Если бы не ты - Алиса Гордеева

Открываю глаза и вижу, что уже не так темно, как на трассе, даже напротив. Здесь светло , как днем. Виной тому красивые фонари , которые стоят стройный рядочком вдоль дороги. Где мы? Осматриваюсь.

По обе стороны от нас высокие заборы. Один глухой, а второй... а второй я узнаю сразу. Особняк Соболева. Максим Петрович был человеком с тонким архитектурным вкусом.  По его мнению глухие высокие заборы хоть и скрывали от посторонних глаз все, что нужно, но уродовали пространство. Поэтому вдоль всей территории  его особняка протянулся высокий и резной , с витиеватым рисунком, кованый забор. Площадь его угодий позволяла красиво и со вкусом засадить периметр всего участка различными кустарниками и хвойными растениями, которые и скрывали жизнь Соболева от любопытных глаз. Ближе к воротам отчим разбил небольшой розарий, который украшали белоснежные фарфоровые статуи и альпийская горка с небольшим фонтаном. Там же находились скамеечки для отдыха и небольшая ротонда. Отчим всегда переживал, что розы очень капризные растения: то им темно, то сыро, здесь слишком ветренно, а тут палящее солнце, да и не со всеми растениями они легко могли уживаться рядом. Поэтому забор вдоль розария был украшен плющем. И это было единственное место, где можно было на немного окунуться в жизнь Соболева обычному смертному. Хотя в этом поселке таких, наверное, и не было.

Но что мы делаем во владениях Соболева? Зачем Тимур привез меня сюда? Что он знает и для чего пытается вывести меня на чистую воду? В голове рой мыслей и вопросов, но одно я понимаю точно. Черниговский копнул слишком глубоко и сейчас все,  что обеспечивало мою безопасность, трещит по швам.

- Дальше пешком!

- Я никуда не пойду, пока не узнаю где мы и зачем  мы здесь.

- А вот это все ты мне сейчас и расскажешь !

Тимур выходит из машины, подходит ко мне и рывком вытаскиет наружу. Я уже поняла, что все мои попытки сопротивляться бессмысленны. Силы неравны. Я как беззащитный кролик перед огромным волком. Не прилагая особых усилий он справляется со мной на раз- два.

- Что тебе рассказать? - делаю вид, что осматриваюсь. - Лучше ты мне скажи, что мы тут забыли? Это же дом Соболева , верно?

Лучшая защита- это нападение. На кону моя и мамина безопасность , я не имею никакого права сейчас плохо сыграть.  Всё как учил Гена, слово в слово.

- Мой отец работает на него, ты не знал? Тебе  не терпится познакомиться с ним? Вот только, боюсь, мы не туда приехали. Папа уже дома.

- Ксения, повторяю свой вопрос. Зачем тебя отправили в Лондон?

- А с виду вроде не тупой... Учиться меня отправили, учиться, Тимур.  В Лондоне великолепное образование.

Играю с огнем. Тимур стоит на расстоянии от меня, но даже так ощущаю, что он закипает. Он что-то знает, это точно. Но что именно? Насколько глубоко он в теме?

- Посреди учебного года? Такая зверская тяга к знаниям?

- Вот скажи мне, Тимур. Почему мне безразлично где ты учился, как жил, кто твои родители, а ? Ты меня совершенно не интересуешь. Откуда такой повышенный интерес к моей персоне?  - поворачиваюсь и смотрю прямо ему в глаза. Я сильная! Я смогу! Он смотрит в ответ. Что пытается увидеть? Мою ложь? Здесь повсюду камеры, отчим помешан на безопасности. Тимур не сможет даже пальцем меня задеть. И пусть мое присутствие здесь крайне нежелательно и положение слишком шатко,именно  сейчас я в безопасности. Это придает мне уверенности. Я готова разыграть любой спектакль.

Тимур молчит. Не спешит отвечать. Но и не задает больше вопросов.  Решаю отойти подальше от машины, чтобы он вновь меня куда-нибудь не увез. Иду в сторону ворот . Там охрана. Там я смогу убежать от него. Тимур идет следом. Мне нужно его отвлечь.

- Какое-то время я жила здесь  вместе с отцом. Тогда у Соболева было не все гладко. Папа переживал, что я без присмотра. Сам понимаешь работа у него опасная. Софья Александровна же мне не родная , да и свой ребенок у нее был, - Гена переживал, что Гришка  во всей этой истории самое слабое звено. Ему не объяснишь, что можно говорить, а что нельзя. Да и боялся за него он больше, чем за меня. - Короче, ему было спокойнее поселить меня в этом доме.  А потом спокойнее стало меня отправить на учебу в Лондон. Подробностей я не знаю. Если тебя Соболев интересует, то я явно не та, кто тебе про него может что-то поведать. Мы не общались.

До ворот отставалось метров тридцать. Еще немного.

- Соболев меня не интересует, - Тимур дергает меня за плечо, заставляя остановиться и посмотреть на него.- Меня интересует Кира!

Опять  эта Кира!  Кто она такая? И как до него достучаться, что я не знаю ни одной Киры? Я помню его реакцию в машине, когда сказала что незнакома с ней. Повторения не хочу. Продержаться еще тридцать метров! Но как? Тимур все еще  держит меня за плечо.

- Какое отношения я имею к этой твоей Кире? Кто она вообще такая? Твоя подружка?

По тому с какой силой Тимур сжал мое плечо, понимаю, что в очередной раз вывела его из себя. Черт, такая рекция мне не нужна! Второй рукой он хватает меня за подбородок, поднимая мое лицо к своему и сдавливая мои скулы пальцами, зло шепчет:

- Не смей! Имя ее произносить своим грязным ртом не смей! Поняла?

Черт, как же мне больно! И страшно! Где хваленая служба безопасности Соболева? Гена - недоработка с твоей стороны!

Хватка Тимура не ослабевает. Он ждет ответа. Я киваю, я все поняла. Он псих, помешанный на какой-то Кире. А с больными спорить бесполезно. Получив мой ответ, он с отвращением убирает от меня свои руки и с силой отталкивает в сторону. Все происходит так неожиданно, что я не успеваю собраться и падаю.  За спиной разросшийся плющ на заборе и резкий звук чего-то бьющегося, а  затем протяжное " Оуууу". Я поворачиваю голову на шум в сторону розария и вижу маму. Она сидит в коляске, смотрит на меня. А рядом разлетевшаяся вдребезги статуя какого-то Аполлона.