Любовь в никогдабре - Ольга Белозубова

Валерия под нос пробормотала: «Как будто ты силен», но я сделал вид, что не заметил. И тут вдруг хранительница покачнулась.

Я тут же подлетел к ней и почувствовал исходящий от ее тела жар.

«Значит, не показалось. Только этого еще не хватало!»

Потрогав ее лоб, понял, что температура достаточно высокая. Тут же схватил трубку и позвонил на ресепшен, чтобы вызвать врача.

И вдруг в голове всплыла картинка с лежащей на полу в коридоре Валерией. М-да, в прошлый раз прием таблеток обернулся полным провалом. Не хотелось бы повторения ситуации.

Что ж, придется лечиться по старинке, старыми проверенными способами.

— Валерия, ну хоть на малину у тебя аллергии нет?

— Нет… — Кажется, она даже не поняла, к чему это я.

Я снова позвонил на ресепшен и отменил вызов. Вместо этого попросил принести малиновое варенье, чай, сухой лед, полотенца и много воды.

Хранительница смотрела на меня с открытым ртом, пока я перечислял список необходимого.

— Может, лучше таблеток? — недоуменно спросила она.

— Таблеток, может, и лучше. Но у тебя явно с памятью плохо. Ты забыла, чем закончился прошлый раз?

— Ну да, ну да, ты прав… — почесала лоб Злоключение.

«Конечно, я прав. Я всегда прав!»

Пока ждали, я сидел в кресле, разглядывал Валерию и вспоминал время, которое мы провели в ресторане. Как ни странно, она оказалась эмоциональной, живой и интересной собеседницей… даже удивительно. Да еще и сообразительной: вопросы задавала по делу, немногим они пришли бы в голову.

Правда, отец спутал все планы. До сих пор не понимаю, какого черта он явился собственной персоной. Наверное, это Игорь постарался. Ни за что не поверю, что он так за меня переживает и не хочет моей смерти. Что-то тут нечисто…

Скорее поверю в то, что Игорь просто хочет затащить Валерию в постель — ни одной юбки не пропускает, словно стремится как можно больше засечек поставить на своем дереве любовных достижений. С нашими возможностями это более чем реально, вряд ли он часто получает отказы.

«Но Валерии ему не видать!» — обожгла рассудок внезапная мысль. Впрочем, я тут же ее отбросил, как абсолютно нелепую и непонятно почему всплывшую в сознании.

 ***

«Что ж мне с ней так тяжело… — нахмурился я и забарабанил пальцами по подлокотнику кресла. — У всех хранительницы как хранительницы. Пришли, книгу вручили, в нужный момент заклинание прочитали и свободны. А тут сначала истерики ее выдержи, возврат воспоминаний организуй, попутно ее спаси, и не раз, чтобы было кому тебя спасать».

Я помрачнел и снова мысленно вернулся к одному из наших с Валерией разговоров. Ее подозрения почему-то больше не казались такими уж нелепыми. Особенно после того, как вспомнил разговор отца друга с невидимым собеседником. Что, если к смерти бабушки действительно причастен не просто человек, а иннифер? Что, если случайные неудачи Валерии не так уж случайны, и она не Злоключение, а Везение, раз всё еще жива? Вдруг за этим стоит кто-то из моих сородичей? Неужели за книгами и правда охотятся, пытаются каким-то образом вызнать заклинание? И за ней охотятся по этой причине? Но почему именно за ней?

«Да ну… Жар у Валерии, а не у тебя, что за мысли?»

Это невозможно, многие сразу после того, как попали на Землю, пытались найти способ обойтись без хранительниц, да только не вышло… Пришлось смириться с существующим положением вещей. И многие неприятности Валерии явно говорят о том, что это не дело рук человека или иннифера — ну как, к примеру, «организовать» аллергию на лекарство, которое до этого она спокойно принимала? Тут явно что-то другое… Но что?

В дверь постучали. Наконец-то принесли всё необходимое.

Скоро Валерия со звуком отхлебывала ароматный чай из кружки. Молчала, правда, явно что-то обдумывала.

— Алексей… — вдруг повернулась она ко мне. — Я тут вспомнила, что неприятности начались всего с год назад. Как думаешь, это может быть связано с инниферами?

«Она что, мысли мои читает? Только что размышлял о ее бедах!»

Но вслух сказал другое:

— Вряд ли. — И покачал головой. — По крайней мере я о таком не слышал.

— Понятно, — протянула она и вздохнула.

Вскоре ее глаза начали закрываться. Через несколько минут она уснула.

А потом я и сам незаметно для себя погрузился в сон, хотя планировал всю ночь не спать, чтобы следить за состоянием хранительницы.

Проснулся оттого, что Валерия снова что-то бормотала в бреду. Я встал и подошел. Ее волосы разметались по подушке, и я не удержался, провел по ним рукой. «Так вот что значит мягкие и шелковистые…»

Положив руку на ее лоб, сразу понял: дело серьезное.

Я помнил, как Валерия реагировала на мою магию. Но в тот момент она спала, и я решил: почему бы и нет. Других вариантов все равно не видел. Пусть лучше орет, зато выздоровеет. Надеюсь, не проснется.

Лег рядом и обнял ее. «Quae medicamenta non sanant, ferrum sanat, quae ferrum non sanat, ignis sanat»[4].

Вскоре наши тела объял кокон из света, и жар Валерии постепенно переходил ко мне. А уж мне избавиться от него не составило никакого труда. «Жаль, нельзя таким образом избавить ее от череды неудач…»

Через несколько минут всё закончилось, и только я собрался отодвинуться и встать, как она открыла глаза. Я напрягся и застыл. «Ну всё, точно заистерит…»

— А ты хорошо поёшь, — еле слышно сказала Валерия вместо истерики и снова закрыла глаза.