Двойняшки для Деда Мороза - Ирина Давыдова

Я хихикнула и тут же получила от них двоих сладкие поцелуи в щеки. Разрешила сегодня поспать в моей кровати, потому как их комната была занята. Вообще мне не нравилось, что они спят в гостиной, но пока что другого выхода не было. Я не могла себе позволить снять трехкомнатную квартиру. главное, что сейчас мои дети в тепле.

― Что ты имела в виду, когда говорила, что выбросила красный флаг.

Мы пили чай и любовались огоньками на елке, когда Виктор задал мне этот вопрос.

― Спасибо, что вымыл посуду. Я не ожидала от тебя подобного жеста.

Виктор улыбнулся и протянув руку, пальцами коснулся моей щеки.

― Ты уходишь от ответа. Почему?

― Вить… прости, Виктор.

― Нет. Мне нравится, когда ты так просто меня называешь. Витя.

― Правда?

― Угу, ― он облизнул губы, и тут же посмотрел на мои. Внутри полыхнуло огнем от его внимания.

Давно подобного со мной не происходило.

― Ты сегодня особенно красивая. И это платье тебе очень идет.

― Витя, ты слишком много комплиментов делаешь.

Я действительно начала смущаться.

― Ты верно подметила, комплименты. Это не лесть. Я говорю правду.

― Ты обещал мне подарок. Показывай, какую пошлятину приготовил.

Улыбнувшись, Виктор отнял руку от моего лица и на миг вышел из комнаты. Я сделала глоток чая, но это оказалось моей ошибкой. Стало только жарче. Что же этот мужчина приготовил для меня?

Тортик вернулся практически сразу. В его руках находилась картонная коробка, украшенная праздничной бумагой. Я улыбнулась, даже не подозревая что там может лежать. Неужели он действительно купил для меня белье. Господи, какой стыд.

― Ты покраснела. Почему?

Я пожала плечами.

― Что там?

― Откроешь, когда я уйду.

― Ты… уже уходишь? ― удивил.

Виктор кивнул и поставил коробку на диван около моих бедер. Протянул мне руку.

― Проводишь до двери?

Я сглотнула. Черт. Какая‐то странная атмосфера в воздухе. Внутри все сжимается от нежности, и отпускать Виктора никуда не хочется. Но я все же поднялась с дивана вложив свою руку в его ладонь.

― Конечно.

Мы прошли в прихожую. Я наблюдала, как Беляева одевается, а у самой все внутри кричало о том, чтобы остановить его. А толку? Зачем останавливать если у меня все равно женские дни, и я… Ох, о чем же я думаю? Глупая! При чем тут это?

― Вить, ― неожиданно для себя произнесла я, и тут же потупила взгляд в пол.

Что со мной происходит? Куда делась та боевая девчонка готовая найти ответ на любое слово? Почему я краснею и боюсь посмотреть ему в глаза?

Виктор пальцами приподнял мое лицо за подбородок и посмотрев в глаза, тихо произнес:

― Не стесняйся. Там нет белья.

Ах, он подумал, что я стесняюсь из‐за его подарка? Пожалуй, так даже лучше. Не станет думать, какая я идиотка.

― Я завтра позвоню, если ты не против.

― Тебя волнует мое мнение?

Виктор улыбнулся и медленно покачал головой.

― Спокойной ночи, ― произнес он, и склонившись, оставил легкий поцелуй на моих губах.

Я выдохнула, прикрыв глаза и ощутив в теле легкую истому. А когда подняла веки, в квартире никого не оказалось.

Щелкнула замок.

Наваждение какое‐то.

Постаралась успокоить дыхание и привести свои чувства в порядок. Нечего мечтать. Как там про меня говорят? Мать с прицепом? Тогда у меня их два, и нечего верить, что такой как Беляев покуситься на меня как на женщину. Разве что на пару ночей.

Вернулась в комнату и обратила внимание на коробку, оставленную Виктором на диване. И все же, что он для меня приготовил?

Я прошла к дивану и взяла в руки коробку. Открыла крышку, и улыбнулась. Внутри оказалась еще одна коробка. Потом другая, третья и четвертая. Надо же, а Витечка заморочился.

Когда дело дошло до коробочки, в которой лежал сам подарок, я поняла, что мои ладони вспотели. Вытерла одна за другой о бедра, и выдохнув, нашла в себе смелость открыть последнюю коробочку. Подняла крышку и застыла на месте, глядя внутрь округлившимися глазами.

― Не может быть.