испугалась, — честно признаюсь, — и растерялась. Это Мария вызвала скорую, управляющая.

— Вы оплатили мое лечение и пребывание в клинике, — перебивает старик. — Должен сказать, я шокирован. Давно не встречал ничего подобного. Вы сумели меня не просто удивить, милая леди. Вы меня поразили в самое сердце.

— Ну что вы, — бормочу, — это такая мелочь...

На лице пожилого господина появляется настолько неописуемое изумление, что я сконфуженно замолкаю.

— Мелочь? Вы серьезно?

— Я имела в виду деньги, — спешу поправиться. — Когда выяснилось, что у вас нет медицинской страховки, мне захотелось помочь. На моем месте так поступил бы каждый.

Мистер Рич скептически приподнимает бровь и качает головой, но вслух говорит другое.

— В любом случае я хотел бы эти деньги вернуть.

— Вы уверены? — спрашиваю нерешительно. — Вам предстоит длительная терапия, потом реабилитация...

— Я, конечно, не миллиардер, но как-нибудь наскрести такую сумму точно смогу. Если что, попрошу у детей.

— Детей? — не сдерживаю удивления, а он вдруг откидывается на подушку и заливисто смеется.

— У вас такое уморительное выражение личика, милая леди! Да, представьте себе, у меня есть дети. Только они наверняка старше ваших родителей! Мой сын большой усатый дядька с солидным животиком, а дочка настоящий жандарм в юбке. «Папа, тебе этого нельзя!» «Папа, туда не ходи!» Я обоих нежно люблю, но предпочитаю держаться подальше. Они мне надоели еще больше, чем врачи.

Будь здесь его дети, возможно, они бы обиделись, но я ничего не могу с собой поделать, мне снова смешно. Отсмеявшись, все же собираюсь с духом:

— Мистер Рич, — накрываю ладонью морщинистую руку, лежащую поверх одеяла, — сэр! Можно вас попросить? Это очень важно!